Чтение онлайн

Потому что никто, даже я, не заслуживает такого рода боли, надежно скрывающейся в ее душе от того, что он с ней сделал.

– Мы сделаем это, – продолжает Сайлас, – и я хочу, чтобы ты осталась в доме моих родителей, пока это не закончится.

В комнате становится тихо, и мое кровеносное давление стремительно растет.

– Нихрена подобного, – рычу я. – Она не останется с тобой.

Его голова резко поворачивается ко мне, так быстро, что я почти слышу щелчок.

– Не забывай, Рук. Это моя девушка умерла, за мою девушку мы мстим.

Я подхожу к нему, стараясь изо всех сил напомнить себе, что он скорбит. Что он проходит через что-то невероятно печальное. Но это не работает.

– Не забывай, Сайлас, – шиплю я, – твоя девушка не Сэйдж, и она не нуждается в твоей защите.

– Ага? Ты что ли это сделаешь?

Я отстраняюсь от него. О чем, блядь, он говорит прямо сейчас?

Я знаю, он потерял Роуз и пытается ухватиться за те кусочки от нее, которые еще остались. Но это, это переходит ту грань, о которой я не подозревал.

Испепеляющая жестокость в его пристальном взгляде, которую я не припомню, чтоб видел раньше, и это заставляет считать его больше угрозой, чем братом.

Сэйдж, может, и не подружка – мы можем ненавидеть друг друга, – но это наше.

И она моя.

— Ты, блядь…

– Стоп, – громко говорит Сэйдж, смотря на нас обоих. – Позвольте мне прояснить это отчетливо для каждого. Я не девица в беде, и я не позволю вам подвергать себя риску из-за чего-то, с чем я могу справиться. Я могу убить своих собственных демонов, и я не нуждаюсь в вашей или чьей-либо еще руке, протягивающей мне нож для этого.

Феникс.

Вот она, пылающая, яркая, разрушительная.

Они пытались превратить ее в прах, и посмотрите на нее сейчас.

Чертовски сильная.

– Все, блядь, просто успокойтесь. Мы сможем поговорить об этом, когда у каждого будет шанс переварить это, – говорит Алистер. – Я действительно думаю, что твое пребывание у Сайласа, хорошая идея. Это лучший способ присматривать за тобой.

– Я не нуждаюсь...

– Дело не в том, чтобы защитить тебя, – огрызается он, взгляд темнеет. Я знаю, это потому, что он еще не смирился с тем, что случилось с Брайар. – Это в самом низу списка моих гребаных приоритетов. Я еще не знаю, стоит ли полностью доверять тебе. Это стратегия страховки. Мы можем следить за каждым твоим шагом, так что, если ты хоть подумаешь о сотрудничестве с этим федералом, мы об этом узнаем.

***

Проливной дождь льет с черного как смоль неба. Я наблюдаю, как он падает, со своего места в крытом пространстве внутреннего двора Тэтчера. Удары молнии на мгновение освещают облака, показывая иммерсивный66 сад скульптур, расположенный прямо за подземным бассейном, прежде чем снова воцаряется темнота.

Я закрываю глаза как раз в тот момент, когда гром сотрясает землю, позволяя себе поддаться мягкому постукивающему звуку.

– Давай, малыш. Пойдем потанцуем.

Я смотрю на проливной дождь, затем вверх на маму. В уголках ее глаз появились морщинки, как всегда происходит, когда она улыбается. Темные волны каштановых волос спадают за ее плечи, развеваясь за спиной .

Я не хочу сегодня танцевать.

Мне грустно, и все, что я хочу делать , – это оставаться в доме , подальше от остального мира.

– Но, мама, идет дождь, – бормочу я.

Она приседает на корточки, чтобы быть на уровне меня . Заправляя прядь моих отрастающих волос за ухо, она поглаживает ладонью мою щеку. Когда она так делает, мне хочется спать , потому что именно это она делает каждый вечер перед сном.

– У тебя сегодня был трудный день, да?

Я киваю.

Дети в церкви сегодня были особенно подлыми. Они все стояли вокруг меня, выкрикивая гадости о моем родимом пятне, придираясь ко мне, потому что я отличаюсь от них. Если бы я знал, что они будут такими жестокими, я бы не стал ничем делиться в воскресной школе.

Я бы просто промолчал .

– Дождь сразу все это смоет. Вся печаль и боль ускользнут с твоих плеч, очистив тебя. Лучшее время для танцев под дождем.

– Папа сказал, что мне просто нужно стать жестче.

Она смеется.

– Твой папа, должно быть, забыл, каково это, когда дразнят, потому что я открою тебе секрет, малыш. Твой папа не всегда был таким суровым. Он был мальчиком, прямо как ты, и носил очки, над которыми дети смеялись . Просто потому, что он отличался. Но это то, что мне понравилось в нем, то, что я люблю в тебе. Быть отличным от других означает, что порой ты будешь чувствовать себя одиноко. Но когда ты найдешь людей, которые примут эти отличия, они будут с тобой всю жизнь.

А потом мы танцевали под дождем.

Мы позволили дождю стекать по нашей коже, и я помню, что ощущал себя так, будто я скорее плавал, чем находился под ливнем. Я не заходил внутрь, пока не промок до нитки.

Я много чего почувствовал, когда моя мама умерла.

Но одиночество не было одним из этого.

Потому что у меня были они, и в момент, когда мы все встретились, я почувствовал, что меня поняли. Мне никогда не приходилось оправдываться, чтобы вписаться, они просто поняли меня. Они приняли меня. Шрамы, травмы и все такое. И прямо как говорила моя мама, они будут со мной всю жизнь.

– Сколько? – спрашивает Алистер, когда выходит в патио, Тэтчер и Сайлас следуют за ним.

– Девять дюймов67, – я убираю сигарету от губ. – Это когда твердый. Или тебе также нужно знать размер без стояка?

Он закатывает глаза, выхватывая сигарету у меня из рук, и делает длинную затяжку, прежде чем снова заговорить.

– Сколько ты уже трахаешь Сэйдж?

Я прислоняюсь головой к стене, понимая, что этот разговор должен был состояться. Я знаю, пришло время рассказать им, но я просто не знаю, с чего начать.