Чтение онлайн

Отчаянное веселье.

Раньше Майе казалось, что у этих слов может быть только одно значение: тебе настолько весело, что больше почувствовать просто невозможно, и ты прямо в отчаянии от такого опыта! Что-то вроде того – чуть иронично и безобидно. Теперь же она убедилась, что за этим определением может таиться куда более зловещий смысл.

Все, кого она видела в этом поезде, веселились. Просто некоторые делали это совершенно искренне, да и понятно, почему – все было организовано на высшем уровне. Дорогой поезд, у каждого вагона своя тематика оформления, Майя такого еще никогда не видела. Тут был вагон-аквариум, в котором неоновая подсветка придавала нечто мистическое ленивому движению золотых рыбок. Вагон, оформленный под винтажную кухню, идеальную для мастер-классов. СПА-вагон с элитным оборудованием для маникюра и педикюра, с массажными столами и зеркалами для профессионального макияжа. Вагон для йоги с маленькими фонтанами и подставками для благовоний. Вагон-клуб, в котором быстрые треки сменялись медленными, а мельтешение огней заставляло забыть, что ты все еще в поезде. Чудо, в общем, и многие наслаждались им. Чуть мешало отсутствие смартфонов, на которые можно все это великолепие снять, но с учетом того, что поездка бесплатная, не так сложно смириться.

Однако были и те, кто сочетал веселье с настоящим отчаянием. Женщины с натянутыми улыбками и блестящими от слез глазами. Нервно вздрагивающие. Хохочущие над каждой глупостью слишком громко, почти истерично. Они явно знали что-то – или хотя бы догадывались. Но они бежали от этого знания, постоянно отвлекались и пили куда больше, чем следует.

Майя напоминала себе, что должна вести себя естественно, не привлекать внимание, но она даже не представляла, как это сделать. Может, Таиса на ее месте и придумала бы что-нибудь – но ведь она не Таиса! Майя оставалась расслабленной, только пока она верила, что ей помогают. С тех пор, как она обнаружила, что на ее шее захлестнулась невидимая петля, притворяться становилось все сложнее.

Так что, когда Герман нашел ее за одним из столиков в ресторане и взял за руку, Майя едва не рванулась прочь. То, что ей удалось усидеть на месте и даже улыбнуться, она могла считать актерским достижением, достойным «Оскара». Хотя бы маленького. Главное, чтоб не посмертного…

– Как вам у нас, Майя? Надеюсь, все хорошо?

Герман оставался все так же очарователен, он не допускал ни одной ошибки, и Майя даже не бралась определить, что он врет, так, как это делали профайлеры. Но ей и не требовалось: новые знания способны на весь мир накладывать фильтр, от которого невозможно избавиться. Поэтому то, что раньше казалось восхитительным, сейчас раздражало, смотрелось какими-то ужимками…

Да и потом, Герман не был трезв. Время еще и до полудня не добралось, а у него уже странно блестит взгляд, голос порой звучит слишком громко, движения нервные, отдаленно напоминающие спазмы. Правда, алкоголем от него при этом совсем не пахнет… Майя заставила себя не задумываться, не делать выводы. Она знала: если испугается слишком сильно, не сможет даже притворяться.

– Все замечательно, спасибо, – кивнула она. – Я просто не привыкла к шумным праздникам, давно на них не была.

– Ну, вы еще успеете освоиться, нам предстоит долгое путешествие!

– Да… Спасибо за это. Извините, что не могу сразу присоединиться к общему веселью.

– Пустое! После того, что случилось, не удивительно, если вас пугают громкие звуки или резкие движения! Кстати, об этом… Майя, я могу задать вам личный вопрос?

Нет.

Больше всего на свете Майе хотелось произнести это короткое «нет», но она так и не осмелилась. Герман ведь посерьезнел, смотрит на нее, не моргая. Похоже, для него это и правда важно.

– Да, конечно… – пробормотала она.

– В ночь, когда все случилось… Вы ведь знали, что умираете?

– Я так чувствовала…

– Но вы не приняли эту смерть, вы двинулись вперед, хотя это увеличивало ваши страдания. Почему? Как вы сумели заставить себя выйти из леса?

Майя понимала, что убедительную ложь она не придумает, поэтому оставалось лишь надеяться на правду. Вот только правда эта ускользала, Майя, как ни старалась, не могла вспомнить свои мысли в тот момент – казалось, что все это произошло в другой жизни и вообще не с ней.

Но Герман все еще ждал ответ, и пришлось выдать хоть что-то:

– Я не помню, честно… Кажется, я просто шла на свет.

– Шла на свет, – задумчиво повторил он. – Да, наверно, это работает. Благодарю. Наслаждайтесь поездкой.

– Спасибо…

Он отошел, оставил ее в покое. Майя не верила, что все может быть так просто. Она ведь почти выдала себя там, на вокзале… Ну, не совсем, но она определенно вызвала настороженность Марики. Разве после этого за ней не должны были следить?

Но похоже, что нет. Они решили, что она никуда не денется с несущегося через поля и леса поезда. Пожалуй, в этом они были правы. Отдалившись от столицы, поезд набрал такую скорость, что деревья превращались в коричнево-зеленые черточки, растворяющиеся в пространстве. Совсем как в тех фантастических фильмах, где движение космического корабля изображают как слияние звезд в сплошной сияющий коридор вокруг него. По большому счету, она как раз так себя и чувствовала: застрявшей посреди безжизненного космоса.

Майя затаилась, украдкой наблюдая за своими попутчицами. Многие разбрелись по разным вагонам, изучая возможности необычного поезда. Но некоторые собирались небольшими группами, переговаривались о чем-то, хмурились. Причем делали это не новички, а Марика и такие, как она, те, кто был рядом с Германом уже очень долго. Майя заметила, что у некоторых из них есть одна и та же странная привычка: во время разговора касаться нижней части живота. Они что, все беременные? А зачем тогда в поездку потащились?

Спрашивать она не стала, она пыталась понять, чем они недовольны. Сначала она предполагала, что Германом: ревнуют его к такому количеству соперниц! Но потом она заметила, что они злобно косятся на тех женщин, которые вступили в это сообщество последними. Зыркнут на кого-нибудь – и начинают шептаться, неуловимо напоминая клубок змей.

Похоже, их злило то, что новенькие получают абсолютно те же привилегии, что и они, приближенные к Герману долгое время. Но какая им разница? Особенно при том, что многие из них и пригласили сюда новеньких, как Марика – Майю!

Только вот для них самих это как будто потеряло значение. Когда они обратили внимание на Майю, в их взглядах было столько злости и ненависти, что ей захотелось сжаться, стать совсем маленькой, незаметной, желательно – вообще невидимой! Но с магическим спасением были проблемы, пришлось полагаться на банальный побег.

Майя поднялась со своего места и, стараясь двигаться неспешно, направилась в другой вагон. Задерживать ее не стали, хотя на миг ей показалось, что они вот-вот набросятся на нее, совсем как стая гиен. Особенно смешно здесь то, что Герману не было дела вообще ни до кого, он исчез сразу после разговора с Майей!