ЖАНРЫ

История болезни (документальная повесть) - часть первая
Шрифт:

Где-то через неделю, я увязался за толпой ребят шедших на «стрелку» с посопскими. Наши расположились на своем левом берегу реки, посопские на правом. Обе стороны, обвиняя друг друга, кричали матом. Орали долго, затем решили пойти на мировую. Каждая «армия» выбрала парламентера, и они раздевшись, бросились одновременно в воду. На середине реки парламентеры поздоровались и поплыли дальше на противоположный берег, навстречу к «врагам». Когда «наши» стали предъявлять претензии к парламентеру противника, тот в ответ говорит:

– Ваш бешенный пацан, чуть было наших не зарубил лопатой.

Я догадался, что речь идет о моем брате Кольке.»

Сегодня увидев, как он реагирует на мой вспоротый живот, говорю ему:

– Ты не побоялся посопских, а здесь обычная рана.

– Это совсем другое дело. Тогда хотели с ребятами просто искупаться в реке. Нас трое было. А они, как специально ждали. Человек десять подошли и без всякой причины стали хамить, затем полезли драться. С трудом отбившись, стали убегать, а они за нами. Зная, что вы на огороде, рванул к вам и схватив лопату, побежал выручать своих пацанов. Посопские увидев меня, «драпанули», я за ними – хорошо не догнал. В тот момент злой был, точно кому-нибудь мог «черепок» разрубить. Сейчас бы не с тобой разговаривал, а на «зоне» землю «топтал». Ладно, Санек, об этом. Мне лучше. Чего тебе подать? …

26 декабря 1968 год.

Сегодня день моего рождения. Мне пятнадцать лет.

Замороженное окно в палате искрится от утренних лучей зимнего солнца. Мама стоит рядом, улыбается.

– С днем рождения, сынок!

В палате светло и празднично.

– Спасибо – ответная улыбка расплылась по моему лицу.

– Тебе подарок купила, – она раскладывает на моей груди в синюю полоску рубашку, от которой еще веет фабричный запах: – Может попробуем в честь дня рождения сесть? Улыбаюсь сильнее.

Давай! Надоело лежать. Вся подушка в волосах.

«С некоторых пор мои черные с кудряшками волосы выпрямились и стали выпадать. На затылке от трения с подушкой образовалась залысина. Кожа вначале с кистей и стоп, а затем и со всего тела стала отслаиваться. Ее сдираю лоскутами, а под ней – светлая и мягкая, как у младенца. Спрашивал маму:

« - Почему волосы выпадают и кожа сползает как со змеи? Она объяснила: «Ты, сынок, заново рождаешься. И волосы вырастут, такие же черные и кудрявые – от девчат отбоя не будет!»

Взамен мягкого серого больничного белья, на мне уже новая красивая, но жестковатая рубашка:

Ну что, садимся? – мама смотрит вопросительно.

Киваю.

Да!

Железный подголовник поднимается - нахожусь в полусидящем положении. Немного кружится голова. Сердце замедляет ритм – кажется сейчас остановится.

Тревожный голос мамы:

– Опустить?

Обессиленный, киваю.

Опускается подголовник, ритм сердца восстанавливается.

– Зря мы это затеяли – разволновалась мама.

–  Не зря! Давай еще попробуем. Надоело смотреть в потолок!

Медленнее, уже с остановками, подголовник вместе с подушкой и матрасом вновь приподнимается. Наконец осматриваю палату сидя. Все окружающие вещи приняли непривычный для меня вид. Сижу минут пять. Перед глазами летают «мушки». Мама опускает подголовник, но не до конца – остаюсь в полусидящем положении.

– На первый раз хватит и так долго сидел. Может, Бог даст, скоро и на ноги встанешь.

Она взволнованна, но глаза радостные и у меня настроение приподнятое.

– Мам? Давно хочу спросить. Почему у меня в свидетельстве о рождении стоит дата - 3 января 1954 года, а день рождение всегда справляем 26 декабря?

– Разве я не рассказывала?

– Нет.

– Так слушай. В то время, отселившись от твоей бабашки Аксиньи мы жили в только что отстроенном маленьком домике на окраине поселка Вейсэ. Там и родила тебя 26 декабря 1953 года.

– Этот дом я видел.

– Когда? Домик давно же разобрали.

– Правда, видел. Когда совсем маленьким был, бабушка его показывала. Подошли к дому, она приподняла меня, а я в окошко смотрел. В центре стол, на столе солонка стояла, а у печи лежали дрова. Все прибрано и чисто.

– Да разве я могла уехать из дома не прибравши. Слушай дальше. Зарегистрировали тебя в сельсовете 3 января 1954 года. Сама этого захотела – думала в армию позже возьмут.

– А меня из-за этого в классе никто не поздравлял. В младших классах наша учительница Раиса Федоровна, всегда торжественно объявляла дни рождения учеников. Именинников всем классом поздравляли, меня ни разу не объявила. У нее в журнале было написано 3 января, а это зимние каникулы.

– Саша! Почему не сказал Раисе Федоровне?

– Стеснялся! …

Тихий час закончился. Умытый и причесанный лежу с приподнятым подголовником – ожидаю гостей. Пришла Миронова. Последнее время она часто заходит, у нее в соседнем терапевтическом отделении лежит мама. Сегодня Валя выглядит особенно красивой. Одна ее рука занята пакетом с продуктами, а в другой «авоська» с игрушками.

Мама обрадовалась.

– Саша, а ты говоришь, одноклассники не поздравляют.

– Что Вы говорите, тетя Феня?! Сегодня весь класс пришел – она отдает пакет маме, а на тумбочку выкладывает: аиста на одной ноге - держащего в клюве новорожденного ребенка, матерчатого длинноухого осла - с доверчивыми стеклянными глазами и плюшевого мишку с балалайкой.

Она выпрямилась и торжественно произносит:

– Саша! Весь наш 8 «А» поздравляет тебя с Днем рождения и желает скорейшего выздоровления! – Она садится на стул совсем рядом со мной.

Чувствую запах ее тела. Она смотрит мне в лицо завораживающим взглядом и нежным голосом, от которого у меня пробегают мурашки, продолжает:

– Я очень хочу, чтобы ты вернулся в наш класс. Тебя нам не хватает.

Мама вытирает платком свои глаза, а у меня комок в горле, но все же с трудом выдавливаю:

– И я хочу…

Волнение охватывает всех троих, и мы долго молчим. Валя резко встает.

– Тетя Феня! Я совсем забыла, у нас был субботник. Александр Дмитриевич - наш классный руководитель, водил весь класс на консервный завод. Там мы разгружали вагон и перебирали овощи. Нам за эту работу заплатили сорок пять рублей. Ребята решили отдать эти деньги Вам. Она развернула аккуратно, сложенный тетрадный лист и протягивает маме пачку денег.

Такой растерянной, маму еще не видел.

– Да вы… Вы и так потратились – она рукой показывает на подарки.

Поделиться с друзьями: