Чтение онлайн

Коренным образом отличалась от испанской языковая политика, проводимая американцами. Если испанцы не допускали основную массу филиппинцев к изучению и пользованию испанским языком, то американцы, напротив, старались как можно шире и быстрее распространить английский язык среди населения колонии (усматривая в этом одно из- действенных средств «американизации»). С 1901 г. обучение на английском языке было введено во всех государственных учебных заведениях — от начальной до высшей школы. Английский язык должен был постепенно заменить испанский в административной и деловой сферах, прессе, в области культуры и просвещения. Процесс его внедрения и усвоения шел довольно интенсивно. Разумеется, речь шла о горожанах и состоятельной образованной части общества. Уже в 1905–1906 гг. на экзаменах государственных чиновников, где разрешалось пользоваться либо испанским, либо английским языками, большинство экзаменующихся предпочло английский.

Отношение филиппинцев к внедрению английского языка отличалось некоторой двойственностью. С одной стороны, оно не могло не встречать благожелательного отклика у местного населения — это была реакция на дискриминационную политику прежних колонизаторов. Кроме того, овладение английским языком (как в свое время испанским) открывало путь к современной западной культуре, науке, общественно-политической мысли. С другой стороны, внедрение английского языка ассоциировалось, в особенности у националистически настроенной интеллигенции, с американской колониальной политикой. Поэтому в первые годы после установления американского режима среди филиппинской интеллигенции возросла популярность испанского языка — его использовали в местной прессе, художественной литературе для выражения протеста против нового колониального гнета.

Что касается экономической политики американцев, то в первый период своего господства на архипелаге они лишь приступили к его эксплуатации. США стали проводить политику протекционизма, продиктованную не заботой об экономическом развитии архипелага, а стремлением к обеспечению монопольных позиций метрополии в эксплуатации Филиппин и ограждению колонии от экономической экспансии других капиталистических стран. В августе 1909 г. был принят тарифный Закон Пэйна — Олдриджа, регулировавший филиппино-американские торговые отношения. Согласно этому закону, между Филиппинами и США устанавливался режим свободной торговли и одновременно вводились высокие, почти запретительные таможенные тарифы для других стран — конкурентов Соединенных Штатов. Закон Пэйна — Олдриджа вводил небольшие квоты на ежегодный ввоз в США филиппинского сахара (300 тыс. т сахара-сырца), листового табака (300 тыс. т) и табачных изделий (150 млн. сигар). По принятому в октябре 1913 г. Закону Андервуда — Симмонса эти ограничения были отменены.

За короткий срок США добились господствующего положения во внешней торговле Филиппин. Если в 1901 г. вывоз сахара в США составлял 14,4 % общей стоимости филиппинского экспорта этого вида продукции, то в 1910 г., спустя год после принятия тарифного закона, — уже 86, а в 1911 г. — 91,2 %. В 1901 г. всего 0,2 % стоимости экспорта табака приходилось на долю Соединенных Штатов, в 1910 г. — 35,8, в 1912 г. — 37,2 %. В целом с 1901 по 1914 г. стоимость вывезенной в США филиппинской продукции (сырьевой и сырья, частично подвергшегося первичной обработке) увеличилась более чем в 8 раз, а стоимость ввезенных американских (потребительских) товаров — почти в 10 раз.

С увеличением вывоза филиппинской продукции (и соответственно расширением производства на экспорт) американцы стали форсировать дорожное строительство (началось сооружение новых железнодорожных линий на Лусоне, Панае, Себу, шоссейных дорог — на Минданао), реконструировать порты (на Лусоне, Висайях), развивать каботажное судоходство. Американские инвестиции устремились преимущественно в экспортно-импортную торговлю, банковское дело, в предприятия по первичной обработке экспортного сырья (сахарные и маслобойные заводы, табачные фабрики), а также вкладывались в землю, но в небольшом объеме [42] . Накануне первой мировой войны частные американские капиталовложения на Филиппинах составляли около 70 млн. долл.

Режим беспошлинной торговли способствовал формированию колониальной структуры экономики Филиппин, специализировавшейся на производстве нескольких видов технических культур, которые шли на экспорт. В 1915 г. на долю трех видов местной продукции — табачной, кокосовой, сахарной, служивших главными статьями вывоза в США, приходилось 86 % стоимости всего филиппинского экспорта.

Искусственный экономический «бум», порожденный высоким спросом в США на филиппинское сырье и введением режима свободной торговли, приносил огромные прибыли крупным филиппинским землевладельцам, занятым производством экспортной продукции, и способствовал формированию преимущественно из их среды местной буржуазии, связанной с производством на экспорт (предприятия по первичной обработке сырья) и обслуживанием американских капиталов (главным образом посредническая торговля). Таким образом с самого начала установились тесные связи между помещиками и буржуазией, основанные на общности их экономических интересов. Складывавшаяся филиппинская буржуазия находилась в сильнейшей зависимости от американского капитала. Это определялось и ее связями с беспошлинным американским рынком, и общей ориентацией на рынок внешний, а не на внутренний, и тем обстоятельством, что молодой филиппинский капитал действовал в тех же отраслях, что и американский.

Мероприятия американских колонизаторов в аграрной области не смогли изменить докапиталистический экономический базис деревни, да они и не ставили себе такой цели. Захватив Филиппины, американское правительство объявило бывшие испанские «коронные» земли (они, по подсчетам Филиппинской комиссии, составляли свыше 90 % земельной площади архипелага — 27694,5 тыс. га из 29694,5 тыс.) собственностью государства и взяло в свои руки контроль над освоением и распределением незанятых угодий. Земли, находившиеся в частной собственности у индивидуальных лиц или корпораций, сохранялись за их владельцами. Органический закон 1902 г. рекомендовал Филиппинской комиссии произвести обследование государственных земельных фондов, с тем чтобы выделить участки земли (общей площадью около 6,5 млн. га) для продажи в частные руки и безвозмездной раздачи. Потолок размеров участков, покупаемых у государства индивидуальными лицами, ограничивался 16 га. Корпорациям разрешалось приобретать земельную собственность из государственных фондов (покупать или арендовать) в размерах, не превышающих 1 тыс. га.

В конце 1902 г. был принят закон о выдаче владельцам земельных «титулов» — свидетельств, подтверждающих их право владения землей. Эта мера была выгодна лишь местному помещичьему классу. Суды по земельной регистрации, через которые производилась выдача свидетельств, оказались в руках касиков, действовавших в собственных интересах и допускавших полный произвол в отношении тех немногих крестьян, которые пытались утвердить свои права на принадлежавшие им участки. Большинство землевладельцев вообще предпочитало не оформлять «титулы», поскольку эта мера не была строго обязательной. В результате к 1910 г. было оформлено свидетельств немногим более чем на 10 % всех земельных участков. При этом, даже по признанию тогдашнего генерал-губернатора Форбса, почти все они были выданы крупным земельным собственникам.

Закон о гомстедах был принят в 1903 г. и вступил в силу со следующего года. Он устанавливал право каждого совершеннолетнего жителя Филиппин на бесплатное получение участка земли из государственных фондов, не превышающего 25 га. С самого начала действия закона удовлетворялся лишь минимум заявок, поступавших в основном от состоятельных лиц. С 1904 по 1913 г. из 21 968 заявок на гомстеды было удовлетворено всего 135. В колониальных условиях осуществление этого мероприятия, рассчитанного на развитие фермерских хозяйств, приводило лишь к появлению узкого слоя кулачества и укреплению помещичьего землевладения.

В руки филиппинских помещиков перешла и большая часть земель, выкупленных американским правительством у религиозных орденов (1903 г.). Эту акцию администрация Тафта вынуждена была осуществить под давлением растущего крестьянского движения. Крестьянская борьба особенно усилилась в орденских имениях, в свое время национализированных правительством Филиппинской республики и возвращенных монахам американцами сразу же после захвата архипелага. Заручившись согласием папы римского, американские власти выкупили орденские земли (за сумму около 7 млн. долл.) и приступили затем к их продаже частным лицам. Распродажа проводилась по высоким ценам, доступным лишь верхушке местного землевладельческого класса. Земельные магнаты выкупали целиком громадные орденские асьенды (по нескольку десятков тысяч га). В 1908 г. Ассамблея подтвердила эту практику, издав указ об освобождении бывших орденских земель от действия Органического закона 1902 г. К 1910 г. распродажа монашеских угодий была закончена, 60 тыс. обрабатывавших их крестьян-арендаторов выброшены на рынок труда.

В целом аграрная политика американских колонизаторов в начальный период их господства на Филиппинах привела к росту местного крупного землевладения, укреплению позиций помещиков, сохранению старой социальной структуры филиппинской деревни с засильем касиков и полуфеодальными методами эксплуатации крестьянства.

Героические, полные драматизма события революционных лет оставили неизгладимый след в сознании филиппинцев. Идеалы свободы, независимости, национальной государственности сохранялись в памяти народа, оказывая глубокое воздействие на общественную жизнь Филиппин начала XX в. Антиимпериалистические чувства, стремление вновь обрести утерянную независимость были свойственны почти всем классам и слоям общества. В этом смысле национально-освободительное движение, продолжавшееся в условиях нового колониального гнета, восприняло уже «готовые» цели и идеалы — те, что были рождены предшествующим поколением борцов против колониализма и остались неосуществленными из-за вмешательства американских империалистов. Но формы и методы борьбы изменились. В первые десятилетия XX в. преобладали мирные, легальные формы (хотя кое-где и случались отдельные вспышки вооруженного протеста). Основным течением в национально-освободительном движении стало национал-реформистское, объединившее под своим знаменем буржуазию, помещиков, часть интеллигенции. То обстоятельство, что антиколониальное движение устремилось в легальное, реформистское русло, было прямо связано с особенностями колониальной политики США. С помощью политического маневрирования и уступок филиппинским верхам им удалось задержать рост антиколониального движения, окончательно заглушить радикалистские тенденции в буржуазно-помещичьих националистических кругах.