Чтение онлайн

– Это все - лишь слова, - сердито ответил Хэ Вэйфэн.
– Ты не поведал мне ничего из того, что я хотел бы услышать. Видно, я ошибся…

– Горы, - неожиданно прервал его Ван Фань.
– Нерушимость горной гряды, и сокрушительная мощь лавины. Слепящий блеск снега на пиках, простота камня, и покрывало облаков, что скрывает вершины. Опасности, одна из которых настигла меня, и притягивающая взгляд первозданная красота. Суть мечного стиля Тяньшаня и есть Тяньшань, - старик пораженно воззрился на него, и вдруг рассмеялся, хлопая в ладоши.

– Чжо Жэньцин не ошибся, раскрыв тебе все секреты своего фехтовального стиля, - покачал он головой.
– Я лишь жалею, что не встретил тебя раньше, чем он. Потренируйся со мной еще немного, Сяо-Фань - ведь где лучше практиковать мечное искусство, чем в месте, что являет собой его суть?

Они упражнялись еще какое-то время, как повторяя формы, так и проводя дружеские поединки. Несколько раз, они были вынуждены прерваться для отдыха - Сяо-Фань все еще был слаб после ранений. Во время одного из таких привалов, их отыскали двое младших Тяньшаня - юноша и девушка в белых одеждах, приведшие в поводу целого и невредимого мерина Ван Фаня. Пожитки юноши также оказались в полной сохранности. Распрощавшись с Хэ Вэйфэном, юноша двинулся в путь, на ходу подкрепляясь припасенным в седельных сумках хлебом.

“Стиль дедули Хэ интересен, но есть в нем некая шероховатость, незавершенность,” размышлял он, жуя рисовую булку. “Видать, меч был для Дитяти-Старейшины больше сиюминутным увлечением, чем серьезным направлением развития. Надеюсь, дедан найдет себе талантливого ученика, который доработает этот стиль, и превратит его из любопытного курьеза в конфетку. Потенциал у него всяко есть. Но все же, мне на редкость повезло с этим дружелюбным стариканом. Мало того, что он жизнь мне спас, так еще и подкинул множество интересных идей, как этим его фокусом с сосновыми иголками, так и практикой фехтования. Кажись, я понял кое-что о стиле Девяти Мечей Одиночества. Надо будет потолковать об этом с Джи,” довольно кивнув своим мыслям, он пришпорил мерина. Долина Сяояо ждала возвращения своего третьего ученика.

***

– Я ожидал от тебя большей осторожности, Сяо-Фань, - Уся-цзы, встав из-за чайного столика, подошел ближе к поприветствовавшему его ученику. Черные глаза старца глядели со строгой печалью.

– Ты отделился от обоих своих старших, - тяжело вздохнул он.
– Пусть Юэсюань и Цзи вернулись порознь, но в один день. Ты же задержался на добрую половину недели.

– Простите, учитель, в моей задержке виноват только я, - покаянно ответил юноша.
– В горах Тяньшаня, я упал в расщелину по неосторожности, и лишь встреча с уважаемым Хэ Вэйфэном спасла мою жизнь.

– Ты ранен?
– недовольство в глазах учителя мгновенно сменилось волнением и искренней заботой.
– Может, стоит сводить тебя к доктору Шэню?

– Я позаботился о своих ранах, - поспешно ответил Ван Фань.
– Я зайду к доктору Шэню, но только, чтобы повидать его и Сянъюнь - за время моего странствия, я соскучился по друзьям, - он продолжил, чуть смутившись:

– Как и по вам учитель. Хочу вам признаться - я сменил основной стиль, - он провел рукой по гарде подаренного Чжо Жэньцином клинка, - и изучал боевые искусства других сект. Ваш ученик забыл о сыновней верности, - он виновато склонил голову.

– Не волнуйся об этом, - успокоенно отозвался Уся-цзы.
– Если ты познакомился со старым Хэ, то должен знать - я не стану порицать изучение чужих искусств, - он ухмыльнулся в бороду, - ведь я и сам виновен в подобном. Мне лишь в радость, что ты, наконец, нашел свой путь. Позже, я передам тебе книгу с описанием мечного стиля Сяояо, для изучения в дороге. Присядь, - он приглашающе кивнул в сторону столика с чайным прибором.
– Отдохни с дороги, и поведай мне о твоих злоключениях на Тяньшане.

– С удовольствием, - присев за столик, Сяо-Фань наполнил одну из чистых чашек.
– Где все, учитель? Я не видел ни моих старших, ни наших спутниц в долине. Надеюсь, я не слишком от них отстал?

– Не беспокойся, никто бы не отправился дальше без тебя, - рассмеялся старый мудрец.
– В особенности, юная Янь, грабительница могил, - старец довольно хмыкнул, оставив без внимания укоризненный взгляд ученика.

– Они в Лояне, каждый - по своим делам, - продолжил он.
– Как я знаю, они встречаются в трактире Хэ Луо в обеденное время. Ты сможешь застать их там. Но расскажи мне, наконец, о произошедшем с тобой в горах.

– Эта история кратка и нелестна для меня, - безрадостно улыбнулся Ван Фань, и отпил чаю. Тут же он невольно скривился, и удивленно оглядел свою чашку, а после - невозмутимо пьющего чай Уся-цзы. Резкая горечь с сильным металлическим привкусом, заполнившая рот юноши от его неосторожного глотка, все не желала уходить. Отставив чашку, он продолжил:

– Одним утром, Цзи проснулся раньше меня, и выступил в путь сам…

– …А я говорю, юноша в красном победит! Его движения быстры и легки, и каждое из них наполнено внутренней силой. Как ты, младший братец, можешь быть так слеп к мастерству собрата по мечу?
– личико Вэй Цзылин было преисполнено раздражения.

– Именно потому, что я имею представление об искусстве меча, я говорю - победит монах. Тебе не стоило бы лезть в дело, которого не понимаешь, - Цзин Цзи в этой беседе просто был собой. Глядя на сердящуюся Цзылин, он все же расщедрился на объяснения:

– Именно в неспешности движений монаха его преимущество. Он тратит меньше сил на защиту, чем парень в красном - на атаку. Этот монах, без сомнения, искусен в кулачном бою, и сейчас использует приёмы шаолиньских стилей, изменив их под свое, гм, оружие. Такое доступно только мастеру.

Сяо-Фань не застал начало этой беседы, близящейся к превращению в ссору. Войдя в полупустой трактир Хэ Луо, он заметил своих соратников сразу - они расположились за одним из двух занятых столов первого этажа, и наблюдали за парой, занявшей второй. Та выглядела бы обычной двоицей странствующих воителей, развлекающихся горячительным, если бы не их занятие. Монах в латаной накидке и юноша в красном увлеченно фехтовали, используя палочки для еды. Сидящие друг напротив друга, эти двое выглядели совершенно разными.

Первый, моложавый буддист, весьма свободно трактующий запреты своего учения на вино и мясо, был крепок телом, и грязен, словно опустившийся нищий. Выражение лица его, веселое и плутоватое, резко отличалось от обычного для монахов спокойствия.

Второй, одногодка Сяо-Фаня и Цзи, был жилист и высок ростом. Буйная копна его чёрных волос, сроду не знавшая ни расчески, ни ножниц, была небрежно подвязана белой лентой. Меч юноши, неказистый, с заржавленной гардой и истертой рукоятью, был небрежно прислонен к столу, а ладони были скрыты кожаными перчатками без пальцев. Ван Фань мгновенно оценил удобство этого предмета одежды, как фехтовальщик: и в мороз, и в жару, перчатки позволяли держать рукоять меча без неудобств.