Чтение онлайн

Если Гермократ был ярым врагом карфагенян, то позиция демократа Диокла была двойственной. Бывшие матросы афинского флота, спасшиеся после сицилийской катастрофы, поступили на службу к карфагенянам, находившимся, по-видимому, в дружественных отношениях с афинянами. В это время Селинунт, союзник Сиракуз, напал на демократическую ионийскую Эгесту; Эгеста обратилась за помощью к карфагенянам. Карфагеняне отправили в Сицилию армию под начальством Ганнибала, сына Гескона, в которой сражались и бывшие афинские наемники. Овладев Селинунтом, Ганнибал истребил его жителей; затем он выступил против Гимеры. Сиракузцы послали на помощь Гимере войско под предводительством уже упомянутого Диокла, но Диокл вел себя весьма двусмысленно: в разгар борьбы он увел сиракузские войска из Гимеры, за что впоследствии был изгнан из Сикаруз. Гимера была взята приступом и разрушена (409 г.). Как можно заключить из «Финикиянок» Еврипида, эта неудача сиракузян, причинивших столько горя афинянам, вызвала ликование в Афинах, дружественно относившихся к Карфагену, тем более, что причиной победы карфагенян были в значительной мере бывшие афинские воины.

В Эгейском море театр военных действий теперь сосредоточился в области Геллеспонта. В 409 г., захватив Халкедон и Византий, Алкивиад тем самым завершил покорение Геллеспонта. Популярность Алкивиада была так велика, что он мог рискнуть возвратиться в Афины, где демократический строй с советом пятисот и гелиеей был восстановлен полностью, включая и диэты. Более того, по предложению Клеофонта, была введена так называемая «диобелия»: граждане, не занимающие государственных должностей и не получающие диэт, стали получать теперь пособие в размере двух оболов в день. Чтобы дать заработок безработным, возобновлены были прерванные во время войны строительные работы в Эрехфейоне.

Алкивиад (постановление об его изгнании было отменено еще в 411 г.) был торжественно встречен в Афинах (408 г.) и назначен стратегом-автократором, т. е. стратегом с неограниченными полномочиями на суше и на море; эта должность, как показали впоследствии события в Сицилии, служила прекрасным трамплином для захвата неограниченной власти. После короткого пребывания в Афинах он с флотом из ста триер отплыл на Самос.

Тем временем положение в Малой Азии изменилось к невыгоде для Афин. Тиссаферн впал у персидского царя в немилость и перестал оказывать помощь афинянам.

При дворе персидского царя взяла верх враждебная афиня нам партия, возглавляемая младшим сыном царя Киром. Кир рассчитывал по смерти отца занять персидский престол и, вероятно, превратить Персию в эллинизованное государство с греческой культурой и военной техникой. [274] У Кира была жена гречанка, которой он даже дал имя Аспасии; он опирался главным образом на греческих наемников. В своих планах коренной реформы Персидского государства он, по-видимому, имел целый ряд единомышленников в глубине Персии; вероятно, они тождественны с теми людьми, которых источник Плутарха (может быть, Ктесий) называет «смутьянами и беспокойными людьми».

Интересна речь, произнесенная Киром в 401 г.: «О эллины, я сделал вас своими соратниками не потому, что мне нехватает варваров, но потому, что я считаю, что вы лучше и сильнее огромных полчищ варваров. Так будьте же мужами, достойными той свободы, которая досталась вам в удел и обладание которой я считаю счастьем. Знайте, что эту свободу я предпочел бы всему тому, что я имею, хотя бы оно и было увеличено во много раз». [275] Нельзя считать, что Кир говорит это только для того, чтобы угодить грекам. В другом месте Ксенофонт отмечает, как Кир радовался, видя, что греки внушают страх бывшим в его войске персам. [276]

Правой рукой Кира был спартанский наварх (начальник флота) Лисандр, бывший в родственных отношениях с царским домом Еврипонтидов. Лисандр был чужд полисной психологии, характерной для большинства спартанцев; будучи искусным стратегом и ловким дипломатом, он замышлял коренную ломку спартанского строя и распространение спартанской власти на всю Элладу. Его лозунгом было: «цель оправдывает средства»; так, он говорил: «Детей обманывают костяшками (при игре в кости), а взрослых — клятвами». Он уничтожал автономию греческих государств Малой Азии и ставил у власти преданных ему людей.

Можно думать, что Кира с Лисандром и объединяли планы создания греко-персидской монархии.

В пользу этого говорит тот факт, что вожди аристократических группировок в самых различных государствах материковой Греции фактически состояли на службе у Кира и готовы были повиноваться первому его зову: таковы были Аристипп в Фессалии, Проксен в Беотии, Софэнет в Аркадии, Сократ в Ахайе. Если демократы одерживали верх в том или ином городе, аристократические вожди обращались к Киру и получали от него деньги и наемников для борьбы с противниками. [277] Те идеи, которые впоследствии характеризовали эллинизм, в это время носились уже в воздухе; мы видели уже, что еще раньше по этому же пути собирался вести Грецию Алкивиад, и показали, какие экономические потребности вызвали эти идеи. Плутарх сообщает, что и Лисандра поддерживали какие-то торговые круги в малоазийских городах.

В 408 г. Кир с огромной суммой в 500 талантов был отправлен в Малую Азию; полномочия сатрапов Тиссаферна и Фарнабаза были значительно ограничены в его пользу; вдобавок он стал агитировать среди греческих городов за отложение от Тиссаферна и помогал им присоединяться к его области военной силой. Кир добился от царя приказа поддерживать Спарту всеми бывшими в его распоряжении средствами. Тогда же прибыл к берегам Малой Азии спартанский флот, руководимый Лисандром. Между Лисандром и Киром сразу же установилась тесная связь. Благодаря субсидиям Кира Лисандру удалось повысить жалование морякам на спартанских судах. Это повело к переходу ряда матросов с афинских судов на спартанские. [278]

Осенью 408 г. спартанский флот в составе 90 триер, под начальством Лисандра, стоял в Эфесе, а афинский флот в составе 100 триер, под начальством Алкивиада, — неподалеку от Колофона, у мыса Нотия. После того как Алкивиад в течение нескольких месяцев тщетно пытался вызвать на бой Лисандра, он весной 407 г. разделил свою эскадру и с частью ее отправился к северу для сбора денег с союзников (его войско не получало жалования), а другую часть оставил под командой кормчего Антиоха, которому поручил ни в коем случае не вступать в бой со спартанцами до его возвращения. Однако Антиох не выполнил этого распоряжения и, по требованию судового экипажа, сразился с Лисандром, но потерпел поражение, причем потерял 15 триер. Алкивиад по возвращении пытался вызвать на бой Лисандра, чтобы смыть позор поражения. Лисандр не принял его вызова. Эта неудача не имела военного значения; однако, когда афиняне узнали о поражении, они пришли в ярость. По предложению вождя радикально-демократической партии Клеофонта они отстранили Алкивиада от должности стратега и выбрали вместо него других стратегов. Алкивиад отплыл в Херсонес Фракийский и поселился как частный человек в принадлежавшем ему здесь укрепленном замке.

В создавшемся серьезном положении афиняне решили союзу лакедемонян с персами противопоставить другой внушительный союз с «варварами». В 407—406 гг. в Афины прибыло карфагенское посольство; оно было принято с почестями, и было постановлено послать посольство в Сицилию к карфагенским полководцам Ганнибалу и Гимилькону с просьбой о заключении дружбы и военного союза. [279]

Наряду с этим афиняне развивали энергичную деятельность и в Фессалии. В это время Прометей и Ликофрон свергли в Ферах владычество знати, а затем обратились с воззванием к пенестам (зависимым крестьянам) соседних общин, приглашая их к освобождению и борьбе против господ, которые так долго властвовали и грабили их. [280]

Любопытно, что главным афинским агитатором в Фессалии был Критий: он вместе с Прометеем организовал здесь демократические учреждения и вооружил пенестов против их господ. В это время он был демократом и сторонником Алкивиада; через два года он станет во главе самой отвратительной и реакционной спартанской агентуры — правления Тридцати.