Чтение онлайн

фискала святого трибунала, и, с другой стороны, доньи Марины де Гевара,

постриженной монахини Рождественского монастыря ордена св. Бернара, в этом

городе, один из нас, инквизиторов, отправился в названный монастырь 15 мая

1558 минувшего года, и вышеупомянутая Марина де Гевара представила ему

показания, в которых она призналась и в том, что неоднократно беседовала с

человеком, втянутым в заблуждения Лютера, и что она постоянно слышала от

него слова: "Оправданные верой, мы пребываем в мире с Богом через Господа

нашего Иисуса Христа"; что эти слова казались ей хорошими и что она им

верила, хотя не понимала, каков их смысл", и т. д.

VII. Здесь приговор передает то, что я сказал о результате процесса,

возбужденного против Марины, по отношению к приписанным ей заблуждениям и к

сделанным ею показаниям; это изложение занимает несколько листов; после

этого читаем следующее:

VIII. "Принимая во внимание просьбу двух сторон, мы приказали сделать

оглашение свидетельских показаний против означенной Марины де Гевара

касательно заблуждений и ересей, в которых она обвиняется; свидетелей было

двенадцать.

Будучи допрошена о сущности и отдельных пунктах этого оглашения, она

сослалась на сказанное ею в показаниях, отрицая остальные пункты,

выставленные против нее; поговоривши обо всем со своим адвокатом, она

высказалась против этого оглашения, уверяя в своей невинности. Тогда мы

приказали сделать оглашение двух других свидетелей, также представивших

обвинения Марины де Гевара, на что она ответила, как и на прочее, отрицая

сказанное ими и приводя многое в свою защиту. Допросив свидетелей защиты, мы

приступили к оглашению последнего свидетеля, на показания которого она

отвечала по-прежнему; по совету своего адвоката она заявила, что ей нечего

более сказать. То же заявил фискал. Закончив судопроизводство и

посоветовавшись друг с другом и с несколькими значительными и учеными

лицами, призывая имя Иисуса Христа, мы находим (согласно актам и документам

этого процесса), что означенный прокурор-фискал целиком и совершенно

доказал, отчасти по показаниям свидетелей, отчасти по заявлениям доньи

Марины, что она отреклась от учения, которое содержит и которому наставляет

наша Святая Мать (т. е. Церковь); что она приняла и уверовала во многие

заблуждения и ереси ересиарха Мартина Лютера и его последователей; что

уклончивые приемы, которые она применяла в своей защите (говоря, что она не

верила в заблуждения, в которых ее обвиняют, и питала на их счет сомнения и

колебания) ненадежны и что ни эти соображения, ни какие другие из числа

приведенных ею не оправдывают ее ни в одном пункте. Вследствие чего мы

должны объявить и объявляем, что означенная Марина де Гевара была и есть

еретичка-лютеранка и что она бывала во многих собраниях и сходках вместе с

другими лицами, где ее наставляли в этих заблуждениях; что ее исповедь лжива

и притворна и что, следовательно, она навлекла на себя кару верховного

отлучения и другие цензуры, под которые подпадают и которым подвергаются все

удаляющиеся от учения нашей святой католической веры, которой она обязана

строго держаться в качестве христианки старинной расы, происходящей от

благороднейшей крови, и постриженной монахини; и мы ее передаем правосудию и

светской власти превосходного рыцаря Луиса Осорио, коррехидора Его

Величества в этом городе, и его заместителя в этой должности, которым мы

советуем обращаться с нею с добротою и милосердием и приказываем, в силу

настоящего окончательного приговора, все исполнить так, как только что

сказано. Лиценциат Франсиско Бака. Доктор Риего. Лиценциат Гилъем. Епископ

Паленсии, граф де Перниа".

Кто не почувствует негодования, видя, что этот акт трибунала

оканчивается рекомендацией светскому королевскому судье со стороны

инквизиторов обращаться с обвиняемой с добротой и милосердием, между тем как

они отлично знают, что произойдет? Действительно, за две недели до аутодафе

светскому королевскому судье сообщают, сколько ему выдадут узников,

осужденных на смертную казнь, - необходимая предосторожность, чтобы

приготовить вперед место казни, дрова и количество столбов, необходимых для

экзекуции, а также окончательные приговоры, с пробелами для вписывания имен

и профессий, о чем ему дадут знать накануне аутодафе. Если обвиняемый

объявлен нераскаянным еретиком или рецидивистом, приговор королевского судьи

ограничивается осуждением на сожжение, сообразно с законами королевства, или

только на задушение, если обвиняемый раскаялся. Инквизиторы так уверены, что

дело тем и окончится, что, если бы после передачи обвиняемого в руки

коррехидора последний позволил себе присудить его к пожизненному заключению

в какой-нибудь крепости Африки, Азии или Америки, а не к смертной казни, они

обратились бы со своими жалобами к государю и, может быть, даже пустили бы в

ход цензуры против коррехидора и привлекли бы его к суду как виновного в

противодействии мерам святого трибунала, в нарушение присяги оказывать ему

помощь и содействие и как покровительствующего еретикам. Итак, что же значит

это лицемерное притворство в заинтересованности в судьбе несчастного

осужденного? Как понимать указание светскому судье обращаться с ним с

добротой и милосердием? Достаточно хорошо известно, что все церковные судьи

требуют одного и того же, когда они выдают светской власти тех, кого

придется осудить на смертную казнь, потому что им важно уверить, что они не

принимают никакого участия в смерти обвиняемого, их ближнего, и что они

таким образом не подпадают под кару за неподобающий поступок, назначаемую

для священников, содействующих чьей-либо смерти. Но нельзя обмануть Господа

этими формулами, противоречащими тайным сердечным расположениям. Св.