Чтение онлайн

Опираясь на русский перевод «Хроники» польского историка М. Стрыйковского, Т. Кудрявцев предлагал начинать древнейший период русской истории не с правителей – Гостомысла и Рюрика с братьями, а с ранней истории славян, к предкам которых тогда относили сарматов. Для такого научного, нового по тому времени подхода дьяк испрашивал разрешения царя [301] .

Исторические предпочтения царя имели большое значение. Однако царь Алексей Михайлович не собирался отказываться от традиции возведения своего великокняжеского рода к Прусу, а тем более следовать поляку М. Стрыйковскому. Предложение последовать западному, в данном случае польскому, образцу оказалось для царя неприемлемым.

Задачу, поставленную царем Алексеем Михайловичем перед Записным приказом, спустя десять лет решил дипломат, дьяк приказа Казанского дворца, а позднее Разрядного приказа Федор Иоакимович (Иванович, Акимович) Грибоедов (ок. 1610–1673), прапрадед А. С. Грибоедова, знаменитого автора комедии «Горе от ума».

Ф. И. Грибоедов стал первым официальным летописцем династии Романовых. Ему давались царем сложные поручения, он участвовал в составлении Уложения 1649 г. Выполнил Грибоедов и царское пожелание написать обобщающее произведение по русской истории, подготовив к началу 1669 г. «Историю о царях и великих князьях земли Русской». Позднее к его труду добавляли записи о новых событиях. Для возвышения Романовых над другими потребовалась помощь преданий, генеалогического подтверждения того, что власть московских государей являлась результатом многовековой работы русской истории. Поэтому центральным сюжетом стала история царского рода.

На первый взгляд «История…» Грибоедова опирается на «Степенную книгу». Кратко ее пересказав, иногда на нее ссылаясь и цитируя, автор сохранил периодизацию по степеням, событийную канву и поучительный тон.

Но под «прикрытием» старины Грибоедов создавал новую схему династического порядка самодержавного царства. В новых исторических условиях, когда с пресечением династии Рюриковичей выродился порядок разделения территории государства между детьми, и создавалась основа для развития абсолютистских тенденций, Грибоедов осознанно не последовал в изложении начальной истории царской династии за хорошо знакомой ему «Степенной книгой».

М. Б. Свердлов обратил внимание, что Грибоедов устранил из повествования события военно-политической истории Руси. Александр Ярославич назван Грибоедовым «Невским», но о его победе над шведами не сообщается. Говорится, что он поехал в Орду к «царю» Берке «по многих преславных победах на татар и на немец», хотя побед у Александра над монголо-татарским войском не было. Также и Дмитрий Иванович назван «Донским», но о победе на Куликовом поле речи не идет [302] .

Краткое изложение династической истории Рюриковичей Грибоедов продолжил до царствования Ивана IV, создав его идеализированный портрет. Перед автором стояла задача не просто конкретизировать генеалогические связи, подтверждающие родство Рюрика и императора Августа, а показать родство с ними бояр Романовых, и таким образом установить генеалогическую связь Романовых с Рюриковичами. Тем самым бояре Романовы оказывались на недосягаемой для других княжеских родов высоте.

Важнейшим концептуальным фактом у Грибоедова является женитьба царя Ивана IV на Анастасии Романовне Романовой, так как этот брак соединил династию Рюриковичей с боярским родом Романовых. Вторым важнейшим фактом, демонстрировавшим укрепление династии и вместе с ней легитимность власти Романовых и их прав на престол, являлось царствование одного из трех сыновей от брака Ивана Грозного с Анастасией Романовой – Федора Иоанновича (1584–1598).

Соединив матримониально две династии – Рюриковичей и Романовых, Грибоедов приступил к разрешению следующей задачи – повышению статуса рода Романовых, и возведению его к Прусу и Августу, к которым уже была возведена династия Рюриковичей в XVI в. Через общее родство проводился тезис об уравнении происхождения двух династий – Рюриковичей и Романовых.

После того, как Грибоедов справился с основной задачей, он перешел к подробному изложению последующих событий, показывая драматизм положения рода Романовых в 1598–1612 гг. Особое внимание автор уделил гонениям на Романовых со стороны Бориса Годунова.

За свой труд Грибоедов получил щедрое вознаграждение от царя Алексея Михайловича, что свидетельствует об удовлетворении царя. Романовы, бояре по происхождению, оказывались в равном положении с Рюриковичами. Остальные княжеские ветви не были уже ровней недавним боярам Романовым [303] .

Рождавшемуся русскому абсолютизму требовалось идеологическое обоснование. С помощью генеалогического повествования создавалась необходимая власти концепция, которая была оформлена «в соответствии с новейшей эстетикой западноевропейского классицизма».

Концепция Грибоедова, принадлежавшая к официальной историографии (М. Б. Свердлов пишет о «придворной историографии»), являлась не столько анахронизмом, сколько она отражала формирующиеся новые реалии.

1. Почему Посольский приказ становится культурным и идеологическим центром России во второй половине XVIII в.?

2. Что нового привнесли в историческое описание думные чины Посольского приказа?

3. Какую задачу ставил царь Алексей Михайлович перед Записным приказом, и какой подход к истории предложил Т. Кудрявцев?

4. В чем Вы видите значение труда А. И. Лызлова «Скифская история»?

5. Какую оценку Вы можете дать генеалогическому труду Ф. Грибоедова?

1. Белокуров С. А. Из духовной жизни московского общества XVII века. О Записном приказе. – М., 1903.

2. Богданов А. П., Чистякова Е. В. «Да будет потомкам явлено…»: очерки о русских историках второй половины XVII в. и их трудах. – М., 1988.

3. Лызлов А. Скифская история. – М., 1990.

4. Лызлов А. Скифская история. – М., 2012.

5. Рогожин Н. М. У государевых дел быть приказано… – М., 2002.

6. Чистякова Е. В. Формирование новых принципов исторического повествования: этюды по русской историографии конца XVII в. // Исследования и материалы по древнерусской литературе. – Т. 3. Русская литература на рубеже двух эпох (XVII – начало XVIII вв.) / отв. ред. А. Н. Робинсон. – М., 1971. – С. 171–184.

«Синопсис», по-гречески, означает обозрение. В Византии составителей синопсисов называли синоптиками. В изданном в 1674 г. в Киево-Печерской лавре «Синопсисе» было дано систематическое изложение истории, которое содержит отобранные и представленные в хронологическом порядке краткие сведения об основных событиях русской истории, имевших, с точки зрения автора, судьбоносное значение для народа и государства.