Чтение онлайн

Антитиранические и республиканские мотивы выражены в ряде опер Меркаданте[831], который в 1861 г. сочинил гимн в честь Гарибальди.

Беллини в юности вступил в Неаполе в карбонарскую венту. Свободолюбивые чаяния итальянцев проявились в двух его лучших операх — «Норма» и «Пуритане».

Первая из них была поставлена в миланском театре Ла Скала в 1831 г. — в тот год австрийские войска жестоко расправились с итальянскими патриотами, поднявшими восстания в Модене, Романье, Парме. Скорбный пафос «Нормы», воинственная готовность порабощенного племени друидов восстать против угнетателей вызывали на спектаклях патриотические демонстрации зрителей. Сердцу итальянца была близка непосредственная и задушевная мелодичность, пылкая горячность и драматическая сила музыки Беллини, одухотворенность и трагизм его оперных образов, прежде всего главной героини — Нормы, страстной и глубоко страдающей женщины, жрицы, разжигающей в своих соплеменниках пламя мести и жажду освобождения.

Позднее, во время представления «Нормы» в театре Ла Скала 10 января 1859 г., возник шумный беспорядок. В зале присутствовало много австрийских офицеров. Когда зазвучал хор из последнего акта «Война, война», зрители поднялись с мест и стоя повторяли те же слова во весь голос. Последняя опера Беллини — «Пуритане»— была написана в 1835 г. Ее хор «Звучи труба, и я неустрашимо буду рваться в бой! Прекрасно встретить смерть со словами:,Да здравствует свобода!“» вскоре стал призывным кличем для борцов за независимость Италии.

В том же году была создана опера Гаэтано Доницетти «Марино Фальеро», написанная на сюжет тираноборческой трагедии Байрона (отразившей в известной мере судьбы движения карбонариев). Известен такой факт — 7 декабря 1852 г. один из осужденных патриотов в Бельфьоре, ожидая казни, напевал арию из «Марино Фальеро»: «Другие герои будут счастливее нас, но если судьба им будет враждебна, тогда наш пример поможет им достойно умереть!».

Продолжая традиции Россини, Доницетти писал серьезные и комические оперы, идя по пути демократизации и расширения границ оперных жанров. Лучшие комические оперы Доницетти («Любовный напиток», 1832; «Дон Паскуале», 1843) отмечены яркостью народных образов, сверкающей мелодической виртуозностью, реалистической достоверностью сюжетных положений, неистощимой жизнерадостностью и остроумием, глубокой связью с национальными традициями итальянского народного театрального искусства. Его серьезные оперы отличаются жанровым многообразием, мелодическим богатством, драматической выразительностью, контрастностью сильных характеров, в них выражены созвучные духу времени героические и антитиранические мотивы[832].

Романтическая оперная драматургия в произведениях Россини, Беллини, Доницетти предопределила и новый тип оперного спектакля, воспринимавшегося как органически развивающееся целое, в полном слиянии всех его сценических компонентов, и новую исполнительскую манеру, потребовавшую от певцов не только безупречного вокального мастерства и разнообразия тембровых красок, но и пылкой, взволнованной интерпретации, живописной лепки сценических образов.

Новый, романтический стиль представляет целая плеяда крупнейших оперных артистов: певицы — М. Марколини, Г. Джорджи-Ригетти, Р. Моранди, И. Кольбран, Дж. Гризи; певцы — Дж. Давид, Л. Пачини, Л. Дзамбони, Ф. Галли, А. Ноццари, Д. Донцелли, Дж. Б. Рубини, А. Тамбурини и многие другие, получившие в XIX в. мировую известность. Самыми выдающимися певцами-актерами в итальянском оперном театре первой половины XIX в. были Дж. Паста и Л. Лаблаш.

Джудитта Паста (1797–1865) — живое артистическое воплощение эпохи романтизма. Стендаль называл ее «первой трагической актрисой», Стасов — «гениальной итальянкой». Современников поражало искусство перевоплощения, правдивость и искренность переживаний Пасты. Ее лучшие роли: пламенный Танкред, проникновенная Дездемона, властолюбивая Елизавета (в россиниевских операх), обаятельная Амина и трагедийная Норма (в операх Беллини «Сомнамбула» и «Норма», написанных для Пасты).

Луиджи Лаблаш (1794–1858) — целая эпоха в истории итальянского оперного театра XIX в. Его могучий талант вобрал в себя все самое значительное из того, что создала итальянская опера за полвека. Гениальный актер, соединивший в своем искусстве виртуозную импровизационность с реалистической правдивостью, Лаблаш создал незабываемые образы разнохарактерных комических типов в классической опере буффа мастеров XVIII в., Моцарта, Россини и Доницетти. Идеалы итальянского Рисорджименто нашли воплощение в целой галерее созданных им образов, в исполнение которых он внес яркий романтический темперамент и страстный пафос патриота: народный герой Вильгельм Телль, шотландский патриот Дуглас («Дева озера» Россини), мятежный дож Марино Фальеро (в одноименной опере Доницетти), предводитель пуритан Уолтон, суровый жрец друидов Оровезо («Пуритане», «Норма» Беллини), старый граф Моор («Разбойники» Верди).

* * *

Свое кульминационное воплощение итальянское искусство Рисорджименто находит в монументальном, титаническом творчестве Джузеппе Верди (1813–1901).

С 1842 г. по всей Италии зазвучали патриотические и тираноборческие оперы Верди, вызывая бурные отклики, превращая спектакли в политические демонстрации.

Искусство Верди обращено к народу, к массам, и это соответствует тому мощному размаху Рисорджименто, в которое вовлечены сами народные массы. Рисорджименто итальянской нации словно торопит, ускоряет свое время — таков и неукротимый ритм действия вердиевских опер. Рисорджименто стремится к единению всех сил народа — и искусство Верди монолитно, унисонно, оно словно наполнено одним могучим дыханием, в нем преобладают крупные мазки.

Еще в 1836 г. Мадзини в своей «Философии музыки», ставшей романтическим манифестом оперной эстетики Рисорджименто, взволнованно говорил о том огромном воспитательном воздействии, которое музыка должна оказывать на народ, готовящийся к восстанию. Основное внимание Мадзини уделял опере, мечтая о расцвете в Италии подлинной музыкальной драмы, обладающей могучей действенной силой, выражающей помыслы и чувства народа. И Верди в кульминационную фазу итальянского Рисорджименто создает подлинно народный музыкальный театр.

Джузеппе Верди

Боевым крещением «маэстро итальянской революции» была опера «Набукко», представленная в 1842 г. в Милане, в театре Ла Скала. Тема «Набукко» — тема Рисорджименто: уже Фосколо и Никколини разрабатывали ее. Библейская легенда о страданиях порабощенного народа — наиболее ясная аллегория с судьбой порабощенной Италии. И Верди прочел ее необычайно современно и страстно.

Следующая опера Верди — «Ломбардцы в первом крестовом походе»— была поставлена в театре Ла Скала в 1843 г. Устремления Рисорджименто были заложены в самом характере изображаемых событий и в том мятежном духе, ощущении перемены, которое наполняло оперу: хор крестоносцев в финале звучал, как боевой клич, призывающий к борьбе за свободу родины. Постановка «Ломбардцев» стала крупным политическим событием. Опера быстро обошла все итальянские театры и еще тесней связала имя композитора с итальянским революционным движением.

В 1844 г. состоялось первое представление оперы «Эрнани» на сюжет Гюго. Зрители, особенно на последующих спектаклях, пели вместе с хором заговорщиков стремительную, огненную, экзальтированную мелодию «Мы братья в эту минуту и клянемся драться, пока бьется сердце».

В том же 1844 г. в римском театре Арджентина была представлена опера «Двое Фоскари». Композитора привлекла сумрачная героика и высокий патриотический пафос трагедии Байрона, рожденной под непосредственным впечатлением разгрома карбонарской революции 1821 г.

1846 год Верди встречает оперой «Аттила». Фраза римского полководца Аэция в дуэте с завоевателем Аттилой: «Возьми себе весь мир, лишь Италию оставь мне»— вызвала страстные воклицания зрителей: «Нам, нам Италию!»

В 1847 г. Верди ставит оперы «Макбет» и «Разбойники», в 1848 г. — «Корсара». В них тоже много политических намеков. Верди даже обвиняют в «злоупотреблении умением вызывать патриотические выступления». И действительно, одно из таких общественных событий произошло во время постановки «Макбета» в Венеции накануне революции 1848 г. Когда прозвучала гневная фраза Макдуфа «Родину предали!», к певцу мощным хором присоединился весь зал. Лишь после вмешательства австрийских солдат была прекращена эта патриотическая манифестация.