Чтение онлайн

Исключительная по своему значению роль принадлежит в эпоху Рисорджименто итальянскому оперному театру[828] «Бедной порабощенной Италии запрещено говорить, и она может лишь музыкой поведать чувства своего сердца», — писал в 1828 г. Гейне под непосредственным впечатлением от музыки Россини.

Музыкальный театр издавна занимал особое место в культурной жизни Италии. Возникнув в пору, когда разделенная, разорванная на куски страна окончательно попала под чужеземное иго, оперное искусство стало для итальянцев вторым национальным языком.

В течение двух столетий опера сплачивала разобщенных и обездоленных соотечественников, питая и поддерживая в них чувство национальной гордости. Едва ли не в наибольшей мере эта ведущая роль оперы определилась в XIX.

Через весь XIX в. опера проходит как полноправная участница освободительного движения; новая романтическая оперная школа зарождается и складывается как искусство национального возрождения.

В оперном театре уже на рубеже XVIII–XIX вв. подспудно, подчас незаметно, начинают прорастать зерна будущего искусства Рисорджименто. Героическая тенденция, предвещающая наступление революционной эпохи, особенно отчетливо проступает в операх на антично-исторические темы, причем сюжеты из древнеримской истории явно воспринимаются композиторами и либреттистами в сугубо современном аспекте (явление естественное, поскольку история древнего Рима — предыстория Италии). Об этом красноречиво свидетельствуют, к примеру, «римские» оперы Доменико Чимарозы (1749–1801), проникнутые республиканскими идеями: «Юний Брут» (либретто Дж. Пиндемонте), «Аттилий Регул» (либретто П. Метастазио), «Горации и Куриации» (либретто А. Сографи[829]), звучавшие на сценах Венеции, Милана, Болоньи, Палермо в «якобинский период» истории Италии (1796–1799) и в начале нового века (1806–1814). Не случайно Чимароза (прославившийся в XVIII в. как блестящий мастер оперы буффа, создатель такого шедевра этого жанра, как «Тайный брак») в последние годы жизни упорно обращается к героическому жанру, что имеет непосредственное отношение к участию композитора в революционных событиях 1799 г. в Неаполе. Те же патриотические мотивы можно обнаружить и в ряде других «римских» опер начала XIX в.: «Софонисба» В. Федеричи и Ф. Паэра, «Весталка» В. Пучитты, «Херуски» и «Арджене» (по драме В. Монти «Аристодем») С. Майра, «Аттила» Дж. Фаринелли и др.

С карбонарским этапом движения Рисорджименто связана деятельность основоположника итальянского романтического оперного искусства — Джоаккино Россини (1792–1868).

Джоаккино Россини

Уже в ранних операх Россини явственно ощущались веяния надвигавшейся героической эпохи: его оперы «Танкред» и «Итальянка в Алжире» в 1813 г. всколыхнули всю страну.

Творческую деятельность Россини отличает неуклонное стремление сохранить и преобразовать итальянские национальные оперные жанры: оперу буффа и оперу сериа. Обе эти линии одинаково важны для его оперной драматургии, определившей эстетику, проблематику и жанровое своеобразие итальянского романтического оперного искусства.

С первых шагов основной чертой комедийной драматургии Россини становится острое чувство современности; смелые находки композитора предвещают иную, романтическую выразительность («Пробный камень», 1812; «Итальянка в Алжире», 1813; «Турок в Италии», 1814). Именно с этой точки зрения «Севильский цирюльник» (1816) — не только непревзойденный шедевр оперы буффа, но и образец нового «романтического» стиля, итог ранней творческой деятельности Россини, произведение, отразившее реальные социальные отношения, характерные для Италии начала XIX в. Черты романтической эпохи сказываются в «Севильском цирюльнике» и в обрисовке главного героя — Фигаро, предстающего как человек нового склада, нового мироощущения, в котором сразу угадывается итальянец; и в романтизации лирических образов — Розины и Альмавивы; и в по-современному колоритном решении сатирических персонажей — дона Базилио (гротесковое изображение монаха-интригана имело глубокий смысл в обстановке клерикального Рима, где состоялась премьера оперы) и доктора Бартоло; и в стремлении передать местный колорит; и в контрастной динамике и кажущейся импровизационности композиции мастерских ансамблей и финалов — музыкально-драматических кульминаций действия оперы; и в блестящей виртуозности вокальных партий, передающей то «причудливое упоение жизнью» (Гейне), которое так типично для романтического мировосприятия и так своеобразно сочетается у Россини с классически завершенной формой. Неподдельно народная природа россиниевских мелодий здесь выражена в умении создать национальный характер на основе обобщенных интонаций и ритмов современной народной музыкальной речи.

В «полусерьезной» опере «Сорока-воровка» (1817) Россини закладывает основу итальянской социально-психологической оперы-драмы.

С 1816 г. композитор ведет особенно настойчивые поиски в жанре серьезной оперы, стремясь сделать ее созвучной современности и способной воплотить героические и патриотические идеалы. Уже «Танкред» (по одноименной трагедии Вольтера) положил начало реформе оперы сериа. Героика «Танкреда» — первой оперы Рисорджименто — отличалась от опер сериа предшественников Россини демократически окрашенной народно-песенной музыкальной речью.

Новаторские тенденции, способствовавшие формированию самого типа итальянской романтической оперы-драмы, раньше проявляются в лирико-психологических и трагических операх: «Елизавете» (1815), «Отелло» (по трагедии Шекспира, 1816), «Семирамиде» (1823) и др.

На волне нараставшего карбонарского движения возникли «Моисей в Египте» (1818), «Дева озера» (1819, самое «романтическое» создание Россини) и «Магомет II» (1820) — героико-патриотические оперы, получившие накануне революции 1820–1821 гг. сильнейший общественный резонанс[830].

Первое представление «Моисея» состоялось в 1818 г. в неаполитанском театре Сан-Карло. Скорбный пафос оперы потряс зрителей: в горестной одиссее библейского народа, стонущего под игом чужеземного рабства, итальянцы узнавали собственную судьбу. А фигура величественного пророка Моисея, борца за счастье своего народа, словно ожившая могучая статуя Микеланджело, воплощала затаенную мечту итальянской молодежи о народном вожде, герое-освободителе. Особенно смело звучала в спектакле молитва из последнего действия (которую весь народ хором повторяет вслед за Моисеем), ставшая молитвой итальянских патриотов. И когда девятью годами позже «Моисея» исполняли в Париже, Бальзаку, слушавшему горячую, страстную молитву Моисея, казалось, что он присутствует «при освобождении Италии».

Опера «Магомет II» была поставлена в театре Сан-Карло в год карбонарской революции в Неаполе. Суровая повесть о народе, борющемся против врагов и погибающем в борьбе, завещая грядущим поколениям стремление к свободе, словно звала повстанцев к бою.

В дни революции Россини вступает в ряды национальной гвардии. Он непосредственно связан с передовыми кругами Италии — не случайно австрийская полиция устанавливает за композитором, «зараженным революционными идеями», строжайший тайный надзор.

После поражения революции 1820–1821 гг. Россини вынужден покинуть родину. Его последняя опера, написанная в Италии, — «Семирамида» — впервые прозвучала в 1823 г. в венецианском театре Ла Фениче. Заложенный в самом сюжете оперы мотив тирании служил в обстановке наступившей реакции явным политическим намеком.

Восстание народа, страстно жаждущего освобождения, буквально «ворвалось» на сцену в последней героико-патриотической опере Россини «Вильгельм Телль». Она прозвучала 3 августа 1829 г. в Париже, в канун Июльской революции 1830 г.

«Вильгельм Телль» (либретто Э. Жуй и И. Би по одноименной трагедии Шиллера) явился как бы итогом всей творческой деятельности Россини, завершив эволюцию серьезной оперы и вобрав в себя те героико-патриотические устремления, которые он выражал с самого начала творчества. В «Вильгельме Телле», вслед за «Моисеем», Россини по-новому разрешает классическую для оперного искусства XVIII в. проблему героя и народа, и решение это, несомненно, было связано с ростом национально-освободительного движения в Италии и других странах Европы.

Образ народа в опере имеет свою линию развития; судьба его конкретизирована и в отдельных судьбах, и прежде всего в образе самого Телля. Если Моисей является идейным вождем, духовным воспитателем народа, то Вильгельм Телль — первый демократический, народный герой в итальянской оперной литературе. Телль-вождь выступает в кульминационной сцене клятвы на Рютли — героической картине народного восстания. В клятве повстанцев гражданственный пафос оперы достигает наивысшего накала.

Достойную лепту в дело борьбы за освобождение Италии внесли и младшие современники Россини, представители основанной им романтической оперной школы — композиторы Саверио Меркаданте (1795–1870), Виченцо Беллини (1801–1835), Гаэтано Доницетти (1797–1848).