Чтение онлайн

Административную деятельность в России XVIII в. невозможно представить без широкого привлечения крестьян к исполнению разнообразных «служб»: от починки мостов до поимки разбойников. К важнейшим относились выплата подушной подати, исполнение рекрутской повинности, а в Карелии и вспомогательные заводские работы. Все эти службы обеспечивались круговой порукой всего крестьянского «мира».

Управление крестьянским миром осуществлял довольно многочисленный административный аппарат, не обременительный для государства, но обеспечивавший исполнение возложенных им на крестьянство задач. Наиболее авторитетным органом управления на селе был мирской сход. На нем, как правило, присутствовали представители деревень. На сходах производились выборы на вакантные мирские должности, осуществлялась раскладка повинностей, выделение целовальников в соляные магазины. Известны случаи, когда отдельные крестьяне обращались к мирскому сходу за помощью и поддержкой в трудные моменты жизни.

В промежутках между сходами административно-управленческие задачи возлагались на старосту. Судить о компетенции старосты в первой половине XVIII в. позволяют, в частности, материалы фонда Олонецкой воеводской канцелярии. Староста занимался организацией сбора налогов и исполнения натуральных повинностей (распределение объема работ между дворами, высылка на работы), решением многих спорных вопросов землеустройства и землепользования. Он отвечал за весь «мир» перед вышестоящими органами власти, доводил указы и распоряжения центральных и местных властей до сведения крестьян. В дальнейшем — во второй половине XVIII — первой половине XIX вв. — круг полномочий старосты претерпел лишь незначительные изменения.

Избрание старосты оформлялось «выбором» — особым документом, содержащим краткую характеристику кандидата на должность, свидетельство о самом факте избрания, а также «рукоприкладства» «мирских людей», участвовавших в выборах. После избрания на сходе староста должен был получить утверждение в воеводской канцелярии или, после создания губернии, в нижней расправе. Старост волостей, входящих в Олонецкий горный округ, утверждала заводская администрация. Система утверждения предлагаемых крестьянами кандидатур таила в себе возможность злоупотреблений или нарушения крестьянского права на выбор.

И действительно, случаи игнорирования крестьянской воли имели место. Так, в 1772 г. после подавления Кижского восстания начальник следственной комиссии генерал Лыкоший после консультаций с «лучшими людьми» от каждой волости по своей воле определил в старосты таких крестьян, которые во время восстания «с ослушниками и противниками согласия не имели». Однако обычно сельская администрация все же избиралась на сходе, поскольку подбор кандидатов, пользующихся доверием и уважением односельчан и способных в силу этого осуществлять управленческие функции, был слишком сложным неделикатным для органов власти делом.

Наделенный обширным кругом обязанностей и располагающий значительными правами староста должен был иметь в своем распоряжении помощников, как постоянно занимающихся «мирскими» делами, так и выполняющих разовые поручения. К их числу относились, прежде всего, так называемые «сборщики», на которых возлагались обязанности по сбору налогов (как государственных, так и внутримирских), а также выколачивание («правеж») недоимок. С 1787 г. в номенклатуре сельского управления появилась должность выборного помощника старосты. Другим ответственным лицом был десятский, который выполнял свои обязанности в течение одного года, проводил деревенские сходы, являлся помощником старосты при решении мирских дел и участвовал в общих «мирских» и волостных делах.

К числу должностных лиц, выполнявших разовые поручения, относились, прежде всего, мирские посыльщики. По различным делам, требовавшим решения в органах государственной власти, крестьяне отправляли обивать пороги присутственных мест одного из представителей своего «мира», как правило, избранного на сходе. Наиболее типичными делами являлись просьбы о снятии или уменьшении дорожной повинности, выплате денег из казны за ямскую гоньбу, разрешении рубить лес на домашние надобности. Кроме того, крестьяне жаловались на купцов и монастыри, просили рассудить в земельных спорах и т. д.

Другой важной должностью, исполняемой по договору и чаще всего за плату, была должность «мирского пищика», в обязанности которого входило составление прошений, снятие копий с указов и «рукоприкладство» под документами за «неумеющих грамоте» крестьян. Довольно часто «пищиками» нанимали священно- и церковнослужителей. Как явствует из «ведения», направленного Олонецкой духовной консисторией губернатору в 1791 г., консистория «усмотрела из многих дел», что дьячки и пономари, служащие в Олонецкой епархии, «у крестьян в земских избах писменные мирские дела за некоторую от тех крестьян определенную плату исполняют, от чего в праздничные дни, в которые по большей части крестьянские дела исправляются, те дьячки и пономари от церквей своих отлучаются и более с ними общаются, нежели при церквах и при своих должностях».

В компетенцию «мирских» должностных лиц, как говорилось выше, входили также раскладка и сбор налогов. Все налоги, взимавшиеся с крестьян в XVIII — первой половине XIX вв. можно подразделить на три группы: общегосударственные, местные и смешанные. Общегосударственные повинности, оброчная и подушная подати учреждались центральными органами власти. Местные назначались губернскими и уездными инстанциями, смешанные устанавливались как центральными, так и местными органами власти.

Подушная подать взималась с каждой ревизской души по спискам, которые составлялись старостами при проведении очередной ревизии. Подушная подать составляла в 1794 г. 1 руб. 2 коп. ассигнациями (70 коп. серебром) с ревизской души, в 1797 г. — 1 руб. 28 коп. (93 коп. серебром), в 1810 г. — 2 руб. (51 коп. серебром), в 1812 — 3 руб. (66 коп. серебром). После денежной реформы 1839-1843 гг. все повинности стали исчисляться в серебре. Подушная подать в 1839 г. составляла 95 коп., а в 1861 г. — 1 руб. серебром.

Непостоянной была и оброчная подать, взимавшаяся в казну с государственных крестьян. Она рассчитывалась по душам, вне зависимости от величины дохода крестьянского двора. В 1794 г. правительство разделило все губернии России в отношении размеров оброчной подати на 4 класса. Северные губернии — Архангельская и Олонецкая — были отнесены к низшему классу. В 1797 г. оброк с души в губерниях этого класса равнялся 3 руб. 57 коп. ассигнациями (1 руб. 61 коп. серебром), в 1810 г. — 5 руб. 57 коп. (1 руб. 41 коп. серебром), в 1812 г. — 7 руб. 50 коп. (1 руб. 89 коп. серебром), в 1839 — 2 руб. 51 коп., в 1861 г. — 2 руб. 25 коп серебром.

Вторую большую группу налогов составляли земские сборы. В 1834 г. был создан земский капитал для оказания помощи губерниям, жители которых пострадали от стихийных бедствий. Этот сбор, объявленный на четыре года, просуществовал до отмены крепостного права. Вначале он не распространялся на крестьян Олонецкой и Архангельской губерний, но с 1839 г. включал и их. На своем первом заседании 24 апреля 1850 г. олонецкий губернский комитет о земских повинностях констатировал, что местное население крайне обременено налоговыми платежами, и обратился в министерство финансов с просьбой об освобождении жителей губернии от платежа государственных земских повинностей, предлагая ограничиться взиманием только губернских. В 1855 г. комитет поднял этот вопрос вторично, однако его предложения так и не были утверждены в Государственном Совете.

Значительными были и так называемые «мирские сборы». Они предназначались на жалованье сельским начальникам, постройку и ремонт хлебных магазинов и помещений волостных правлений, содержание караульных, платежи за арендуемые у казны оброчные статьи и билеты на вырубку леса, на уплату долгов и другие общинные нужды. Мирские сборы устанавливались на сходах и в каждом сельском обществе были различны. Так, например, в 30-х гг. XIX в. в Питинозерском обществе Туломозерской волости Олонецкого уезда мирские сборы составляли 88 коп. серебром с души, а в Юргилицком — 50 коп.