Чтение онлайн

В распоряжении коменданта и канцелярии Олонецких Петровских заводов имелся батальон солдат, расквартированный в Петрозаводской слободе. Формально батальон предназначался для защиты заводов от шведов, но поскольку театр военных действий все более отдалялся от расположения заводов, то значительная часть солдат работала на Петровском заводе, а остальные выполняли полицейские функции и несли караульную службу. Солдат направляли и в приписные селения для взимания налогов и высылки крестьян на заводские работы.

Посадское население также было подчинено Олонецкому коменданту и выполняло заводские повинности. Однако имущие слои получали льготы, предоставляемые правительством купечеству. В начале 1720-х гг. богатые жители Олонца избрали городовой магистрат, состоявший из бургомистра и ратманов и ведавший сбором налогов и судом над горожанами.

С окончанием Северной войны Олонецкие Петровские заводы утратили свое стратегическое значение и пришли в упадок. В 1727 г. из ведения Адмиралтейства они отошли к Бергколлегии, а Олонецкий уезд вошел в состав Новгородской губернии. В Олонце была восстановлена воеводская канцелярия, и власть воеводы распространилась на большую часть уезда. В подчинении канцелярии остался один Кончезерский завод и приписные погосты и волости с населением около 26 тыс. душ обоего пола.

Инструкция от 12 сентября 1728 г. по сути зафиксировала и закрепила уездное деление, а также соединила управление и суд, которые в губернии возглавляли губернаторы, а в провинциях и уездах — воеводы. Губернаторы и воеводы управляли через соответствующие канцелярии, в которых было восстановлено старинное деление на столы — повытья. Воеводы сменялись сначала через два, потом через пять лет. В то же время инструкция 1728 г. привнесла в местное управление и новые черты. В частности, непосредственное сношение уездов с верховной властью, и без того уже ставшее крайне затруднительным с начала XVIII в., отныне совсем запрещалось.

Анализ делопроизводства Олонецкой воеводской канцелярии показывает, что она ведала, во-первых, судопроизводством по уголовным делам и занималась решением имущественных споров. Во-вторых, воевода утверждал «мирских» должностных лиц, избранных крестьянами. Наконец, воеводская канцелярия контролировала составление налоговых документов (ревизских сказок) и исполнение натуральных повинностей (включая рекрутскую). Канцелярия не располагала никакими промежуточными органами власти и имела дело непосредственно с крестьянскими «мирами».

Довольно специфичная система управления сохранялась в этот период на небольшой по размеру, но чрезвычайно важной в административном, стратегическом и экономическом отношении территории Поморья. Здесь выдающуюся роль играл Соловецкий монастырь. Одной из возложенных на него управленческих функций была организация таможенного дела. Как видно из доношения архимандрита Соловецкого монастыря в Правительствующий Сенат, датированного 1728 г., Соловецкий монастырь имел право взимать торговые пошлины «в поморских вотчинах в Сумской, да в Кемской, и в иных монастырских Соловецких волостях с приезжих всяких торговых людей».

Кроме того, монастырь располагал полномочиями, которые сближали его с воеводской канцелярией. Прежде всего это утверждение «мирских» должностных лиц, контроль за набором рекрутов, поставка служителей к соляным сборам. С другой стороны, обители вменялась в обязанность организация обороны Поморья. Так, по данным «тетрати записной выдачи солдатам муницыи и ружья Сумского острога и Кемского городка», Соловецкий монастырь закупил для находящихся в Поморье воинских подразделений 33 фузеи, 10 бердышей, 64 шпаги, 63 портупеи, 13 «немецких» кафтанов и 62 кафтана сермяжных. Также монастырь поставлял продовольствие на Воицкий рудник, осуществлял ремонт Кемского городка и Сумского острога.

Началом новых административных преобразований Карелия обязана усилиям новгородского губернатора Я. Е. Сиверса, назначенного на этот пост в 1764 г. Новгородская губерния составляла в то время одну из самых значительных и обширных областей империи. В ее состав входил и весь Олонецкий край с двумя городами — Олонцом и Каргополем. Вскоре после назначения Я. Е. Сиверс отправился в путь для обследования вверенной ему губернии и разработки мер, призванных улучшить деятельность местной администрации.

Находясь в Олонце, губернатор обнаружил многочисленные непорядки в деятельности «тамошней канцелярии и магистрата». Особо он отметил «чрезвычайно высокую доимку» (недоимку), вынудившую его «отрешить присутствующих», т. е. сменить всех чиновников, занимающих ответственные посты. Однако одними кадровыми перестановками губернатор ограничиваться не собирался. Из-за обширности территории, на которой единственным значительным административным центром остается Олонец, по мнению Я. Е. Сиверса, и в дальнейшем мало надежды «как ко взысканию той великой доимки, так и к заведению общего порядка и тишины». «Сколь тягостен, — писал он, — с одной стороны, нещастному обывателю платеж государственных податей, столко им и несносно быть должно такое отдаление от присудственного места, не имея при себе никого, кто бы об общем порядке попечение имел».

Для устранения отмеченных недостатков Я. Е. Сиверс предлагал оставить «при Олонце» 21 471 душу государственных крестьян, а при Вянгинской пристани в устье реки Вытегры учредить город и воеводскую канцелярию. Эта пристань должна была стать административным центром южной части уезда по следующей причине: «Не столько полза обывателей сей части Олонецкого уезду, но более народная и казенная в течении чрез сие место некоторой части внутренних продуктов побуждают меня к представлению в сие место городского правления». Третье, по выражению Я. Е. Сиверса, «отделение» Олонецкого уезда должны были составить Лопские погосты. Паданский погост, по мнению Я. Е. Сиверса, представлялся «за способнейший, чтоб в оном учредить комиссарское правление по штату при городе с полномочием принять в платеж государственные поборы, и суд, и расправу над оными Лопскими погостами».

Действительность (прежде всего воссоздание Петрозаводской слободы, в которой возобновлялось «пушечное литье») внесла коррективы в планы генерал-губернатора, и вскоре он выступил с новыми предложениями. Находя, что в составе Новгородского наместничества недостаточно городов, Я. Е. Сиверс предложил преобразовать слободу Петровского завода в город, поскольку считал, что она может скоро разбогатеть «благодаря своему мрамору, железу и промышленному духу жителей Олонецкой провинции».

21 марта 1777 г. появился указ Екатерины II, предписывавший переименовать Петрозаводскую слободу в город, «которому и быть на основании прочих Олонецкого наместничества городов». Далее по указу от 11 декабря 1781 г. город Петрозаводск вместе со всей Олонецкой провинцией, был присоединен к Петербургской губернии. В то же время областные учреждения в Олонецкой провинции остались на прежнем месте. Однако Олонец уступал свое первенство Петрозаводску, положение которого было сочтено более подходящим для административных целей. И указом от 12 мая1782 г. было повелено перенести сюда из Олонца провинциальное правление. В том же году, с упразднением города Паданска, был учрежден город Повенец, к которому приписан Паданский округ. Одновременно был образован Вытегорский уезд, который состоял из территории бывшего Вытегорского погоста с присоединением к нему Оштинского погоста и нескольких волостей из соседнего Белозерского уезда.

Создание в 1784 г. Олонецкого наместничества на правах губернии стало принципиально новым этапом в административной деятельности на территории Карелии. Наместничество состояло из 8 уездов: Петрозаводского, Олонецкого, Каргопольского, Лодейнопольского, Вытегорского, Повенецкого, Пудожского и Кемского. В конце 1796 г. оно было упразднено, а в 1801 г. — восстановлено как губерния в прежних границах, кроме Кемского уезда, оставшегося в составе Архангельской губернии. Олонецкая губерния стала одной из самых обширных в государстве. Однако по количеству жителей она занимала одно из самых последних мест. Строго говоря, при ее создании был нарушен главный принцип создания губерний: согласно законодательству, предполагалось, что численность населения губернии должна составлять 300-400 тыс. человек, а в установленных границах Олонецкой губернии насчитывалось чуть более 200 тыс.