Чтение онлайн

Во второй половине XVIII в. преобладающая масса населения Олонецкой губернии проживала в сельской местности. Переезжающие в города, как правило, не теряли связи с деревней. И все же в этот период относительно быстро формировалось городское население. С одной стороны, перемещения такого рода поощрялись городскими властями. С другой — вызывали резко негативную реакцию заводских властей, лишавшихся из-за этого некоторой части приписных крестьян. Все это, наряду со слабым развитием городской инфраструктуры, приводило к проявлению противоположных тенденций в формировании городского населения.

Указ от 25 ноября 1777 г. предусматривал взимание двойных платежей с крестьян, записавшихся в купечество (и как с крестьян, и как с купцов), но только в виде временной меры. В дальнейшем предполагалось «генеральное по всем местам рассмотрение о выгодах купеческих учреждений», когда записавшиеся в купечество крестьяне могли перейти «в первобытное свое состояние», если будущий закон их не устроит. Однако крестьяне поспешили воспользоваться этим законом, надеясь, наряду с выгодами купеческого звания, получить в недалеком будущем и освобождение от двойного оклада. Так, например, сенатор М. Ф. Соймонов сообщал в Сенат: «Из приписных к заводам в Олонце крестьян целыми волостями просят о записке в купечество и мещанство в единой только надежде отбыть сим средством от заводских работ. А города Петрозаводска правительство, домогаясь того же, не различает уже именно, в чем собственно по основанию закона состоит звание купца и мещанина, и каким порядком оная происходить должна, и думает только тем преумножить число граждан, каковы бы они в протчем состоянии ни были».

Для решения вопроса Сенат поручил наместнику Тверскому, Новгородскому и Псковскому Сиверсу и тайному советнику М. Ф. Соймонову, «вступя в общее между собой рассуждение», выработать решение, которое соответствовало бы интересам и заводского начальства, и городской администрации. Ответ чиновников действительно содержал компромиссные предложения: «по общему их мнению» всех записавшихся в городские сословия следовало оставить в «оном городском звании» и к заводским работам не принуждать. Предлагали они записывать в купечество и приписных к заводам крестьян. Однако это решение сопровождалось рядом существенных оговорок. Во-первых, выдвигалось требование, чтобы «прежде той записки, о состоянии их и капиталах, с которыми они к записке пойдут, сделано уже было в их селениях от команды точное засвидетельствование». Во-вторых, «непременно тем вновь записывающимся в купечество крестьянам или же их наемщикам все те заводские работы, каковы в том манифесте назначены, исправлять по распоряжению канцелярии Олонецких Петровских заводов».

Принятие этих предложений привело к значительному сокращению доступа крестьян в городские сословия. Указ оказал негативное воздействие на развитие торговли и местных промыслов. Вскоре после издания указа купцы и мещане начали борьбу за полное освобождение от заводских повинностей, которые они исполняли, будучи приписными крестьянами. Так, купцы и мещане, живущие в Великогубской трети, узнав, что их должны привлечь к заводским работам, «пришли к ослушанию».

Учреждение губернии и образование новых городов на ее территории вынудили власти несколько облегчить запись в купеческое сословие. Например, при устроении города Пудожа разрешалось записать в городские сословия всех жителей, «состоящих в селениях, вошедших в окрестность, по планам заключаемую под городское строение, и тех, которые находятся на двухверстном от города расстоянии... с тем, однако ж, чтоб тут собственная воля и желание каждого руководствовали при избрании себе рода жизни». В зону действия указа попадали 12 деревень. «Как показывает сопоставление материалов ревизского учета за 1782, 1795 и 1811 гг., население этих деревень, составлявшее к 1782 г. около 700 человек, практически полностью переписалось в число мещан и купцов города Пудожа».

Несмотря на то, что заводское начальство сопротивлялось переводу приписных крестьян в городские сословия, Петрозаводский городовой магистрат также стремился пополнить число жителей губернского города. Около ста купцов и мещан, проживавших в приписных селениях, были доставлены в Петрозаводск. Но действия полиции оказались чрезмерно поспешными. Места для постройки домов не предусматривались. Переезд и обустройство требовали денег, которых у большинства не имелось. Вскоре переселенцы были отправлены назад. Остроту изложенной проблемы в полной мере подтверждает имеющаяся статистика. Города Олонецкой губернии более отдавали граждан, чем приобретали.

В первой половине XIX в. процессы создания новых городов сменились снижением мобильности населения, обусловленной упадком казенной промышленности и слабым развитием торговли. В 1801 г. в Петрозаводске насчитывалось 4700 жителей, а в 1842 г. — 5064. В уездных же центрах население почти не увеличивалось, и в 40-х гг. XIX в. составляло от 800 до 2000 человек в каждом. Незначительное увеличение численности населения в городах происходило исключительно за счет естественного прироста. Удельный вес городского населения в Карелии в середине XIX в. не превышал 6,6%, тогда как в целом по европейской России он составлял около 8%.

Начало формирования крупной государственной промышленности в Карелии было связано с Великой Северной войны 1700-1721 гг., в особенности с первым неудачным ее этапом, когда русская армия потеряла почти всю артиллерию. В этих условиях «преумножение оружия» стало главной заботой правительства Петра I. Требовалось ускоренное становление производства, которого можно было добиться только путем привлечения потенциала уже существовавших в крае частных металлургических заводов. В 1700 г. их владелец Бутенант фон Розенбуш получил заказ на изготовление бомб, лопат и железа для оковки пушечных стволов. В январе-мае 1701 г. на пушечном дворе в Москве с его заводов было принято 21 740 гранат и 2161 пуд железа. Первые успехи были поддержаны правительством. Из Москвы в Олонецкий уезд направились четыре мастера пушечного дела. Бутенант получил значительную — 1000 руб. — ссуду на расширение производства. Кроме того, по просьбе Бутенанта, приписанных к заводам крестьян запретили брать «в датошные люди, дабы заводам от того остановки не было... или деньгами вместо них, и вообще их ни в какие тяготы не наряжать и не волочить».

Итак, если до начала Северной войны Олонецкие железоделательные заводы Бутенанта не имели большого значения в производстве военной продукции, то в первые годы XVIII в. они сыграли важную роль в деле снабжения русской армии и флота артиллерийским вооружением и боеприпасами. За это время на них было отлито около 180 пушек, изготовлено свыше 100 000 единиц артиллерийских боеприпасов.

В июле 1703 г. заводы Бутенанта были переданы в казну. Для управления заводами был прислан полковник Селиверст Незнанов. Столь радикальная акция, видимо, объяснялась тем, что в условиях затягивавшегося противоборства со Швецией государство стремилось взять военную промышленность под полный контроль. Подтверждение этого содержится в письмах А. А. Бутенанта и А. Д. Меншикова к Петру I. Так, в письме А. Д. Меншикова царю от 27 июля 1703 г. упоминается, что специальным указом он запретил давать железо с Олонецких заводов «в посторонние дела... без указу». Очевидно, в предшествующее время часть продукции реализовывалась заводчиком по своему усмотрению.

Кроме того, изготовленное на заводах оружие, в котором остро нуждалась действующая армия, нередко задерживалось в дороге на многие месяцы из-за того, что приказчики Бутенанта не могли договориться с крестьянами о расценках на провоз продукции в Новгород, а переписка заводовладельца по этому вопросу с центральными учреждениями и местными властями затягивалась. Конечно, Петр I не мог мириться с таким положением.

Перешедшие в казну заводы Бутенанта положили начало формированию системы Олонецких Петровских заводов. Они должны были снабжать строящийся Балтийский флот пушками и корабельной оснасткой. К 1710 г. Фоймогубский, Кедрозерский, Лижемский заводы прекратили свою деятельность, исчерпав близлежащие запасы руды. Устьрецкий завод продолжал действовать до 1719 г. Эти предприятия подготовили почву для постройки новых более мощных государственных горных предприятий.

Одновременно с формированием системы Петровских заводов началось строительство Олонецкой верфи. Отчаянная потребность в военном флоте на Балтике проявилась сразу же после начала военных действий. На первых порах отсутствие кораблей здесь могло быть компенсировано переброской их с Белого моря. Это нетрадиционное мероприятие вошло в историю под названием «Осударевой дороги». Конечно, такой способ пополнения Балтийского флота не мог быть постоянным. Поэтому решено было начать строительство судов в непосредственной близости от театра военных действий. 24 марта 1703 г. «по указу Великого государя Петра Алексеевича и по приказу губернатора Меншикова» состоялась закладка первых военных кораблей в Лодейном Поле на реке Свирь в Олонецком уезде.