Чтение онлайн

Образованию Олонецкой губернии способствовал целый ряд обстоятельств: возросшее в связи с возобновлением русско-турецких войн значение Олонецких горных заводов, поставлявших артиллерийские орудия и боеприпасы для Черноморского флота, новое обострение отношений со Швецией и стремление укрепить русско-шведскую границу. Третьим существенным фактором явилась относительная отдаленность Карелии от крупных административных центров севера и северо-запада страны — Архангельска, Вологды, Новгорода, Петербурга.

Первым олонецким губернатором стал Г. Р. Державин. В соответствии с законом на губернатора возлагался обширный круг обязанностей. Прежде всего, он был обязан наблюдать за действиями всех остальных должностных лиц в губернии и за исполнением законов. Надо сказать, что эта обязанность всецело вписывалась в систему убеждений Г. Р. Державина, который полагал, что наведение порядка в местном управлении зависит исключительно от добросовестного отношения чиновников к делу и неукоснительного соблюдения законодательства. По этой причине уже через месяц после образования губернии все подведомственные учреждения были поставлены в известность о том, что каждый чиновник или иное лицо, находящееся на государственной службе и виновное в нарушении законов, будет наказано, по мере важности его упущений, лишением места или чина.

Во-вторых, на губернатора возлагалось попечение о нуждах населения: то есть, являясь представителем центрального правительства, губернатор в то же время должен был стать «ходатаем за пользу общую, заступником угнетенных и возбудителем безгласных дел» (таких, в которых в качестве истца выступает само государство). Надо сказать, что многие губернаторы, находясь в губернии в течение относительно короткого времени, не успевали вникнуть во все местные условия, что, конечно же, препятствовало трезвой оценке ситуации. Так, вскоре после прибытия Г. Р. Державин велел передать находящимся в губернии старообрядцам, что отныне им запрещается «сжигать самих себя». Узнав о том, что значительная часть крестьян добавляет в хлеб сосновую кору, он предпринял специальное расследование и установил, что единственной причиной является крайняя скупость крестьян, не желающих покупать хлеб.

Помимо обычных трудностей, присущих управлению любой губернией, Г. Р. Державин столкнулся с необходимостью формирования административного аппарата. Это было чрезвычайно непростой задачей. С хроническим недостатком грамотных чиновников олонецкие губернаторы сталкивались постоянно. И Г. Р. Державин регулярно получал с мест донесения о том, что в суде «должность секретаря никто не исправляет, отчего предвидится в делах остановка». Отчасти вакансии в присутственных местах были заполнены недавними студентами, которых привез с собой из Санкт-Петербурга Г. Р. Державин. Отчасти способ, при помощи которого заполнялись вакансии, виден из доношения председателя судебной палаты. Председатель сетовал на невозможность «с желаемым успехом вести дела», поскольку оформлением бумаг в канцелярской части занимаются «худо умеющие писать дети от 12 до 14 лет». Подобных «малолетов», как их тогда называли, приходилось привлекать для различных вспомогательных работ и в других правительственных учреждениях.

Однако, несмотря на все трудности, первому олонецкому губернатору удалось открыть все присутственные места, положившие начало трем группам учреждений местного уровня: административным, финансовым и судебным. Высшим административным органом в губернии являлось губернское правление, в состав которого наряду с председателем — губернатором — входили два советника, игравшие совещательную роль. Губернское правление выполняло двоякую функцию: во-первых, обнародовало указы верховной власти, а во-вторых, принимало меры полицейского характера. В уездах губернскому правлению соответствовал нижний земский суд.

Финансовое управление было отделено от общеадминистративного и велось казенной палатой, состоящей под председательством вице-губернатора из четырех членов и губернского казначея. Основой деятельности палаты было ведение налогового учета. Наибольшая часть дохода, поступавшего в распоряжение палаты, состояла из налогов, выплачиваемых крестьянами. Например, в 1792 г. крестьяне выплатили 349 120 руб., при общем казенном доходе по губернии в 466 103 руб. На втором месте по удельному весу в сумме налогов стоял питейный сбор. Что касается платы с купеческих капиталов и доходов от казенной и частной промышленности, то они составляли незначительную часть местного бюджета. На расходы в губернии оставалось менее одной четверти собранных средств. Остальные деньги отправлялись на содержание армии и Адмиралтейства, а также в Государственное казначейство, расположенное в Санкт-Петербурге.

Высшим судебным учреждением в губернии являлись две палаты — гражданского и уголовного суда, состоящие каждая из председателя и четырех членов, назначаемых правительством. В палаты поступали дела из низших судебных инстанций: в апелляционном порядке по жалобам сторон и в ревизионном — для утверждения приговоров. Такое восхождение по инстанциям до палаты в ревизионном порядке было обязательно для тех уголовных дел, в которых наказанием могло стать лишение подсудимого жизни или чести.

Низшие судебные инстанции дробились по сословиям. Для каждого из сословий, кроме духовенства, создано было по две низших судебных инстанции. Для дворянства — верхний земский суд в губернии и уездный суд в уезде. Для купечества и мещан, соответственно, губернский и городовые магистраты. Для государственных крестьян, которые составляли подавляющее большинство жителей Олонецкой губернии, создавались верхняя расправа в губернии и нижние земские расправы в уездах.

Кроме перечисленных учреждений, появились еще два: приказ общественного призрения и совестный суд. В приказе общественного призрения под председательством губернатора заседали по два члена от каждой из губернских судебных инстанций (верхний земский суд, губернский магистрат, верхняя расправа). В компетенцию приказа входили народное просвещение, здравоохранение и заведения общественного призрения. Именно неустанной деятельности этого учреждения Петрозаводск, а в дальнейшем и другие города Карелии обязаны появлением первых аптек, больниц, расширением сети учебных учреждений. Приказ общественного призрения получал средства в виде процентов со «всемилостивейше пожертвованной капитальной суммы», а также деньги, собранные в «кружку от доброхотнодателей» и взысканные в виде штрафов за халатное исполнение должностных обязанностей.

Собранные средства приказ общественного призрения расходовал на закупку съестных припасов для больниц, раздавал «не имеющим собственного пропитания убогим людям» и тратил на выплаты кормилицам, которые соглашались принять на воспитание «нещастнорожденных младенцев». Значительные деньги приказ направлял на предоставление займов купцам под залог недвижимости, при условии гарантий со стороны других купцов и с обязательным пожертвованием одного процента от полученной суммы на нужды приказа.

Петровские органы надзора были воскрешены в губернских учреждениях Екатерины II в лице прокуроров. При наместническом правлении и судебных присутствиях устанавливалась должность губернского прокурора. При каждом из верхних судов также появилось по одному прокурору с двумя помощниками — стряпчими уголовных и гражданских дел. На прокуроров возлагалась обязанность наблюдать за исполнением закона. Прежде чем принять решение, всякое присутственное место обязано было выслушать замечания прокурора. Обо всех замеченных беспорядках он сообщал как генерал-губернатору, так и своему непосредственному начальнику — генерал-прокурору.

Описание созданной в 1784-1785 гг. в Карелии системы органов власти было бы неполным без изучения структуры и компетенции уездной администрации. Ее формирование связано прежде всего с образованием на территории края новых городов в качестве локальных административных центров. Существенной особенностью большинства уездных городов Олонецкой губернии — Повенца, Кеми, Пудожа — являлось относительно слабое, особенно в XVIII в., присутствие в их облике черт городского уклада жизни. Автор «Ведомости, составленной о вновь учрежденных городах Олонецкого наместничества», отмечал, например, что «город Пудож название города носить не может», поскольку «жители сего места, пользуясь городовым правом более десяти лет, не могли нимало поправить своего положения, ни дать в строениях своих приличного городу вида».

Если «поправка положения» местных жителей оставалась труднодостижимой целью, то для установления «приличного городу вида» средство все же было найдено. В конце XVIII в. были высочайше утверждены планы городов Карелии. Так, согласно составленному в 1786 г. плану Пудожа было зафиксировано существовавшее на момент составления плана положение и указано, что предполагалось вновь построить в городе. В частности, градостроители XVIII в. пытались соблюдать определенные санитарные нормы: сальные, кожевенные, купоросные и пивоваренные заводы намечалось соорудить за городом. Старые «обывательские дома» предполагалось не сносить, пока они не придут в ветхость или пока не будет согласия на их слом от хозяев, а новые строить на плановых местах по утвержденным фасадам. Город надлежало с трех сторон окружить земляным валом и рвом, а для въезда в четырех местах предусматривалось устроить ворота. Планировалось строительство каменной церкви, гостиного двора, казначейства, оборудование площади для торговли. Аналогичные меры намечались и для благоустройства других городов Олонецкой губернии.