Чтение онлайн

После обеда, без цели бродя кругами по городу, товарищи набрели на кукольное представление у Шутовской башни, бывшей во времена королевства местом заточения и публичной казни. С третьего этажа башни за все эти годы так и не удосужились снять балки с клетками для узников. А, быть может и намерено их оставили, дабы напоминать об ужасах монархии. После революции с публичными казнями, в Лендале завязали, а площадь по какому-то непонятному стечению обстоятельств стала использоваться уличными комедиантами да циркачами.

Представление делилось на две части.

Для разогрева публики комединты продемонстрировали потешный балет настоящих лягушек. Оставалось только удивляться каким хитроумным заклинанием научили лягушек скакать на двух ногах высоко их задирая, да музыкально квакать, да мало того сражаться на шпагах. И это не говоря уже о платьях да камзолах, из под которых торчали лягушачий ноги.

Второй акт — собственно само кукольное представление. Куклы, подчиняющиеся мановению невидимых нитей мага ими управлявшего показали одну из историй «О соискательнице сокровищ и тайных знаний прошлого, истребительнице деревень и городов, той которую Даже Драконы Переступают с отвращением, о той что мнила себя гладильной досокой, рыжеволосой волшебнице Лине Инавас и ее спутниках».

Альхер еще с детства, пусть и смутно помнил эту историю. Волшебница Лина потеряла силу из-за демонического проклятия, но вернув ее вновь, спасла королевство Сейрун от тех самых демонов.

Правда прошлая версия, на ярмарке в Стандазерде казалась куда хуже. Здесь фигурки, высотой не больше чем в ладонь и вправду выглядели как живые, да и вся магия всамделешняя. Альх кукольные представления любил даже больше театра, хоть истории последнего куда серьезнее и реалистичнее. Да и костюмы и магия в городских театрах смотрелись как настоящие. Уж при таком то обилии высококлассных магов как в Лендале. Но все одно чувствовалось что это игра людей на сцене, какой бы волшебной эта сцена не была. Здесь же на, паре квадратных метрах кукольной сцены создавалось и вправду единое волшебное пространство. К тому же сюжеты рассказывали по большей части о заморских странах, приключениях пиратах, магах, разбойниках, рыцарях да чудовищах. Смотреть же на приключения рыжеволосой волшебницы теперь казалось вдвойне забавно, представляя на ее месте другую рыжеволосую волшебницу с ее невнятными объяснениями, не говоря уже о столь вздорном характере. Одно радовало — в могуществе Велья несколько проигрывала этой черной кукольной колдуньи, а то ведь Драгослейв это навсегда.

Альх не сразу обратил внимание, но Амин смотрел на представление как завороженный, едва ли не с большим восхищением чем дети, которые по большей части и были зрителями представления. Впрочем с рассказами о его детстве, не мудрено. А ведь Альхер еще имел глупость завидовать городским детям богатых родителей, а тут вот вполне себе не последний член общества, сын офицера даже и кукольного театра никогда не видел хотя показывают разные представления у Шутовской башни да и не только у нее, в Порту, по нескольку раз на дню.

Так удалось умертвить еще пару часов. И все же никаких полезны Альхеру придумать не удалось. Так что он, особо не противясь позволил потащить себя к небольшому святилищу Бурунгуна — молниеметателя. Не храм, скорее часовня. Видно Амин решил, что после столь легкомысленного, и, наверняка, греховного времяпрепровождения стоит замолить грех. Да и потом куда еще идти накануне отправки на войну, если не к богу войны.

По понятным причинам здесь наблюдался немалый наплыв посетителей. Понять кто тут по долгу службы, а кто ополченец, как Альх да Амин не представлялось возможным — форма то одна. Правда толпились тут далеко не только солдаты. Штатские, по большей части женщины: жены, матери, сестры близкие подруги, а порой и не столь близкие просили защиты для своих друзей и любимых у бога войны и его свиты. Порт готовился к войне. Пусть казалось бы их наступление — военная тайна, но вряд ли оно осталось таковой хоть для кого-то.

Во всей это давке удалось заметить даже пару человек и их взвода, но здороваться Альх не полез. Все одно скоро друг от друга некуда деться будет. Амин заупился для них обоих. Пару Амулетов он всучи товарищу чуть не насильно. Первый, с Милли, вместе подругой, еще не вполне ортодоксальной Мерил — покровительницей коротких жезлов. Второй с Зенатой. Выяснить к кому все же следует отнести ополчение в первую очередь стрелкам или все же войска поддержки не удалось. Младшая жрица, собственно и подобравшая амулеты, посоветовала взять оба. Мол много божественной защиты не бывает.

* * *

На площадь ополченцы явились едва ли не минута в минуту. Коргин скучал сев на корточки у стеночки, потягивая трубку с лицом довольным, буд-то бы мечтал об этом моменте лет двадцать пять. Ренинс и вовсе жался к самым воротам готовый юркнуть в них при первой необходимости.

Несмотря на то что обозначенное время уже давно прошло Старшина не торопился говорить, лишь хмурился, каждый раз бросая взгляд на часы.

— Ну что, все в сборе? — наконец нарушил он молчания через добрых полчаса.

Ему ответил нестройный хор голосов.

— Кого нет? — перефразировал свой вопрос офицер.

— Да кажись все, — заметил кто-то.

— Господина Мага нет, — заметил еще один.

— И еще Шорхи.

— Ну без этого мы как-нибудь обойдемся, а этот… теоретик… псов ему под одеяло… — похоже едва сдерживаясь от слов гораздо более крепких, процедил Рорх, — ладно марш за амуницией. Милли вам выдаст все что положено. И без разговоров.

Следующие полчаса солдаты получали амуницию, перед тем, правда заглядывая в предыдущий кабинет, где какой-то военный ставил штамп в удостоверение личности, а они в свою очередь расписывались в целом ворохе бумаг.

Кое кто до сих пор задавался вопросом: что собственно тут происходит. Впрочем подавляющее большинство уже смирилось с мыслью, что в самое ближайшее время их ждут «интенсивные тренировки» прямо в поле, со стрельбой по живым мишеням. Вот бы еще они не стреляли в ответ. Ну а вся эта бюрократия. Альх даже не удосужился прочесть, бумагу под которой ставил подпись. Строго говоря пришлось поставить аж 4 подписи. «О получении обмундировании» «О Техники безопасности с мандодным оружием». «О законодательстве в военное время» и «О душевном здоровье и твердой памяти». Словом если тебя ненароком убьют, ты не мог подать в суд на государство допустившее твою смерть. Конечно подобная предусмотрительность несколько раздражала, буд-то бы сейчас, когда Лендала может не стать все эти бумаги имеют какое то значение, но к счастью много времени оно не отняло. Военные и сами торопились.

Много больше юного солдата волновало полученное оружие.

В амуницию входили: жезл с ремнем и перчатками, по четыре заряженных кристалла на каждого, пояс для кристаллов, топор, к слову очень удобный, небольшой с ручкой намертво приклеенойй какой то хитроумной смолой к топорищу, но при том достаточно увесистый, что бы хорошо вертеться в руке, широкополая кожаная шляпа и шлем. Вот только шлем зимний, с меховой подкладкой на внутренней стороне да опушкой по ободу. Как объяснила Милли, эти шлемы, из запасов самого управления, зимний вариант милицейской формы — единственно что удалось достать. Но пусть и зимний все равно шлем.

Вот с кирасами дела обстояли несколько хуже Их по просту не было. В отличии от шлемов, зимнего варианта не имели, так что и резервов у милиции не оказалось. Собственно этим все снаряжение и ограничивалось. С этим и предстояло Альху выдвигаться в бой. Идти убивать. Впрочем об этом ополченец старался раньше времени не думать. Уж на месте то верно как нибудь само устроится. Не он первый, ни он последний.

Затянув потуже пояс, Альх закинул жезл на плече, почувствовав, что готов хоть самого Ульхаила с его воинством встретить. По крайней мере именно так бы он ответил, ежли бы его кто спросил. Ведь так положено.