Чтение онлайн

XXII. ВОССТАНИЕ МАЗЕПЫ И ПЕРВАЯ ОТМЕНА ГЕТМАНСТВА.

Медленное и постепенное развитие политических и общественных процессов Гетманщины, которые мы очертили, было потрясено внезапной и непредвиденной катастрофой, сразу поколебавшей весь строй Гетманщины и сообщившей новый, ускоренный темп ликвидации старых отношений. Потрясение это было причинено последней громкой вспышкой украинского ирредентизма — союзом Мазепы со шведским королем и восстанием его против России. Разбив эту попытку к отложению, русское правительство использовало ее, как удобный повод к ускорению ликвидации украинской автономии, как оправдание действий резких и решительных, не считавшихся ни с какими правами и прецедентами.

Для этого политический шаг Мазепы был раздут, как поступок небывалый и чрезвычайный. Но в действительности в этом поступке Мазепы и его единомышленников не было ничего чрезвычайного, ничего нового. Это была только одна из очень многочисленных попыток украинских автономистов найти опору в какой-нибудь внешней силе, чтобы освободиться из путь московского централизма. Швеция была в числе тех держав, на которые пробовала опереться Украина еще при Хмельницком и только благодаря долгому перерыву в этой политике, последовавшей тридцатилетней лояльности украинской старшины Гетманщины, поступок Мазепы и его товарищей мог показаться чем-то особенным. Представители центрального правительства постарались возможно раздуть это событие, для того чтобы, воспользовавшись им, произнести смертный приговор всему старому строю Гетманщины, ее автономии и козацкому самоуправлению, якобы дискредитировавшим себя «изменою» Мазепы. В действительности, эта «измена» дискредитировала только централистическую политику правительства, без конца испытывавшую терпение даже самых невзыскательных представителей украинской старшины и украинского населения вообще.

В более глубоких причинах и ближайших мотивах для поступка Мазепы не было недостатка. Лояльность его и старшины подвергалась частым испытаниям особенно с тех пор, как царь Петр с незнавшей удержу и меры энергией и решительностью принялся за пересоздание Московского государства. Он распоряжался козацкими войсками совершенно как своими, посылая их безустанно в далекие ноходы, где они не толь-

280 ^

ко несли большие потери в сражениях и от непривычного климата, но и подвергались всяким притеснениям и оскорблениям от великорусских и чужеземных офицеров, употреблялись на тяжелые крепостные работы и т. п. Даже генералы Петра позволяли себе бесцеремонно распоряжаться украинскими войсками и самим Мазепою, что не раз приводило его в крайнее раздражение. Украинская автономия стала совсем призрачною. Население стонало йод бременем тяжелых походов, изнывало от притеснений московских войск и воевод, от тяжелых работ и поборов. Все более «отпадало у него сердце к великому государю», по выражению современника, и это неудовольствие падало также и на Мазепу, верного и услужливого царского приспешника. А одновременно в беспокойной голове царя появлялись проекты, грозившие полным переворотом Украине: то он думал о замене козацкого войска рекрутским набором, то намеревался выкроить из нее княжество для герцога Марльборо, а Мазепу намеревался вознаградить княжеским титулом Римской империи и даже выхлопотал уже для Мазепы титул имперского князя (его княжеский герб доселе фигурирует в гербовниках). В вопросе о правобережной Украине, о котором скажу ниже также решительно столкнулись интересы Украины и Мазепы с планами Петра, и т. д. и т, д.

Все это должно было вызвать сильные сомнения в душе старого гетмана, особенно по мере того, как Северная война принимала, как казалось, все более неблагоприятный для России оборот и придвигалась к границам Украины. Шведский король разгромил Саксонию, смял саксонскую партию в Польше и перешел в Литву, приблизившись к украинской территории. Положение становилось критическим. Было почти несомненным, что в случае дальнейших неудач Петра, на Украине прорвется восстание, которое может смести московское верховенство и вместе с ним всех его приспешников, связавших с ним свою судьбу.

Шведский союз, заключенный в свое время Хмельницким и Выговским, и гарантировавший свободу, независимость и неприкосновенность Украины, остался для украинской старшины своего рода заветом предков, требовавшим исполнения. Не реализованный в свое время вследствие прекращения шведско-польской войны (см. гл. XVIII), он теперь снова становился на очередь с приближением шведской армии к пределам Украины. Наиболее горячие автономисты среди старшины уговаривали Мазепу подумать об обеспечении независимости Украины и не оставлять ее в нынешнем положении. Близкий к Мазепе Орлик в позднейших записках передает слова одного из них, нрилуцкого полковника Горленка, сказанные Мазепе: «так как мы неустанно молим Бога за душу Хмельницкого, так наоборот мы и дети наши во вечные роды будем проклинать душу и кости твои, если ты при своем гетманстве оставишь нас

® 281

в такой неволе». Было ясно, что в случае перевеса Шведов над Москвою наиболее горячие автономисты не останутся пассивными зрителями и если не с Мазепою, то против Мазепы подымут восстание и в таком случае ири всеобщем нерасположении к нему народа, лишенный помощи Москвы, он погибнет неминуемо, а Петр заранее предупреждал, чтобы он на него ее рассчитывал в случае вторжения Шведов на Украину.

Положение гетмана становилось все более опасным, но нерешительный. не способный на смелый риск, старый гетман не мог отважиться на решительный шаг. На всякий случай, в виду возможного решительного поражения России, он вел переговоры со шведским союзником, королем польским Станиславом Лещинским (уже с 1707 г.), но не решался открыть карты и, опасаясь доноса, не посвящал даже наиболее близких лид из старшины. Он хотел остаться пассивным зрителем до окончательного выяснения планов воюющих сторон, тщательно избегал всего, что могло бы бросить на него подозрение перед московским правительством и никаких приготовлении к разрыву не делал. Когда в 1707 — 08 гг. на границах Украины вспыхнуло весьма опасное для московского правительства восстание донских Козаков под предводительством атамана Буланина, Мазепа, чтобы не подать повода к подозрениям, занялся вместе с московскими войсками «его усмирением и таким образом накануне своего разрыва с Москвою убил весьма ценного союзника.

Мазепа рассчитывал на общее нерасположение народа к «Москалям», на сильнейшее неудовольствие на московское отягощение и думал, что всегда успеет поднять Украину к восстанию против Москвы, но забывал при этом, что до сих нор ничем не отделял себя от этого московского режима. Падеялся на свою сильную власть на Украине, но ничего не сделал, чтобы снискать и обеспечить доверие народа. Для подготовления восстания он ничего не предпринял. Наоборот, накануне разрыва, в виду жалоб Мазепы на «непостоянность и малодушие» украинского народа, Петр распорядился послать в центр Украины, в Пежин, московский отряд, и сам гетман, чтобы усыпить подозрения, отправил по требованию Петра отряды Козаков в Белоруссию и в Западную Украину, на территорию Польши.

Полная неподготовленность замыслов Мазепы обнаружилась вполне, когда обстоятельства принудили его, наконец, к решительному шагу.

Подпись Мазепы (*звыш менованный гетман и кавалер рукою власною»)

8 Зак 35

282

Осенью 1708 г. шведская армия Карла XII стояла у границ Украины и. Московского государства, ожидая похода за московскую границу, как вдруг Карл, опасаясь, что в опустошенных русскими войсками областях его войско не в состоянии будет найти пропитание, внезапно поверпул на Стародуб, на Украину. Петр двинул свои войска также на Украину и, требовал, чтобы Мазепа прибыл в его главную квартиру для совместных действий. Нужно было решиться.

Собственно говоря, в этот момент уже не было возможности выбора: украинские полки были разосланы по требованию Петра, для восстания Украины не было ничего приготовлено, русские войска уже стояли на ее территории и поднять Украину ввиду их нечего было и думать. Но

украинские автономисты и сам Мазепа, очевидно, за последнее время успели слишком сжиться с мыслью об освобождении Украины с помощью Шведов и не имели сил расстаться с нею и хладнокровно оценить положение. Старшина настаивала на совместных действиях с Карлом, и Мазепа, уступая ее настояниям, вошел в непосредственные сношения с Карлом, приглашая его пройти за Десну, чтобы соединиться с украинскими войсками, а Петра известил, что по болезни не может прибыть.

Карл на этот призыв действительно двинулся к Десне и Мазепа 24 октября с. ст, оставив гарнизон в своей резиденции, Батурин с кружком посвященных в его планы и 4.000 Козаков (все что он имел в данный момент) отправился на встречу Шведам и присоединился к армии Карла не далеко от Новгорода Северекого. Какой договор был заключен между ними, на каких условиях Мазепа присоединялся к Карлу, мы не имеем достоверных данных, и потому можем судить только по позднейшим актам, составленным при выборе преемника Мазепы кружком его товарищей, оставшихся при шведском короле (1710 г.) В этих статьях, утвержденных Карлом XII, значилось, что Украина составляет самостоятельное государство, в границах по р. Случь (т е. на территории старых воеводств Киевского, Браславского и Черниговского), под нротекцией шведского короля. Ни Швеция, ни другие союзные государства ни нод

Портрет Мазепы (Подгорцы, Галиция)

@ 283

каким предлогом ее должны претендовать на какую либо власть над Украиной или войском Занорожеким, ни на какие доходы, ни территории, не занимать гарнизонами украинских крепостей, но, наоборот, свято хранить целость ее границ, вольностей, законов и нрав, свободного и беспрепятственного пользования ими.

Момент для осуществления этих планов был выбран вовсе неудачный.

Весть о переходе Мазепы к Карлу немедленно дошла до Петра. Всйска его, под предводительством Меньшикова, тотчас осадили Батурин; вследствие измены одного из Ватуринцев город был взят и совершенно разорен, а жители поголовно вырезаны. Одновременно разосланы были грамоты, призывавшие население оставаться верным царю и возводившие на Мазепу разные более-или менее фантастические обвинения.