Чтение онлайн

— Да, — счастливо вздохнул Коннор. — И мы отправимся домой.

Пам не находила себе места. Сегодня пошел уже третий день с тех пор, как Уиллис отправился вместе с малышкой Филлис в это странное путешествие. Конечно, если клон вернулся, значит, с сыном ничего не случилось. И Лайен сказал…Памела вздохнула. Она видела, что какая-то мысль терзает мужа. И, скорее всего, это мысль о будущем мальчиков, о том, как отреагируют Охраняющие на своевольный поступок Уиллиса. Сама Пам как-то спокойно относилась к тем возможным изменениям, которые могут касаться ее самой и сестер в случае недовольства Высших сил. В конце концов, что могут с ними сделать Охраняющие? «Ну, отберут они наш дар, и мы перестанем быть Защитницами, — невольно удивляясь своей кощунственной мысли, подумала Памела. — Ну и что? Свое предназначение, в конце концов, мы выполнили. И с лихвой! Расплатившись за все годами мучительной боли Филлис, так и не сложившейся личной жизнью Пэт. А что пришлось выдержать Лайену!»

Именно из-за Лайена Памела была настроена против Охраняющих и не ожидала от них ничего хорошего. Служившие добру могли быть очень жестоки, если их подопечные выходили из подчинения или своевольничали. А им с сестрами не раз приходилось это делать. Не говоря уже о том, как часто это делал Лайен.

Лайен…Любящий и верный, умный и честный, прямой и открытый…Какое счастье, что они, первый раз нарушив правила, сумели объединить свои жизни в одну, как золотые нити на свадебной церемонии. Памела вздохнула. Как все было хорошо вначале! И как тяжело ей было принять его уход в Совет Охраняющих, отказ от семьи! Памела вспомнила, как ни на минуту не сомневаясь, что он по-прежнему любит ее, она пробовала начать жить сначала, жить без Лайена! Как это было мучительно! Никто и никогда не смог бы занять в ее жизни то место, которое занимал он! И потом, уже после всего, Лайен прошел через такие испытания, чтобы они опять были вместе! А теперь, когда все, кажется, позади, он должен беспокоиться за судьбу своих сыновей!

Пам опять вздохнула. Увидев, как появляется Лайен, как всегда, окруженный роем светящихся огоньков, она ласково улыбнулась ему навстречу. Но улыбка погасла на ее губах, когда она увидела нахмуренное, встревоженное лицо мужа.

— Лайен?

Охраняющий смотрел на нее и, сжав губы, долго не решался заговорить. Памела схватилась за сердце.

— Уиллис? Кон?

Лайен молча покачал головой.

— Слава богу! Но что случилось, Лайен? На тебе лица нет!

Охраняющий облизал пересохшие губы и сказал голосом хриплым и сдавленным:

— Они все знают.

— Что знают? — Памела сразу сообразила, что речь идет об Охраняющих.

— Все. И куда отправился Уиллис, и с кем, и все…другое.

Памела закусила губу и сжала руки.

— И…что? — помолчав, спросила она.

Лайен попробовал говорить, но волнение сдавило ему горло. Он откашлялся.

— Они… — Охраняющий старался справиться с волнением, — они…сказали, что если Уиллис… Если мы…

Пам смотрела на мужа широко раскрытыми глазами, ожидая его слов, как преступник приговора.

— Они заберут Уиллиса к себе, — решившись, наконец, выпалил Лайен, не сводя глаз с Памелы.

— Что-о-о?!

— Они сказали, что если мы не прекратим вмешиваться в дела старой магии, они заберут у нас Уиллиса.

Памела, побледневшая, со взглядом, вонзившимся прямо в глаза мужа, выпрямилась во весь свой маленький рост.

— Да как они!..Да, что же это!..

Она скрестила руки на груди и низким голосом мрачно произнесла:

— Пусть только попробуют!

— Памела!..

Лайен шагнул к жене и, обняв, прижал ее голову к своей груди.

— Памела, ничего не случится, если я верну Уиллиса.

— Как это — вернешь? — Памела отстранилась от Лайен. — Мы же не знаем, где он.

— Охраняющие…Они готовы помочь…

Старшая Харрисон нахмурилась.

— Ты хочешь сказать, что они могут вернуть Уиллиса до того, как они с малышкой Филлис найдут лекарство?

— Памела, понимаешь… — Лайен зашагал по комнате. — Он вообще не должен был вмешиваться… Я говорил, что это плохо кончится…

Пам пристально посмотрела на мужа.

— Ты хочешь сказать, что даже если он мог помочь Кону, он не должен был этого делать?

— Памела! — Лайен в отчаянии взъерошил волосы. — Ну, как мне тебе объяснить?

— Так, чтобы я поняла, — отчеканила та.

— Я пытаюсь! Но ты же не хочешь слушать!

— Я слушаю тебя! — Памела высокомерно задрала голову. — Скажи мне еще раз, что Уиллис не должен помогать ребенку, попавшему в беду. И только потому, что его отец — Мастер старой магии. Так решил Совет, да? Ты ведь это хотел сказать, Лайен?

— Памела! — Лайен опять схватился за голову. — Мы не должны вмешиваться в борьбу магов со Охранющими! Неужели ты этого не понимаешь?

Он остановился прямо напротив жены и теперь уже спокойно продолжил:

— Неужели ты готова рисковать собственным сыном?

— Я не хочу рисковать ни своим сыном, ни сыном своей сестры! — отрезала Памела. — Я вообще не собираюсь рисковать жизнями невинных детей из-за какой-то идиотской распри между магами и Охраняющими. Пусть разбираются сами! А детей оставят в покое!

— Памела!

Лайен безнадежно покачал головой, глядя на разъяренную жену. Он молчал, и только печально смотрел ей в глаза. И от этого взгляда у Памелы вдруг пропала вся воинственность. Сердце ее сжалось от предчувствия беды.

— Лайен, — дрогнувшим голосом начала она, но тут же удивленно замолчала.

Потому, что короткий всплеск мерцающих огоньков оставил прямо между ней и Охраняющим растерянно озирающегося Уиллиса. Мальчик, перепачканный замлей, песком и длинными иглами сосны, прилипшими к куртке, стоял, в недоумении уставившись на родителей.

К груди он крепко прижимал плоскую металлическую фляжку.

Клонившееся к горизонту солнце еще не заглянуло в долину, когда маленький отряд подошел к скалистой стене. Коннор был прав: подкрепившись животворной водой, путешественники за день без труда одолели уже знакомые холмы. Во время привалов, передохнув немного, дети с визгом гонялись друг за другом, бросались шишками, прячась за спинами взрослых. Только суровое напоминание Дайаны о возможности опять встретиться со змеей, ненадолго угомонили маленькую Фил и Уиллиса. И если Коннор с улыбкой следил за проказами детей, то сама миссис Дрейк во время последнего привала даже не глядела в их сторону. Она легла на землю чуть поодаль от веселой компании и либо смотрела в небо, либо лежала просто с закрытыми глазами.

Коннор с удивлением наблюдал, как по мере приближения к невидимой границе, разделявший окружающий мир и запретную территорию Источника, миссис Дрейк становилась все мрачнее и молчаливее. Было такое впечатление, что она не рада возвращению к привычной жизни в монастыре, к спокойной и полной чудес учебе дочери. Как будто какая-то тайная мысль точила ее, сгоняя румянец со щек и сгибая плечи.

На последнем привале Коннор осторожно спросил:

— Вы в порядке, Дайана?

Жрица строптиво и несколько капризно повела плечом и холодно ответила: