История Японии
Шрифт:
…В случае с Азией понятно одно: некие монголы и в самом деле захватили Китай, разрушив Сунскую империю. В 1259 г. хан Хубилай, внук Чингисхана, воцарился на китайской земле. Сколько монголов было на самом деле (возможно, из них состояла лишь элита новой династии Юань), сколько там было китайцев, точно установить сейчас сложно. Для нас несомненно одно: на континенте сильно заинтересовались Японией. И не слишком-то хорошим интересом…
Корея уже признала власть Юань, хотя и желала мира с японцами, ликвидировавшими пиратов, которые досаждали и ей. Но сейчас Япония попала в жернова геополитики.
В 1266 г. Хубилай отправил в Японию посольство, но делегация так и не смогла прибыть: помешал шторм. Кстати, этот шторм мог бы и убедить Хубилая в бесполезности будущих мероприятий. Но не убедил.
Еще через два года послы династии Юань смогли, наконец-то, ступить на японскую землю. Они отдали послание представителю сёгуната. Самые худшие ожидания начали сбываться.
Стивен Тёрнбулл приводит текст послания (вероятно, написанного на китайском языке): «Мы, милостью и велением Неба Император Великой Монголии, направляем это послание правителю Японии.
Нам известно, что с древнейших времен правители даже маленьких государств стремились поддерживать дружеские связи с владыками соседних земель. В сколь же большей мере наши предки, которые обрели Срединную Империю, стали известны во множестве дальних стран, которые все преклонились перед их могуществом и величием.
…Мы просим, чтобы отныне вы, о правитель, установили с нами дружеские отношения, дабы мудрецы могли сделать Четыре Моря своим домом. Разве разумно отказываться поддерживать отношения друг с другом? Это приведет к войне, а кому же нравится такое положение вещей! Подумайте об этом, о правитель!»
За дружеским тоном послания скрывалась очень недвусмысленная угроза. Да и вообще, очень часто слова «мы пришли с миром» подразумевают кое-что прямо противоположное.
И смятение охватило императорский двор. Но все же больше оказалось злости: да как посмел этот Хубилай называть себя императором, а к прямому потомку богов обращаться, как к заурядному правителю?!
К счастью, кроме императорского двора в Японии имелся куда более весомый центр власти — бакуфу. Ёритомо Минамото старался для себя, создавая его, — а теперь оказалось, что его изобретение могло снасти всю страну.
Ставка отвергла уклончивый дипломатичный ответ императора. Делегация Хубилая убралась ни с чем.
В апреле 1268 г. сиккэн Масамура Ходзё стал начальником штаба ставки-бакуфу, а регентом провозгласил юного Токимунэ Ходзё. Токимунэ обратился к войску с призывом отбросить все разногласия: в опасности оказался дом каждого.
А Хубилай начал готовить флот вторжения. Он должен был состоять из корейских судов и корейских же моряков, поскольку монголы не могли выучиться плаванию в степях. Еще несколько его посольств убрались, как и первое, ничего не достигнув.
Корея превратилась в заложника империи Юань. Страна была жестоко разорена, теперь же ей пришлось взять на себя тяготы но созданию флотилии. Корейцы даже не смогли обеспечить завоевателей продовольствием.
Предполагалось, что на Японию будет направлен десант из 25 000 воинов. В 1274 г. флот Хубилая отплыл к архипелагу.
Морской десант Хубилая
Первыми были захвачены острова в Цусимском проливе. Оборону Цусимы возглавлял Сукэкуни Сё, внук Томомори Тайра, погибшего при Дан-но-Ура (выходит, не все Тайра были преданы смерти). Остров быстро нал, хотя гарнизон сражался героически. К ужасу самураев, захватчики учинили расправу над мирным населением, что в Японии все же не было принято.
19 ноября 1274 г. флот империи Юань совершил высадку в бухте Хаката на острове Кюсю. На следующий день произошло сражение. Для японцев оно означало разведку боем и выяснение того, как поведет себя враг.
Оказалось, что правила формального самурайского поединка совершенно неприемлемы. Противник не станет ждать, пока японский воин представиться. Солдаты Хубилая сражались в сомкнутом строю и были способны на куда более «командные» действия.
Но бешеная храбрость оказалась преимуществом самураев. Да и но вооружению десант с континента уступал японцам. Прямые копья и мечи оказались не столь и страшны против прекрасных катан. Но, вероятно, против обороняющихся применили катапульты (результат в этом случае мог оказаться сомнительным, главное — попытка подрыва морального духа).
Зато стрельба из лука на острове Кюсю была в те годы не слишком хорошо развита. И здесь преимущества у японцев не было.
Самураям пришлось отступить к древним укреплениям. Надежды возлагались на умелые действия ставки и на помощь с островов Сикоку и Хонсю. За подмогой послали немедленно и со всей возможной скоростью. Но до подхода новых сил операция по вторжению закончилась.
Вообще-то, войска династии Юань, видимо, не рассчитывали, что их встретят катанами и стрелами. Возможно, они планировали действовать числом. Есть вероятность, что их информация о японцах оказалась неверной.
Теперь они догадались и о том, что на остров Кюсю будут направлены свежие силы. Запас стрел у атакующих заканчивался, а «блицкриг» явно отдалялся. Ночная атака дала бы преимущество самураям.
И завоевателям пришлось пойти назад. Они «порезвились» в ближайших деревнях, подожгли синтоистский храм, но энергия израсходовалась в никуда. Корабли отбыли, но, судя по всему, японские боги очень сильно разгневались на тех, кто посмел сжечь их святилище. Ночью поднялась буря и разметала флотилию.
Корейские хроники заверят, что погибло 13 000 участников этого первого десанта. Вероятно, гнев ками уничтожил не меньше воинов Юань, чем катаны самураев.
И Хубилаю представился еще один шанс опомниться и внять воле Неба: оно выступает против его экспедиций.
Но он не внял и на этот раз…
«Божественный ветер»
В последующие годы Хубилаю было не до непокорной Японии: приходилось устанавливать контроль над югом Китая. Тогда и состоялся поход в Юго-восточную Азию.
Японцы времени не теряли и вовсю строили оборонительные сооружения. Бухта Хаката сделалась теперь укрепрайоном, там воздвигли высокий вал. Были и иные предложения, например, о строительстве собственной флотилии и даже о рейде на континент. Но все же ставка сочла, что гораздо разумнее заняться обороной, а суда должны строиться, но не для десантов, а для каботажного плавания.
На Кюсю, наиболее подверженном атакам с континента, провели мобилизацию и создали береговую охрану. Посольство, прибывшее из Китая, ждала теперь иная судьба: делегатов от Хубилая отвезли в Камакуру и казнили. А это было воспринято Хубилаем однозначно — как повод к мести.