Чтение онлайн

В другом, более недвусмысленном пассаже (лист 54b) упоминается о неких христианах, которые, внимательно изучив суть дела, приняли ислам; после чего они занялись рассмотрением речений, приписываемых Иисусу и приводимых как доказательство божественности последнего. Они пришли к выводу, что евангельские тексты, на которых основаны заключения христиан, либо фальсифицированы, либо неверно истолкованы. Их собственный метод интерпретации, приведённый в качестве иллюстрации Абд аль-Джаббаром, основан на примерах, причём по крайней мере один пример взят из Ветхого Завета [161] . Вряд ли можно сомневаться, что эти исламские неофиты изначально были иудеохристианами. Можно предположить (это, конечно, только гипотеза), что иудеохристиане решили сменить подпольное существование в качестве формально членов той или иной из всемирно известных христианских деноминаций на столь же поверхностно официальное исповедание ислама.

В целом наши сведения об иудеохристианах на удивление скудны. Частично в этом могут быть повинны отцы Церкви и их ересиологические схемы [162] . Но и гипотеза о тайном существовании какой-то часта иудеохристиан может также объяснить практическое отсутствие информации об этих людях. Она могла бы также объяснить их относительно быстрое исчезновение с исторической сцены, что особенно удивительно, если принять точку зрения Г. Штрекера, который считает, что в первой половине III в. в Сирии (то есть стране, где жили иудеохристиане) «кафолическая доктрина» ещё не была общепризнанной и в некоторых регионах именно иудеохристиане сохраняли доминирующие позиции [163] . Мнение Штрекера основано на тех данных об иудеохристианах, которые можно извлечь из Сирийской Дидаскалии [164] Согласно этому источнику, иудеохристиане похожи скорее на назареев Епифания, чем на его эбионитов: они не были вегетарианцами и не ратовали за отвержение некоторых частей Ветхого Завета как «неподлинных» [165] . Подобно иудеохристианам наших текстов, в том, что касается соблюдения заповедей, они были ортодоксальными евреями. То, что они сохраняли старую традицию первой христианской общины Иерусалима [166] (или части этой общины), могло до времён Константина и не приводить к чрезмерным трениям с другими христианами Сирии [167] . Однако после того как христианство стало государственной религией, положение этой группы должно было радикально измениться к худшему; вероятно, в такой ситуации они были вынуждены либо принять безо всяких оговорок навязанную Константинополем ортодоксию, либо вести тайное существование внутри ортодоксальной церкви или же внутри сект, более влиятельных и более энергичных, чем их собственная. Подобные отзвуки религиозной политики Константина могли бы объяснить значительность фигуры этого императора для авторов нашего текста и их крайне враждебное к нему отношение. Выше мы говорили, что здесь также имеется указание на возможную, до некоторой степени тайную, жизнь иудеохристиан среди несториан [168] . В свете этих новых свидетельств следовало бы также изучить вопрос о возможных связях иудеохристиан с арианами и более поздними еретиками (помимо упомянутых выше несториан), наделавших в своё время столько шума.

Гипотеза о тайном существовании иудеохристиан в Византийской империи может также удовлетворительно объяснить повторное возникновение этой группы на короткий срок на сцене истории в период мусульманского правления.

Есть некоторые основания полагать, что какое-то время в исламский период были иудеохристиане, желавшие выйти из подполья и открыто исповедовать свою веру. Этим тенденциям могла содействовать или даже привести к их осуществлению та дестабилизация христианского руководства, включающего иерархию трёх основных деноминаций, которая последовала за арабскими завоеваниями и позднейшими потрясениями под властью исламской империи. Во всяком случае, по меньшей мере в одном месте у Абд аль-Джаббара мы находит упоминание о христианской секте (fariq), члены которой считали, что «их Господь» (rabb) был евреем, что его отец был евреем и что его мать была еврейкой и женой его отца. Кроме того, отмечается, что эта группа представляет собой элиту (khassa) среди христиан. Последнее замечание указывает на то, что сведения эти прямо или косвенно исходят от членов секты [169] . Ниже приведён отрывок из трактата Kitab al-amanat wa li 'ti'tqadat (ed. S. Landauer [Leiden, 1880], p. 90) еврейского автора Саадии Гаона (ум. 942 г.), чьё высказывание в данном контексте имеет даже больший вес.

Эти люди (христиане) (разделены), да сжалится над вами Господь, на четыре секты; три из них более древние (aqdam), (в то время как) четвёртая обнаружилась (kharajat) (лишь) недавно (qariban)… Четвёртая признаёт за ним (то есть за Иисусом, названным несколькими строками выше «их Мессией») лишь статус пророка и толкует его сыновство, которое они ему приписывают (с. 91), точно так же, как мы толкуем (стих): «Мой сын, мой первенец Израиль» в смысле (указания на) его достоинство (tashrif) и избранность (tafdil) и точно так же, как другие (то есть мусульмане) толкуют выражение «Авраам, друг Бога» (khalil allah).

Интерпретация христианской концепции сыновства, данная здесь от имени упомянутой секты, идентична толкованию, предложенному в иудеохристианской традиции, использованной Абд аль-Джаббаром (см. выше). И даже пример, иллюстрирующий эту интерпретацию, один и тот же у Саадии и у Абд аль-Джаббара: Исход 4:22. Утверждение Саадии о недавнем появлении, или «обнаружении» названной секты может означать не то, что секта ранее не существовала (что бы ни думал по этому поводу Саадия), а то, что она открыто заявила о себе незадолго до его времени, — речь, по-видимому, идёт о периоде, последовавшем за возникновением ислама.

Не исключено, что сам факт перевода иудеохристианских текстов на арабский был связан с попыткой членов секты играть более активную роль в обществе, чем это им удавалось в течение предыдущих столетий (на что, очевидно, намекает Саадия). Эти сектанты могли быть также заинтересованы в том, чтобы снабдить Абд аль-Джаббара, знаменитого богослова, своими материалами для антихристианской полемики, которую он вёл.

Мне не известно какое-либо упоминание о независимом существовании секты после десятого столетия; её члены могли ассимилироваться в более крупных христианских или других общинах; однако этот вопрос нуждается в дальнейшем исследовании [170] .

Введённые нами в рассмотрение тексты имеют также значение для изучения еврейской истории в узком смысле слова и ряда еврейских сочинений.

Начну с любопытного еврейского текста под названием Toldot Yeshu (История Иисуса).

Как будет показано, одно из описаний страстей Христовых во включённых в Tathbit фрагментах имеет некоторое сходство с версией, предлагаемой Toldot; это касается одной детали, отсутствующей в канонических евангелиях.

Наибольшее сходство, однако, наблюдается в описании общей обстановки в Иерусалиме (или во всей Палестине) после смерти Иисуса. Как в обсуждавшемся выше историческом иудеохристианском пассаже [171] , так и в Toldot Yeshu подчёркивается одна и та же деталь: между евреями и последователями Иисуса были враждебные отношения, тем не менее и те и другие молились и поклонялись Богу в одних и тех же местах.

В нашем историческом тексте сказано (см. выше):

После него его последователи были с евреями и сынами Израиля в еврейских синагогах и соблюдали молитвы и посты (евреев), [молясь] в тех же местах, что и евреи. (Однако) между ними и евреями были разногласия по поводу Христа.

Toldot Yeshu делает ударение на вражде и военных действиях:

Между ними была великая война и жестокая резня, множество беспорядков, убийств и денежных потерь, каждый без жалости убивал [даже] своих родичей. Но они ещё не отступили от Торы Израиля. И евреи не могли войти в Храм из-за этих негодяев.

Версия Toldot, в которой находится приведённый отрывок, была опубликована Краусом; см. Krauss S. Das Leben Jesus nach judischen Quellen. Berlin, 1902. S. 82 [172] .

Иудеохристианские тексты описывают ситуацию в более умеренных выражениях, нежели Toldot Yeshu, но и они выделяют те же существенные черты, которым нет точных аналогий в канонической Книге Деяний, равно как и в других христианских или еврейских сочинениях. В любом случае, один факт несомненен: таким характерным для него путём безудержной фантазии автор Toldot подобно автору иудеохристианского исторического фрагмента — выражает своё осознание решающей роли событий, имевших место в Иерусалиме и в других местах после смерти Иисуса; именно эти события определили ответ на исторический вопрос величайшей важности: будут ли иудеохристиане продолжать существовать как евреи и вместе с евреями или же произойдёт окончательный раскол?

В этом вопросе установки автора последней части Toldot, приветствующего разделение двух религий, диаметрально противоположны чаяниям иудеохристианского автора исторических фрагментов, включённых Абд аль-Джаббаром в Tathbit. На самом деле есть определённые основания полагать, что указанные главы Toldot были написаны как ответ на наши иудеохристианские тексты. Если иудеохристиане обвиняли Павла в том, что он вызвал разделение двух религий, то автор Toldot по той же самой причине одобряет его действия, представляя Павла в этой связи как (тайного) агента еврейских мудрецов [173] . О нём говорится, что он, поначалу носивший имя Илия [174] , дал христианам заповеди, отличные от закона Моисея, поощряя их отделиться от евреев и избегать общества последних. Среди прочего Павлу приписывается следующее заявление [175] :