Чтение онлайн

Гамил хотел освободить животное.

– Не надо помогать ей, Гамил, - остановил его архиепископ.
– Даже бессловесные твари должны усвоить, что жадность пагубна.

Кошка с жалобным криком билась о стену.

– Но она расшибется, ваше преосвященство.

– Раньше надо было думать. Что еще у тебя?

Гамил был вынужден говорить, перекрывая вопли кошки.

– Еще две новости, ваше преосвященство. Во-первых, наш рыцарь стал бойцом герцога Бренского, а во-вторых, люди Старика находятся на пути домой.

Раздался грохот - кошка вместе с гобеленом свалилась на пол. Тавалиск спросил, не обращая внимания на шум:

– Значит, им не удалось убить рыцаря?

– Они и не пытались, ваше преосвященство. Доставили ему письмо только и всего.

Тавалиск на миг перестал жевать.

– Недурно было бы узнать содержание этого письма, Гамил.
– Архиепископ легко вздохнул.
– Наблюдение за рыцарем придется продолжать - кто знает, что еще может обнаружиться. Можешь идти, если это все.

– Да, ваше преосвященство.

– Перед уходом я попрошу тебя о небольшой услуге, Гамил.

– Снести вашу кошку к лекарю, чтобы тот остановил кровь?

– Вот именно, Гамил. Я вижу, ты достиг умения предвосхищать мои желания.

Бринжу не повезло. Все пошло у него вкривь и вкось с тех пор, как он подрубил Мейборовы сады. Баралис уплатил ему без обмана - девятнадцать королевских золотых, тут Бринж ни на что пожаловаться не мог. Но через пару дней его жене вздумалось почистить пивоваренный чан, что она проделывала раз в год. И пока Бринж сидел в таверне, распивая с пышнобедрой Герти чашу лучшего местного эля, эта крыса открыла его тайник под чаном.

Когда Бринж вернулся домой, ее и след простыл. Герти после нескольких оплеух созналась, что у них с сестрой есть тетка в Высоком Граде. Деревенский стражник после нескольких увесистых пинков сознался, что жена Бринжа, уплатив два золотых, присоединилась к торговому каравану, шедшему на восток. Бринж пустился за ней в погоню, таща за собой несчастную, жалобно воющую Герти. Через четыре дня они догнали караван. Жена натравила на Бринжа стражу, и те принялись пускать в него стрелы - а Герти тем временем быстренько подольстилась к старшей сестре. Караван ушел, и Бринж остался один.

Он продолжал брести на восток, воруя по пути еду и деньги. Он намеревался захватить жену и Герти в Высоком Граде, но кальки рассудили иначе. Две недели назад его схватили как вражеского шпиона. После вторжения Кайлока хальки словно обезумели и вылавливали всякого уроженца Королевств, чтобы подвергнуть его пыткам и сжечь.

И вот он сидит в халькусской темнице с рожей как разбитая тыква, и какой-то сумасшедший пялит на него глаза.

– Не подходи ко мне, волосатый, - предостерег Бринж. Не хватало еще заразиться дурной болезнью или другой какой прилипчивой хворью.

Привыкнув к сумраку, Бринж разглядел, что незнакомец моложе, чем ему показалось, и совсем плох. Все руки в болячках - похоже, это укусы, - и трясется с головы до ног. Бринж даже плюнул.

– Ты за что здесь, парень?

Тот сидел на куче грязного камыша. По шее после пинка часового струилась кровь.

– Я убил человека.

Убил? Парень сразу вырос в глазах Бринжа.

– Меня и самого подозревают в убийстве. Тут в таверне пару недель назад купца порешили - и все клянутся, что сделал это чужой. Мне это дело пришить не смогли, ну и взяли как шпиона.
– Это было не совсем правдой, но Бринжу не хотелось признаваться, что его, как и сотни других, взяли только за то, что он был родом из Королевств. Насчет убийства в таверне он не солгал, но в этом обвиняли его последнего соседа по камере, а не Бринжа. Как тебя звать, парень?

– Джек.

Бринжу очень не нравился вид этого Джека - кожа серая, а глаза как есть безумные.

– А меня кличут Бринжем.
– Не получив ответа, Бринж продолжил: - Так ты тоже из Королевств? Где там жил?

– В замке Харвелл.

– А я с Восточных Земель. Там у лорда Мейбора большие поместья.

При упоминании о лорде Мейборе парень побелел. Он привстал на колени и спросил:

– А дочь его, Меллиандру, ты знал?

Бринж видел ее пару раз, когда она проезжала верхом мимо его хижины в сопровождении своего брата. Гордячка, одно слово.

– А как же, знал. Только она сейчас больше времени при дворе проводит.

– Правда красивая?

– Ага, груди твердые, как орехи. У таких обыкновенно и ноги волосатые бывают.

Парень с усилием встал. Штаны у него точно целая свора собак драла, а ноги тряслись, как студень. Спотыкаясь и истекая потом, с безумием в глазах, он двинулся к Бринжу. Бринж слишком поздно смекнул, что тому надо. Джек двинул Бринжа кулаком по недавно сломанному носу, и мерзкий хруст сопроводил вспышку боли. В тот же миг парень пошатнулся и рухнул на пол.

Бринж поднес руку к носу, чтобы остановить кровь. Он подумывал, не избить ли парня, но решил, что этим может нажить себе еще больше хлопот, и ограничился пинком в низ живота. Парень застонал и сплюнул кровью. Бринж почувствовал к нему нечто вроде уважения: как-никак Джек вступился за честь женщины. Это бабы во всем виноваты, суки загребущие.

– Ну, вставай, Джек.
– Бринж протянул ему руку.
– Не будем ссориться из-за бабы.

Парень, отказавшись от помощи, с трудом сел и посмотрел на Бринжа волком.

– Нашим, конечно, надо отдать должное, - продолжал Бринж, сев на своего любимого конька.
– По части ляжек с ними никто не сравнится. Халькусские уж больно тощи, высокоградские чересчур мускулисты, а уж аннисские до того длинные, что не знаешь, за что держишься: за ляжку или за дерево.
– Ответа Бринж не получил, но не смутился этим.
– Все знают, что у нас, в Королевствах, бабы самые лучшие. Из-за этого и убили того купца в таверне. Капитан здешний, забыл, как звать, продал одну девчонку из Королевств работорговцу. За большие деньги, говорят. А через пару недель приходит мужик и начинает расспрашивать о ней. Вроде бы она его невеста. Ну а на другой день купца, с которым он говорил, нашли мертвым. Горло ему перерезали в темном закоулке.

– Капитана звали Ванли?
– спросил парень.

– Точно, - кивнул Бринж.

– Давно ли это все случилось?
– Парень как-то подобрался и подался к Бринжу в ожидании ответа.

– Девку-то вроде бы продали пару месяцев назад. Зимой еще. Ванли, говорят, ее в курятнике нашел.

– Как ее звали?

Бринж поскреб голову, пытаясь вспомнить, что рассказывал ему сосед по камере.

– То ли Минни, то ли Мельда.

– А может, Мелли?

– Да кто ее знает.

– Вспомни. Вспомни!