Чтение онлайн

Клинки сшиблись, лязгнув и выбив искры. Сталь встретила сталь… И в следующий миг меч в руках гнома просто лопнул, разлетевшись ворохом куцых ошмётков.

Я надеялся на другое, но был готов. Мгновенно увёл лезвие вверх, направляя в никуда смертоносную силу удара. Торгрин же еле удержался на ногах, сделав по инерции ещё пару шагов вперёд.

Со стороны, где стояли орки, послышались возгласы разочарования.

Побагровев, гном выдохнул длинное ругательство. В сердцах отшвырнул подальше рукоять с бесполезным отломком, похоронившим очередную надежду.

Антонио вздохнул и печально покачал головой:

— Это уже третий…

По-прежнему не говоря ни слова, Тобин Стальная Рука прошёлся вдоль места «поединка», подбирая с земли самые крупные осколки своего творения. Внимательно разглядывая их, он скрылся за буйволиной шкурой, занавешивающей вход на территорию походной кузницы. Торгрин, а затем и Антонио, помедлив, последовали за ним.

Наблюдавшие за испытанием тоже потянулись прочь. Я сунул Меч Тьмы в ножны, прикрепил к поясу. Нужно было отнести его на место — обратно в шатёр, служивший мне и Тору временным пристанищем. Трое орков, деливших с нами жильё, магами не являлись, а вот в тэйпе, где разместили эльфа и Антонио, «Помнящих» было сразу двое, не считая нашего чародея. И потому агмарилловое оружие и амулеты — всё, кроме того, что вместе со слитками забрали в кузницу — решено было хранить у нас.

— Опять не вышло?

Я обернулся.

В двух шагах позади меня стояла Шаэриэнн, опираясь плечом о гранитную глыбу Погодного Камня — какое же орочье селение без этого увесистого талисмана… Она заметно исхудала и осунулась — магическая сила восстанавливалась по крупицам, и, как я понимал, шёл этот процесс нелегко. Только изумрудные глаза «на пол-лица» ни капли не изменились — тени, залёгшие вокруг них, лишь сделали её взгляд ещё ярче и пронзительней.

— Не вышло… — Отвечая на её вопрос, я покачал головой. — Но они не сдаются.

Шаэ кивнула.

С того момента, как она пришла в себя, минуло уже несколько дней, на протяжении которых я ещё ни разу не видел её одну. Тира… Видящая… Молоденькая подруга Вейгеерана… Тонио, разбирающий бумаги брата Дейариса… Гномы, пытающиеся постичь магическую сущность будущих мечей…

И наряду со всем этим — Страж, А'Кариэлл, находящийся при ней практически неотлучно. С самого утра, когда она выбиралась на свет из девичьего тэйпа, где теперь жила, и до поздней луны, с которой здесь обычно отправлялись спать…

В свете этого было совсем уж странным то, что сейчас его не было рядом.

— Как ты? — спросил я.

— Ничего… — Шаэ сделала паузу. — А ты?

— В порядке.

Мы замолчали. Разговор не шёл… Странная неловкость, возникшая с первых его мгновений, не желала никуда деваться.

Я успел заметить, что Шаэриэнн упорно избегает смотреть мне в глаза. Не оттого ли, что сожалеет о своих откровениях там, на дурманящей адреналином и страхом пещерной дороге?… О том, что, поддавшись мимолётному порыву, вдруг доверила Карателю, Орденскому Псу, самые сокровенные мгновения собственной жизни?

И от этой догадки где-то в глубине души на миг вдруг сделалось очень больно.

— Шаэ… — вырвалось у меня.

В тот же миг она внезапно вскинула голову:

— Альтар…

Мы заговорили одновременно — и одновременно умолкли, невольно усмехнувшись друг другу так искренне и похоже, что дурацкое смущение, словно стыдясь само себя, поспешно отступило куда-то в тень.

— Да? — торопливо произнёс я. — Говори… Ты ведь хотела что-то сказать?

Шаэриэнн упрямо качнула головой — но я заметил, что она прячет улыбку.

— Нет. Ты первый.

Что ж… Пусть так.

Я понятия не имел, о чём говорить.

Но поймал лукавинку в её глазах — и уже не мог остановиться.

Я не знал, как сказать ей об этом… Но я хотел бы, чтобы она знала: миг хрупкого доверия, возникший тогда между нами — самый ценный подарок, полученный мною за всю жизнь. Что память о нём я буду хранить в собственном сердце, оберегая ревностно и трепетно, будто священную реликвию, лишь изредка позволяя себе прикоснуться к ней — когда будет сильно плохо или, напротив, слишком хорошо…

Я хотел бы, чтобы она это знала.

Я сделал маленький шаг вперёд. Протянул руку, почти коснувшись её пальцев…

— Ria! Esse Torgrin E Tobin Ni Tuo Al'lende Vaio Kerre…

Шаэ вздрогнула. Повернула голову — и мгновение, незримо связавшее нас, вдруг осыпалось под ноги хрустальной пылью…

В этот миг я как никогда был близок к тому, чтобы убить остроухого голыми руками.

За его проклятое «Ria», так режущее слух.

За исключительную способность оказываться в худшее время в худшем месте.

За то, что сейчас она смотрит на него. И отвечает — ему.

— Thenn, A'Kariaell… Esse Ya Maenn Li Sedden…

«Всё хорошо, А'Кариэлл… Скажи им, что я сейчас приду…».

Разумеется, он никуда не уходит. Кротко кивает, но лишь чуть отступает назад и замирает в ожидании. Кто бы сомневался — не замечая меня в упор.

Шаэриэнн поворачивается ко мне. Но я не хочу видеть смятение и растерянность в её глазах. Не хочу заставлять её чувствовать себя виноватой.

Эльфийские слова сами срываются с губ:

— Essi't. Thenn. Theidda, Shae…

«Иди. Всё в порядке. Удачи…».

А'Кариэлла передёргивает от ярости.

Не удержавшись, я всё же легонько провожу пальцами по тыльной стороне её ладони — чувствую, как она вздрагивает. И, не дожидаясь, пока остроухий Страж взорвётся от злости, ухожу сам, пряча в глубины памяти ещё один крошечный подарок — щепотку хрустальной пыли…

Центральная часть поселения — большая круглая площадь, свободная от жилых палаток — как обычно, пустовала в полуденный час. Три огромных котла на кованых треногах мерно покачивались над неразожжёнными кострищами — их служба придётся ко времени ужина, когда почти что всё племя будет в сборе. Лишь у четвёртого, самого дальнего, суетились проворные чернокосые хозяйки, стряпая обед.

Толстые деревянные колоды, заменяющие скамьи, на которых после Часа Первой Звезды не найдётся свободного места, сейчас напоминали стаю диковинного зверья, выбравшегося погреть бока на солнечную лужайку. На них сходились внимательные взгляды орочьих предков и богов, вырубленных в камне: загадочного Забытого, прячущего лицо под капюшоном плаща, суровой Праматери, так явно напоминающей мне Видящую Эм'син, и Безымянного Героя, потрёпанного временем и ветром от души.

В тени Героя на краешке одной из колод примостился Вейгееран, ловко вырезая охотничьим ножом из кусочка дерева какую-то вещицу. Когда я подошёл ближе, он поднял голову, приветственно сверкнув клыками, и приглашающе хлопнул ладонью по бревну.