Чтение онлайн

Я тянусь к кошельку.

— Я могу сделать так, что это будет стоить вашего времени.

Ее голова резко вскидывается, ее здоровый глаз полыхает с неожиданной яростью.

— Оставь свои монеты себе, — выплевывает она. — Лавка закрыта. Убирайся.

— Пожалуйста, — говорю я, слово кажется странным на языке. — Мне нужно найти ее. Она в опасности.

— Я сказала, убирайся, — старуха встает, указывая узловатым пальцем на дверь. — Пока я не позвала кого-нибудь вышвырнуть тебя.

Я долго смотрю ей в глаза, взвешивая варианты. Я мог бы надавить сильнее, но что-то подсказывает мне, что это сделает ее только более упрямой. И я не могу позволить себе устраивать сцену. Пока нет.

— Очень хорошо, — бормочу я, поворачиваясь, чтобы уйти.

Выходя из лавки, я уверен в одном. Козима была здесь. Реакция старухи была слишком сильной, слишком немедленной. Она защищает что-то или кого-то.

Но почему? Какая связь может быть у пожилой лавочницы с моей истинной?

— Подарки для твоей любовницы! — окликает голос, когда я прохожу мимо другого прилавка. — У такого красивого мужчины, как ты, должно быть, есть кто-то особенный!

Я останавливаюсь, поворачиваясь на голос. Торговец с улыбкой, слишком широкой, чтобы вызывать доверие, жестикулирует на свои товары — ассортимент безделушек и украшений, разложенных на потрепанном одеяле.

— Что-нибудь красивое для прекрасной женщины в твоей жизни? — продолжает он, поднимая кулон, который ловит свет. — Серебро для серебряных волос, возможно?

Я напрягаюсь. Это не может быть совпадением. Значит, слух о том, что я расспрашиваю о Козиме, быстро разнесся по этой сточной канаве. Улыбка мужчины не дрогнула, но в глубине его глаз есть тьма, которая заставляет меня насторожиться.

— Мне неинтересно, — говорю я, начиная отворачиваться.

— Тогда что-нибудь еще? — настаивает он. — У меня есть шарфы, ножи и шлюхи через дорогу, если вы устали смотреть.

Прежде чем я успеваю ответить, что-то легкое касается моего бедра. Я немедленно тянусь к кошельку, но обнаруживаю, что он исчез. Вспышка движения привлекает мой взгляд. Маленькая фигурка, шмыгнувшая сквозь толпу.

— Стой! Вор! — кричу я, проталкиваясь сквозь скопление посетителей рынка.

Мальчишка оглядывается, сжимая мой кошелек в грязной руке. Он сверкает дьявольской ухмылкой и показывает мне средний палец, прежде чем скользнуть в толпу и исчезнуть между прилавками.

Он быстр, но я быстрее.

Моя рука выбрасывается вперед, хватая его за шиворот, и когда он резко поворачивает голову, чтобы укусить меня, я перехватываю его запястье. Его пронзительный крик разрезает воздух, но он все равно не выпускает мой кошелек.

— Отпусти меня! — визжит он, извиваясь как угорь.

Шум привлекает внимание. Головы поворачиваются, и я вижу других детей — трое из них — сходящихся к нам с разных сторон. Скоординированные усилия.

— Пожалуйста, мистер, — умоляет одна из них, девочка поменьше с выгоревшими на солнце добела волосами. — Отпустите его. Он не хотел ничего плохого.

— Это не место для детей, — рычу я, удерживая хватку крепкой, но стараясь не причинить мальчику боль. — Даже для воров.

Дети обмениваются взглядами.

— Мы просто пробираемся сюда иногда, когда охранники засыпают, — неохотно признается другой ребенок. — Ничего такого.

Я вздыхаю, отпуская мальчика, но одновременно выхватываю свой кошелек обратно. Здесь нет школ, но эти дети должны хотя бы находиться в безопасном месте, а не бегать дикарями в подземном логове преступников и дегенератов. Но такова жизнь за защитными стенами Сурхииры.

— Возможно, вы можете мне помочь. Я ищу кое-кого, — говорю я. — Женщину с серебряными волосами и фиолетовыми глазами. Омегу.

Они переглядываются.

— Это будет стоить денег, — быстро говорит мальчик, который пытался меня обокрасть, уже возвращая свою браваду.

Я достаю две крупные монеты из кошелька, их ценность больше месячного заработка в этих краях. Их глаза расширяются при виде денег.

— Сначала информация, — говорю я, держа монеты вне досягаемости.

Девочка с выгоревшими волосами делает шаг вперед.

— Была тут леди-омега, — признается она. — Очень красивая, с волосами, как вы сказали. Она была с гигантским рыцарем.

— Рыцарей не существует, Синтия, — поправляет другой мальчик.

— Ну, а как еще ты назовешь гигантского альфу в металлических доспехах, Джейсон? — парирует она, передразнивая его тон.

Вор закатывает глаза, явно устав от них обоих.

У меня кровь стынет в жилах.

— Куда они пошли? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Девочка пожимает плечами.

— Вам лучше спросить у Гео. Он знает все, что здесь происходит.

— А кто такой Гео?

— Он заправляет рынком, — поясняет вор. — Большой сердитый мужик, у него только один глаз.

— Но не говорите ему, что видели нас здесь, — торопливо добавляет девочка. — Он не верит, что мы можем сами о себе позаботиться. Он рассердится. Пожалуйста?

Я опускаю монеты в ее ладонь, затем добавляю еще несколько.

— Я не скажу ему, если вы пойдете домой, — твердо говорю я им. — Это не место для детей.

Они разлетаются, как испуганные птицы, исчезая в толпе, прежде чем я успеваю сказать что-то еще. Я стою мгновение, переваривая то, что узнал. Козима с альфой-монстром в маске — этим «рыцарем» — и, по-видимому, под защитой того, кто управляет этим рынком. Иначе его обитатели не отказывались бы давать мне информацию, даже когда я предлагал заплатить.

Что она могла сделать, чтобы получить такую защиту? И почему? Та Козима, которую я знаю, никогда бы добровольно не связалась с типами, населяющими это место.

Если только это не было добровольно.

Сначала мне нужно найти этого «Гео».

Я хватаю ближайшего охранника, дюжего бету с жидкой бороденкой.

— Где я могу найти Гео? — требую я.

Охранник ухмыляется, вырывая руку.

— Отвали, чужак. Гео не разговаривает с кем попало.

Мое терпение, и без того истончившееся, лопается. Одним плавным движением я прижимаю охранника к стене, мое предплечье давит ему на горло. Не настолько сильно, чтобы полностью перекрыть воздух, но достаточно, чтобы затруднить дыхание.