Чтение онлайн

После подписания акта о капитуляции в Курляндии в плен сдались более 189 тысяч солдат и офицеров и 42 генерала, в районе устья Вислы, северо-восточнее Гдыни — около 75 тысяч немецких солдат и офицеров и 12 генералов. На севере Норвегии сложила оружие оперативная группа «Нарвик». На юго-западном участке советско-германского фронта немецко-фашистские войска отказались сложить оружие, и Дениц, по сути, согласился с такими решениями командующих групп армий «Центр» и «Австрия». В период с 9 по 17 мая 1945 года Красная Армия взяла в плен и приняла на основе акта о капитуляции 1 391 тысячу солдат и офицеров и 101 генерала. Всего же советскими войсками за период с 22 июня 1941 года по июнь 1945 было пленено или интернировано 2 661 232 немца, из них 2 389 560 человек были военнопленные и остальные 271 672 человека — интернированные. Из этого общего количества в лагерях на территории СССР впоследствии умерло 423 168 человек (356 687 военнопленных и 66 481 интернированных) [253] .

Западные союзники в период капитуляции Германии захватили, по официальным данным, шесть млн. солдат и офицеров вражеских и бывших вражеских стран. Большинство из них были немцы.

В международной практике прошлого обмен основной массы военнопленных производился одновременно или чаще всего после мирного урегулирования, то есть после подписания мирного договора и прекращения состояния войны. Подобным образом союзные державы поступили с сателлитами Германии, полностью освободили их военнопленных после подписания в 1946 году в Париже с ними мирных договоров. По-иному складывалась ситуация вокруг самой Германии, подписание мирного договора с которой, как позже оказалось, на долгие годы затягивалось, а проблема ее военнопленных превращалась из военной в нравственно-политическую. Страны, воевавшие против Германии, на территории которых оказались немецкие военнопленные (СССР, Франция, Югославия и некоторые другие), не спешили их освобождать. На протяжении многих лет они использовались на восстановительных работах, что вызывало их недовольство и противоречило международному праву. Выход был найден в том, что союзники явочным порядком стали освобождать немецких военнопленных. Раньше всех эту акцию предприняли США, Канада и Великобритания, не нуждавшиеся остро в рабочей силе.

За ними последовали и другие союзные державы. Это касалось прежде всего раненых и больных и той категории вражеских солдат и офицеров, которые были пленены не в ходе боевых действий, а сдались на территории Германии в связи с подписанием акта о капитуляции.

Вопрос о том, должен ли статус немецких солдат и офицеров, капитулировавших в заключительный момент войны, отличаться от тех, кто оказался в плену в ходе боевых действий, обсуждался в ЕКК еще в начале 1944 года. Если представитель СССР не видел разницы между этими двумя категориями вражеских военнопленных, то западные представители считали по-иному. Они опасались, что миллионы немецких военнослужащих окажутся в плену после капитуляции в западных странах и их придется содержать в соответствии с международным правом [254] .

Так, на 1 января 1947 года, то есть еще до образования ФРГ и ГДР и прекращения существования оккупационного режима в Германии, а также до подписания соответствующих договоров, регулирующих мирные отношения с ней, было возвращено и распределено по оккупационным зонам следующее количество немецких военнопленных: в американскую зону — 3 387 тысяч, британскую — 673 101, французскую — 222 421 и советскую — 1 042 796 человек, всего — 5 335 318 военнопленных солдат и офицеров бывшего вермахта [255] .

Значительную часть немецких военнопленных, захваченных советскими войсками, командование Красной Армии распускало по домам сразу же после прекращения военных действий. Спланированное массовое освобождение немецких военнопленных из лагерей, расположенных на территории Советского Союза, началось два года спустя после прекращения военных действий, и коснулось в первую очередь раненых и больных. По планам Совета министров СССР от 16 мая 1947 года, 11 октября 1947 года и 21 февраля 1948 года необходимо было приступить к передаче немецким органам самоуправления в период мая 1947 по октябрь 1948 года 513 тысяч интернированных и освобожденных из плена немцев. В 1947 году ежемесячно на Родину выезжало по 15–30 тысяч и в 1948 — по 20–50 тысяч человек. Все они проходили через транзитный лагерь № 69, созданный во Франкфурте-на-Одере. Здоровые находились в лагере не более двух суток. «Кроме обычного оформления документов в этот период, — как отмечается в одном из отчетных донесений, — с ними проводилась политическая и культмассовая работа силами лагеря и функционерами СЕПГ» [256] .

Из всех прибывших из СССР на территорию Германии в первые месяцы после капитуляции 512 959 освобожденных немецких военнопленных было: генералов — 6, офицеров — 19 380, унтер-офицеров — 122 918 и солдат — 370 655, а также интернированных — 19 311 человек, в том числе мужчин — 11 127, женщин — 8 118 и детей — 66 человек. Кроме того, по неполным данным отдела по делам военнопленных МВД СССР, в 1946 году было передано немецким властям 261 179 человек. Всего же по состоянию на 31 декабря 1948 года вернулось на Родину 792 644 бывших немецких военнопленных и интернированных лиц [257] .

Из общего числа поступивших в лагерь № 69 при медицинском осмотре выявлено больных — 86 561 человек, в том числе дистрофиков — 11 963 человека и желудочников — 1 375 человек. Из числа поступивших, особенно в 1947 году умер 191 человек, из них 91 человек — в пути. Если иметь в виду голод, который испытывали сами советские люди в 1947 году, приведенное число больных, в том числе дистрофиков, хотя и вызывает человеческое сочувствие, но в сложившейся тогда ситуации не представляется чрезмерным.

Как сообщило ТАСС 4 мая 1950 года в Германию вернулась последняя группа немецких военнопленных, находившихся в Советском Союзе, — 17 538 человек. Всего же после капитуляции на Родину возвратились 1 939 063 военнопленных, в том числе 58 103 тех немецких военнопленных, которые в 1947–1949 гг. скрывались среди военнопленных других стран. Среди немецких военнопленных на территории СССР после 1950 г. были задержаны 9 717 человек, осужденных за военные преступления, и 3815 человек, по которым продолжалось следствие, а также 14 человек из-за болезни.

Из этого сообщения ТАСС следовало, что общественности уже стало известно о численности особой категории немецких военнопленных — военных преступников. В последующие годы по январь 1954, было освобождено 1 853 немца, из них 12 процентов являлось военнослужащими вермахта. Остальные — около 7 тысяч немецких граждан — продолжали отбывать наказание в советских штрафных лагерях и тюрьмах. Эти места заключения находились в Архангельске, Воркуте, на Южном Урале, в Северном Казахстане, Норильске, Иркутске и Магадане.

В связи с освещением проблемы вражеских военнопленных нельзя не упомянуть о тех трудностях, которые возникли между союзниками по вопросу о судьбе солдат из негерманских воинских формирований в вермахте, и после капитуляции Германии, не распущенных в западных зонах. Сталин и слышать не хотел о том, что сотни тысяч его солдат воюют под чужими знаменами против своей родины. Он вообще не интересовался не только их судьбой, но и судьбой тех советских военнопленных, которые предпочли страдания в лагерях, а то и смерть службе врагу.

Наши союзники поражались, когда узнавали, что среди иностранных добровольцев, служивших в вермахте, больше всего было именно советских граждан и не просто граждан, а офицеров и солдат Красной Армии. Посол Великобритании в СССР К. Керр по поручению своего правительства в мае 1944 года направил Молотову письмо с предложением, чтобы Сталин лично или советское правительство обратились к этим людям с воззванием переходить на сторону союзников.

Что же ответил советский нарком иностранных дел? В ответном письме от 3 1 мая 1944 года он заявил, что, по данным советских властей, число советских солдат и офицеров, воюющих на стороне вермахта, крайне незначительно и поэтому какое-либо обращение к ним не принесет никакой политической пользы. Однако через неделю, когда в Нормандии началась высадка, союзники воочию убедились, какова была численность и как сражались «русские добровольческие» воинские части, вкрапленные в германские войска на всем протяжении западного фронта от Нидерландов до Пиренеев. Как сообщала британская армейская разведка в донесении от 17 июня 1944 года, среди вражеских военнопленных около 10 процентов составляли русские добровольцы [258] .