Чтение онлайн

— Если я сяду сюда, пообещаешь не вести себя как дурак?

Она плюхнулась на узкую скамейку, пододвинула меня бедром и водрузила на колени огромный рюкзак. У неё были длинные тёмные волосы, заплетённые в толстую косу, и лицо, усыпанное веснушками. В Сильвер-Крик новички появлялись нечасто — наш городок слишком маленький, чтобы сюда регулярно кто-то переезжал, — так что весь автобус следил за новенькой. И за тем ботаником, рядом с которым она решила сесть.

А я? Я и слова не смог вымолвить. Только хмыкнул и подтянул очки, съехавшие на самый кончик носа.

— Видишь ли, — продолжила она, — жизненный опыт подсказывает мне, что большинство мальчиков — полные придурки. — Она посмотрела на меня прищуренно. — Я наблюдала за тобой утром, когда ты выходил из автобуса. Ты добрее со своей сестрой, чем вот этот.

Я перевёл взгляд на сиденье перед собой, где сидели мой младший брат Флинт и наша маленькая сестра Оливия. Двое старших братьев уже учились в средней школе и ездили на другом автобусе. Кейт была наблюдательной. Флинт и правда вёл себя строже с Оливией, но и она была не из робкого десятка.

Я пожал плечами.

— Я старше, — сказал я, будто это что-то объясняло.

Она отмахнулась.

— Некоторые, наоборот, считают, что это повод быть ещё злее. Ты хорошо разбираешься в математике? Я в ней ужасна, так что было бы здорово, если бы ты был хорош.

Хорош ли я в математике? Даже в том возрасте я понял, что сейчас прохожу собеседование. Кейт Флетчер решала, годен ли я в друзья. А этот вопрос — будто выигрышный билет в лотерее. Я не просто хорошо разбирался в математике. Я был вундеркинд. Тот самый заучка, который уже к середине четвёртого класса прошёл все школьные курсы по математике. Через два года меня пригласили на шоу Эллен Дедженерес как двенадцатилетнего «человеческого калькулятора».

— Ты спросила, хороший ли он в математике? — подал голос Флинт, обернувшись через спинку сиденья. Даже тогда он был мне надёжной опорой. — Он лучший. Задай ему любую задачку. Хоть с миллиардом цифр.

Он постучал по виску.

— Он решит в уме.

Немного, конечно, преувеличил. У всего есть пределы, и я не всегда мог справиться с задачками на ходу, но когда их придумывали дети — почти всегда получалось.

— Правда? — Кейт удивлённо приподняла брови.

Я пожал плечами, хоть сердце у меня уже колотилось, а по шее расползалась испарина.

— Ну да.

— Любая задачка?

Я кивнул.

— Двести сорок пять тысяч пятьсот пятьдесят разделить на двадцать пять.

— Легкотня, — пробормотал Флинт. — Он всегда справляется с задачками на пятёрки.

Теперь и Оливия следила за происходящим, её глаза бегали между мной и Кейт. Похоже, она тоже чувствовала, как много решается в этот момент.

Ответ пришёл ко мне в голову с той уверенностью, которую я не умел объяснить. Уже взрослым я научился видеть в этом закономерности, но тогда всё казалось волшебством.

— Девять тысяч восемьсот двадцать два, — сказал я.

Прошло восемнадцать лет, а я до сих пор помню, как у неё загорелись глаза, когда она проверила мой ответ на калькуляторе, который вытащила из рюкзака.

С этого момента наша дружба была предрешена.

Кейт решила, что мы станем лучшими друзьями — типично для Кейт, как я понимаю сейчас. И мы действительно ими стали.

А теперь? Даже не знаю, как это назвать. Мы не то чтобы поссорились. Но и не общаемся. Вернее, не общались — до сегодняшнего дня.

Кейт: Привет, Броуди. Давно не общались.

Мне даже не нужно смотреть в экран телефона — её сообщение всплывает перед мысленным взором, пока я хожу по комнате и докладываю последние вещи в рюкзак. Я заставляю себя сосредоточиться, в уме перебираю снаряжение, проверяю дважды, трижды — ничего ли не забыл. Список от Перри был исчерпывающим. Единственное, что я изменил, — это количество воды. Он недооценил минимум на пол-литра.

— Еду ты всю собрал? — спрашивает Перри, глядя на мой рюкзак. — Всё, что я сказал?

Я киваю. Нас ждёт три дня на тропе без возможности пополнить запасы, так что нести придётся всё необходимое.

— Всё собрал. И воды немного больше взял — тебе тоже пригодится. Сколько весит твой рюкзак?

— Броуди, — Перри сверлит меня взглядом. — Если ты ещё раз пересчитаешь, сколько воды мне понадобится, я расскажу отцу, кто ночью угнал Gator и поехал к Кейт. Он до сих пор не знает, откуда тогда сдуло все четыре колеса. Думаю, ему будет интересно.

Я замолкаю, хотя в голове цифры всё ещё бегут. Количество воды, которое нам нужно, зависит от массы факторов: темп ходьбы, температура воздуха, наш вес и вес рюкзаков, расстояние до ближайшего источника питьевой воды. Перри ещё должен быть благодарен, что я всё это могу высчитать в уме. Обезвоживание — серьёзная проблема для тех, кто идёт в дальний поход.

— Перестань, — говорит Перри.

— Что перестать? — спрашиваю я, закидывая рюкзак на плечо.

— Считать, — бурчит он, хватая свой рюкзак и направляясь к выходу. — Глаза у тебя начали бегать. Обещаю, воды в пути будет достаточно.

Я знаю, что мы справимся. Люди проходят тропу Аппалачи каждый год и как-то обходятся без этих безумных расчётов, которые не дают покоя моему мозгу. Прикидки, примерные оценки — чаще всего этого достаточно. Особенно если учесть, сколько непредсказуемых факторов на таких маршрутах невозможно просчитать.

Но это не значит, что я перестану считать.

Иногда я забываю, что для остальных постоянные расчёты — не норма. Что обычные водители не высчитывают время прибытия с учётом малейших колебаний скорости. Что люди на прогулке не прикидывают количество шагов до условного ориентира. Но именно так работает мой мозг. Именно поэтому я выбрал преподавать химию, а не математику. В химии тоже полно цифр, но научная часть позволяет отдохнуть от бесконечных вычислений.

Тайлер подъезжает через несколько минут, и мы загружаем снаряжение. Я глубоко вздыхаю и сажусь на заднее сиденье его внедорожника, уступая переднее Перри.

Мне нужен этот поход. Чтобы выдохнуть. Чтобы побыть в горах. Чтобы хоть ненадолго исчезнуть.

Я устраиваюсь на заднем сиденье и постукиваю телефоном по ладони. Связь на тропе не исчезнет полностью, у меня в рюкзаке есть солнечная зарядка, но покрытие будет нестабильным. Если ответ Кейт приведёт к переписке, лучше начать её сейчас, пока у нас впереди несколько часов дороги, а не потом — когда я буду на тропе, и Перри станет следить за каждым моим движением.

Но что ей написать? И как?