Чтение онлайн

Кристин негромко кашляет рядом, и я отступаю, жестом приглашая её вперёд.

— Это Кристин. Моя кузина. Прилетела из Чикаго.

Броуди протягивает руку.

— Приятно познакомиться.

— Взаимно. О тебе я слышала очень много, — улыбается Кристин.

Броуди снова смотрит на меня, чуть прищурившись, руки на бёдрах.

— Ты отлично выглядишь, Кейт. Всё та же, но… даже лучше.

— Спасибо. А ты будто прошёл курс суперсыворотки, как Стив Роджерс. — Я легонько толкаю его в грудь. — Что это вообще? Я и представить не могла, что всё вот так изменилось.

— А что мне было делать? Присылать тебе селфи с голым торсом?

Он улыбается — как Броуди, с искоркой. Только теперь в этом больше уверенности.

Мой взгляд непроизвольно падает на его грудь. И на мгновение я представляю себе это селфи.

Мысль одновременно чужая и… слишком притягательная.

Я резко отступаю назад, чуть не налетая на Кристин.

— Аргумент принят, — бормочу, пытаясь сохранить равновесие и облокачиваюсь на плечо кузины. — Хотя, честно, большинство парней с вот этим всем… — я делаю неуверующий жест в сторону его тела, — наверняка бы засыпали Инстаграм фотками. Или хотя бы выкладывали сторис.

Голос звучит выше, чем должен. Сбивчиво. Я откашливаюсь.

Что вообще происходит? У меня два параллельных состояния. Мой мозг — взрослая женщина на концерте Гарри Стайлза, сидит с берушами и держит сумку на коленях. А тело — студентка на первом ряду, рыдающая от счастья и кидающая лифчик на сцену.

Но это же Броуди. Моё тело вообще не должно реагировать. Это же шутка. Нужно шутить. Потому что альтернатива?..

Фантазии про Броуди без рубашки (или без чего-то ещё) — это совсем неприемлемо.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает Кристин.

— Угу, — бормочу я. — Всё супер. Отлично. Прекрасно.

Она только смеётся. Вообще-то ей бы стоило извиниться. Не внуши она мне эту идею — я бы сейчас ничего не чувствовала.

Хотя нет. Броуди тянется вверх, руки над головой, и футболка приподнимается. На секунду оголяется полоска гладкой кожи над поясом шорт.

Хорошо. Возможно, я бы всё равно что-то почувствовала. Но обвиняю я всё равно её.

— Какие у вас планы? — спрашивает Броуди, переводя взгляд с меня на Кристин и обратно.

— Мы остановились во Франклине, — отвечаю. — Сегодня просто поднялись сюда, надеялись тебя застать.

Он качает головой.

— До сих пор не могу поверить, что ты угадала, что мы будем на Сайлере именно сегодня.

— После твоего последнего сообщения всё стало ясно. Мы уже были во Франклине, надеялись, что вы рядом. Когда ты ответил — оставалось только выйти пораньше и успеть сюда до вас.

— А если бы я не ответил?

— Пришли бы и разбили лагерь. Надеялись бы, что ты всё-таки появишься. Но, поверь, мы были только рады отказаться от ночёвки в палатке ради ещё одной ночи в гостиничной кровати.

— Говорит женщина, которая спала под открытым небом больше раз, чем я.

Я слегка склоняю голову. Его осведомлённость о моих путешествиях вызывает в груди странное, тёплое ощущение.

— Ну, скажем так… Кристин не совсем спец по выживанию в диких условиях.

— Я всё слышала, — отзывается Кристин, копаясь в своём рюкзаке, как будто ищет там спрятанные сокровища. — Я была вполне готова спать на земле, между прочим!

— Вы поедете во Франклин пополнить запасы? — спрашиваю я, не пытаясь скрыть надежду в голосе. — Мы могли бы вас подбросить, а потом, может, провели бы вместе вечер перед тем, как вы снова уйдёте на тропу?

— Запасы нам точно нужны, — отвечает Броуди. — И душ. — Он оттягивает футболку от тела, скривившись. — Мы уже четыре дня не сходили с маршрута. Если ты не заметила — мы жутко воняем.

— О, я заметила, — говорю я, морщась. — Ты пахнешь ужасно.

Он делает шаг ко мне и обнимает так, что мои руки оказываются прижатыми к телу.

— Что ты там говорила? — спрашивает он. Я не вижу его лица, прижатая к его груди, но по голосу слышно — он улыбается. — Что-то про то, что я плохо пахну?

Я взвизгиваю в протесте — он и правда пахнет довольно резко — и пытаюсь отстраниться, но кого я обманываю? Если бы действительно хотела вырваться, то смогла бы. Вместо этого я просто остаюсь в его объятиях. Потому что он здесь. Потому что мы снова вместе.

Я не то чтобы с нетерпением ждала это лето в Сильвер-Крик. Признаться в ошибках, всё исправить — это тяжёлый путь.

Но Броуди тоже будет в Сильвер-Крик.

А это значит только одно — со мной всё будет хорошо.

Кейт

Что-то изменилось.

Для начала — вспотевший, пахнущий походом Броуди оказался... чертовски привлекательным.

Я даже не знаю, как к этому относиться. Я любила Броуди как своего самого близкого друга почти столько, сколько себя помню. И за всё это время ни разу не чувствовала такого глубокого, инстинктивного притяжения, такой искры, как сегодня на тропе.

Мышцы, конечно, сыграли свою роль. Он стал шире, крепче, и кажется, чувствует себя в своём теле увереннее, чем когда-либо. Но дело не только в этом. Есть в нём что-то ещё... другое.

Или, может, дело вообще не в нём, а во мне?

Когда Броуди заходит в двери мексиканского ресторанчика, что в паре кварталов от нашей крошечной гостиницы, из моего горла вырывается тихий звук — будто вздох, будто стон. Что-то между тем и другим.

Если Броуди в походной одежде был «вкусным», то после душа и с гладко выбритым лицом — он просто великолепен. Настолько, что хочется писать стихи. А я ни разу не поэт, но в этот момент — вполне могла бы. Где, простите, ангелы? Где хотя бы пара скрипачей в углу, чтобы они сыграли нам серенаду?

Стоп. Нам? Нет, тут точно не «нам». Это сугубо платонические, исключительно физические наблюдения. Никакой романтики. Честно.

Кристин протягивает мне салфетку с выражением абсолютной невозмутимости:

— Ты пускаешь слюни, Кейт, — говорит она, слегка помахивая салфеткой. — Лучше вытрись, пока он не подошёл.

Я автоматически хватаюсь за подбородок, прежде чем понимаю, что она прикалывается, и хмурюсь.

— Это было подло.

Она только ухмыляется.

— Ты слишком явно пялишься. Может, немного поубавь огня?