Чтение онлайн

Но я был просто не в состоянии повторить все трюки, которые проделывал Бобби. Более того, мне не давались даже те финты, которые с легкостью проделывали остальные 13-летние члены нашей команды. Знаете, хотя я и не говорил об этом своим друзьям, в глубине души я пришел к ужасному заключению: за сборную Англии мне не играть никогда. Я знал это, потому что меня не брали играть даже за сборную школы. И не то чтобы я не надеялся, что случится чудо. Возможно, говорил я себе, я ребенок с замедленным развитием. Может быть, ну просто, может быть, однажды утром я проснусь и вдруг начну демонстрировать такой же дриблинг, как Бест, бить по воротам, как Чарльтон, [158] и научусь жонглировать мячом. [159] В футбольную команду скаутов я попал только по той причине, что в ней просто всегда не хватало игроков. Единственное условие, которое предъявлялось кандидату, состояло в том, чтобы у него было две ноги и собственные бутсы, и никого абсолютно не интересовало, что вышеупомянутым ногам недоставало ловкости и координации.

Вот почему, шагая много лет назад по этой забрызганной солнцем проселочной дороге, я ощущал одновременно и душевный подъем, и некоторую озадаченность. То есть я знал, что не был самым плохим игроком в команде (по крайней мере, мне ни разу не довелось испытать страшное унижение – оказаться тем, кого поставили на игру в последнюю очередь), но был при этом и далеко не самым лучшим. Я никак не мог понять, почему меня ни с того ни с сего назначили капитаном, и пришел к поразительному заключению, что мистер Уолш увидел во мне что-то такое, чего я сам в себе не мог разглядеть до последнего момента. Он увидел во мне потенциального лидера.

Он знал, что качества, характеризующие лидера, способного воодушевить команду, очень редко ограничиваются лишь умением хорошо владеть мячом. Когда мы подошли к полю, выбранному местом нашей встречи (с которого, судя по запаху, лишь недавно ушло стадо коров, и вам лучше даже не пытаться представить себе, что там оставили после себя эти коровы), я дал себе торжественную клятву, что не посрамлю ни мистера Уолша, ни команду, ни себя самого. Но это еще не все. Если мне суждено быть капитаном в первый и, возможно, в последний раз в моей жизни, я буду действовать, руководствуясь прекрасным примером. Может, я и не Бобби Мур, может, мне и не удастся подняться до его технического уровня, но я могу продемонстрировать тот же уровень отношения к игре и такую же самоотдачу. И хотя я играл сзади, я мог в качестве капитана вести команду вперед. Я даже не помню, выиграли мы тогда или проиграли, но зато я твердо знаю, что после этого матча моя жизнь изменилась. Изменилась навсегда.

Оказалось, что мистер Уолш был прав. С тех пор я капитанил в команде до самой последней игры. Это плодотворное решение оказало влияние на всю мою жизнь. Оно не только заложило глубокое и прочное основание для уверенности в себе, но с того самого дня и вплоть до сегодняшнего я в самых различных сферах своей жизнедеятельности никогда уже не боялся сделать шаг вперед и взять лидерство на себя, никогда не ждал, что меня выберут или назначат. Я хватался обеими руками за каждую возможность что-нибудь возглавить. Для меня начальник – это не профессия, это – склад ума. Понимаете, на том навозном поле (и впоследствии на многих других метафорических навозных полях) я начал понимать, что лидер – это посредник между вами и надеждой. Даже если выходит так, что вы сталкиваетесь с неодолимыми препятствиями (а это часто случается и в личной жизни, и в профессиональной карьере), лидер видит свет в конце туннеля и может сделать так, что команда тоже разглядит слабые отблески. Настоящий лидер служит интересам команды. Александр Великий и его бесчисленная армия как-то раз пересекали пустыню. На одном из привалов они обнаружили, что осталась только одна чашка воды. Когда эту чашку предложили Александру, он вылил воду в песок, сказав: «Никто не будет пить, пока воды не хватит для всех».

Еще одной хорошей чертой лидера является его заслуженное право иметь последователей. Вот к каким соображениям я пришел, обдумывая характеристики достойных руководителей.

• Они делают то, что сказали. Они выполняют свои обещания и строго соблюдают взятые на себя обязательства.

• Их действия согласуются с желаниями подчиненных. Они ясно представляют, что другие люди ценят и на что они способны.

• Они убеждены, что каждому человеку присуще чувство собственного достоинства.

• Они знают, как искать и обмениваться коллективно используемыми ценностями и представлениями, формирующими общую для всех основу существования.

• Они способны внести изменения в жизнь других людей и разглядеть лидерские задатки в каждом.

• Они умеют признавать свои ошибки. Они понимают, как опасны попытки их скрыть и до какой степени это подрывает авторитет. Признав ошибку, они пытаются исправить ее.

• Они вселяют оптимистические настроения и стараются внушить своим подчиненным позитивные мысли о возможности личного и общего успеха.

• Они создают благоприятный климат для обучения и повышения квалификации, характеризующийся доверием и открытостью.

Поэтому если вы хотите, чтобы ваш стиль руководства, включая и руководство самим собой, оставался никуда не годным, не пытайтесь уподобиться людям, обладающим вышеприведенными чертами.

Задумывались ли вы когда-нибудь о том, что не можете не общаться? А между тем это так. Даже если вы будете просто стоять и молчать, ваше молчание дорогого стоит. Как кто-то когда-то сказал: «Ваше молчание настолько красноречиво, что я не могу разобрать, что вы говорите». [161] И вот вам история для иллюстрации этого факта. [162]

Однажды я в компании еще двух тысяч человек присутствовал на конференции по продажам в центре деловых встреч «Уэмбли» в Лондоне. После перерыва на обед заседание открылось докладом, который делал один консультант по вопросам имиджа. Чтобы не раскрывать его настоящую фамилию, буду называть его мистер Пинк. Консультанты по вопросам имиджа представляют собой такую породу людей, которые все время заискивают перед вами на вечеринках и мимоходом спрашивают: «Я смотрю, вы сегодня надели черное. Почему?» На что вы отвечаете: «Ну, потому что мне нравится черный цвет». Тогда они заявляют: «Это понятно, но нравитесь ли вы черному цвету?»

Мистер Пинк оказался одним из самых профессиональных докладчиков, которых я только видел в своей жизни. Как и можно было ожидать, он выглядел в высшей степени ухоженным и прекрасно знал свое дело. Например, он ни разу не оглянулся на огромный экран у себя за спиной, потому что не в пример большинству любителей не пользовался слайдами, чтобы освежить свою память. Для начала он сообщил аудитории, что проводится масса разнообразных исследований для определения того, что лежит в основе открытого, взаимно обогащающего общения, но подробнее он остановится только на одном, проведенном под руководством профессора Альберта Мерабьяна из университета штата Пенсильвания. Профессор Мерабьян утверждал, что тремя основными составляющими общения является: то, что мы говорим; то, как мы это говорим (тон речи); и все, выходящее за рамки того, что и как мы говорим, – другими словами, невербальное общение. Затем мистер Пинк сказал: «Если эти три фактора в сумме составляют 100 %, то, имея в виду вашу эффективность как собеседника, какую часть из этих ста процентов составляют слова?»

И тут я неожиданно понял, что потрясающий мистер Пинк далеко не так хорош и не так профессионален, как показалось с первого взгляда, поскольку в тот самый момент, как он задал свой вопрос, ответ появился в виде четырехметровых букв на экране за его спиной. И сейчас же стало ясно, что он не сам переключал свои слайды, а тот человек, которому поручили эту работу, к сожалению, не знал, что сначала аудитории надо дать подумать, а потом уже показывать ответ. Дело в том, что мистера Пинка натренировали никогда не оборачиваться и не смотреть на собственные слайды, поэтому он пребывал в блаженном неведении относительно того, что произошло.