Чтение онлайн

Я попыталась вскочить на ноги, но от слабости упала обратно.

– Она живой мертвец! Зомби!
– заорал испуганный Ванин голос.

– Петушков, я поживее тебя!

Бывший адепт последовал теткиному примеру и мешком рухнул на землю.

– Ася, - раздался тихий голос Арвиля.

Я повернула на него гневный взгляд.

– Да, как ты мог! Баран! Вы меня едва живую не закопали! Какому идиоту это в голову пришло?

– Мне, - Магистр Леонид прочистил горло.

Я повернулась в его сторону ошарашенный взгляд. Вот от него я ожидала такой глупости меньше всего!

– Мы попытались тебя лечить, раны затянулись, но ты лежала бледненькая, не шевелилась, а потом перестала дышать, - он запнулся.

– Я перестала дышать?! Нет, я не верю!
– я упала обратно на бархатную подушку.

Потом, вспомнив, где собственно отдыхаю, подскочила.

– Немедленно, слышите, немедленно вытащите меня отсюда!

Ко мне кинулся с десяток присутствующих. В порыве раскаянья Фатиа попытался поднять меня на руки, поскользнулся, уронил обратно. От удара гроб, стоящий на четырех подпорах над вырытой могилой, пошатнулся. Еще мгновение, и он грохнулся в двухметровую яму со мной в качестве пассажира.

У меня пересохло горло. В могиле было холодно и совсем неуютно. И кто только сказал, что земля - это пух для покойника?

– Идиоты!
– заорала я, заходясь сухим кашлем. От отчаянья и ярости я сняла с ноги белый тапочек и со всей силы метнула на поверхность. Раздался чей-то тихий стон. От злой радости, я стянула второй и тоже кинула.

– Так вот вам! Меня живую похоронить?!

Сверху свесилась Марфина голова с опухшими от слез глазами.

– Солнышко мое, как ты там?

– Как, как?
– брызгала я слюной.
– Как в могиле! Вытащите меня отсюда!

Мне протянули лопату, которой совсем недавно копали мое последнее пристанище.

– Вы бы еще тяпку дали! Я что, сама себя закапывать буду?!
– орала я.
– Лестницу, лестницу сюда несите!

В этот момент раздался голос очнувшегося адепта.

– Убейте ее, убейте ее, она стала упырем!

– Ваня, ты идиот! Прыгай сюда, я тебе свои клыки покажу!

В общем, в таком духе продолжалась довольно долгое время. В конце концов, меня, потерявшую все последние силы, вытащили на поверхность и препроводили в комнату на родную кровать. Угощения, приготовленные на поминки, пошли на празднование моего счастливого оживления. Все долго спорили, почему я так и не скончалась. Больше всего меня впечатлила версия Ванятки. Приятель натрескался браги и заявил, что я такой экземпляр, которого апостол Петр побоялся пустить в рай, а Люцифер в ад, потому что я там все порушу. "При жизни-то она была очень не спокойной". Марфа напилась в хлам, забыла, что я ожила, и решила пойти на кладбище попрощаться с моей могилкой. Когда она обнаружила вместо свежего холмика яму, то подняла дикий крик, что меня вместе с гробом утащили. Вся невменяемая толпа бросилась искать мое бренное тело. Над преступником решили учинить жестокую расправу. Так бы они и носились до самого утра, если не проспавшийся к этому времени Виль. Вампир не сразу понял происходящее и только через пару часов объяснил всем, что закапывать меня не стали, а оставили остывать в собственной комнате.

К рассвету все заснули, счастливые и довольные, напрочь забыв с чего, собственно, начиналось веселье.

Уже через пару дней я могла гулять по саду, радуя своим полуживым видом окружающих. Хозяйский пес Тризорка принимал меня за призрак хозяйского огорода и подходить боялся. Лошади в моем присутствии начинали стричь ушами и тревожно ржать. В голову приходила идея: может, я действительно умерла и теперь хожу живым трупом по земле фатийской?

Властитель зачастил. Он садился напротив, смотрел долгим задумчивым взглядом и не говорил ни слова, так что цель его визита я понимала смутно.

Все началось позже. Я преспокойно почивала, когда услышала странный скрип, подняла голову и едва не уткнулась носом в толстую подошву сапога. От неожиданности я заорала и вскочила с кровати. В этот момент из окна появилась филейная часть и спина Властителя. Моему изумлению не было предела.

– Фатиа, ты перепутал окна, - произнесла я, - твои не здесь.

Фигура застыла и так же медленно и аккуратно начала переползать обратно.

– Ты куда собрался?
– крикнула я и дернула его за ноги.

Арвиль, не ожидающий таких действий, мешком рухнул на кровать, сильно ударившись о подоконник. Потом с виноватым видом опустил ноги и заискивающе посмотрел мне в глаза. Таким я его видела в первый раз.

– Чего тебе надо?
– потребовала я ответа.

Фатиа хлопнул ресницами и молчал. Потом повернулся спиной, бросил на меня еще один умоляющий взгляд и полез обратно в окно.

– Ты куда?
– возмутилась я, хватая его за куртку.

Он сел обратно.

– Ты что-то хотел сказать?
– не отставала я, и удивляясь, и раздражаясь одновременно.

Тот яростно замотал головой. Я всплеснула руками.

– Ты что пьяный? У тебя что-то случилось?

Арвиль молчал.

– Ну, скажи хоть что-нибудь!
– буркнула я, присаживаясь рядом на сильно перепачканную простынь.

Властитель прочистил горло и выдохнул скрипучим голосом:

– Да, рядом проходил. Дай, думаю, зайду поздороваться!

– А тебе не говорили, что в гости заходят через дверь?
– любезно поинтересовалась я.

– А я как зашел?
– изумился он.

Мы надолго замолчали. Сидели рядом, тяжело вздыхали. Я мечтала проспать остаток ночи в тишине и гордом одиночестве. Властитель изредка шмыгал носом.

– Погода хорошая, - отозвался он, когда пауза уже стала неприличной.

– Да, - тем же тоном отвечала я, - завтра тоже обещали солнце.

– А вчера было прохладно...

Я кивнула. Тема про погоду как-то быстро исчерпала себя.

– Ну, я пойду?
– спросил он.

– Иди, - отозвалась я, чувствуя дикую радость оттого, что сейчас завалюсь на кровать.

Фатиа полез обратно в окно. Через минуту в черном проеме исчез его сапог. Под окном заголосила кошка, наверное, он наступил на несчастную.

* * *

После того, как Марфа появилась в Долине, жить стало веселее и спокойнее. Сначала она долго не могла поверить, что здесь никто никого не ест и что данийцы цивилизованнее многих людей, и на всяких случай ходила по улицам, ежеминутно оборачиваясь. Еще ее поразил мой краткий отчет о свершившихся событиях.

– Надо же, - тянула Марфа, - вот бы не подумала, что Сергий - такая змеюка подколодная. Я ведь ему тебя, доченька, доверила, а он вон как!

Она вздыхала и утирала слезы углом платка. В Ванятку тетка влюбилась с первого взгляда. По ее понятиям он страдал такой стадией дистрофии, на которой уже ни живут, и ее можно вылечить только специальной диетой. Марфа готовила еду пять раз в день и едва ли не насильно заставляла лопать объевшегося еще с завтрака адепта. Тот начал круглеть на глазах, чем радовал ее неимоверно.

Властитель произвел на Лукиничну неизгладимое впечатление. Она долго молчала, а потом глубокомысленно произнесла: