Чтение онлайн

Очередная атака Ланселота оказалась не просто мощной, но одновременно хитрой и сокрушительной. Обманный взмах слева и удар всем корпусом с другой стороны — невозможно увернуться, лишь поставить блок и надеяться на лучшее.

Наши клинки сошлись с глухим лязгом, и я ощутил лишь небольшую инерцию, без труда отбрасывая меч противника в сторону.

— Ты… не лжёшь, — мрачно констатировал Ланселот. — Проклятый колдун… пошёл на святотатство! Осквернение всех устоев! Клянусь честью, я возьмусь за него сразу, как расправлюсь с тобой — и на сей раз его никто не соберёт по кускам!

Первый из рыцарей упускал из виду факт, что «святотатство» должны были одобрить те самые духи предков. Или не упускал, а намеренно игнорировал, убедил себя, что всему виной «чёрное колдовство» Мерлина. Я знал таких людей и раньше — ослеплённых иллюзией своей правоты, не способных признать даже малейшую ошибку. Все события трактовались ими исключительно в одном ключе, который не должен был никоим образом пошатнуть их авторитет. В случае Ланселота играло роль и проклятье нежити, пагубно влияющее на рациональность его мышления.

А следовательно — и на боевые навыки.

Одна ошибка — и мой клинок с силой ударил в щель между латами на его левом плече, отрывая одну из пластин.

Вторая ошибка — и он подпустил меня достаточно близко, чтобы я впился волчьими зубами в открытый участок, добравшись до плоти сквозь ткань поддоспешника. Ланселот оказался совершенно отвратительным на вкус, а кровь ему заменяла невнятная субстанция. Заорав от отвращения, первый рыцарь отбросил меня назад, но было поздно.

Третья ошибка — он решил взлететь в очередной раз, да только я знал наперёд, когда это произойдёт. Теперь мы оба взмыли в воздух, сцепившись намертво, оставив оружие на площади далеко внизу. Вокруг была лишь белёсая пелена, и мы неслись сквозь неё, обмениваясь короткими ударами. Шкура «Зверя» держала латные кулаки, а когда этот гад попытался достать кинжал, я рванул его шлем с такой силой, что держащие его ремешки лопнули с жалобным звуком.

Под шлемом… не оказалось ничего.

Ни головы, ни тела, как у безголовых латников — я летел сквозь пространство, сжимая медвежьей хваткой совершенно пустые доспехи, у которых как раз погасли сияющие крылья. Теперь мы летели вниз, и то, что только что было могучим рыцарем, не подавало признаков жизни. «Печать Пожирателя» тоже не находила Ланселота нигде поблизости — неужто одна из моих пуль оказалась замедленного действия и испепелила его только сейчас? Или же первый из рыцарей тоже заготовил отходной манёвр и телепортировался подальше прямо из своих доспехов?

Безусловно, это была победа, пусть и предельно странная. Но я возьму то, что дают… После того, как пойму, где же придётся приземляться.

Пустошь. Выжженная земля от горизонта до горизонта, ласково принявшая моё приземление и подарившая в ответ пару клубов мелкой серой пыли. Не считая валяющихся неподалёку пустых доспехов Ланселота, я был здесь совершенно один и какое-то время просто стоял на месте, равнодушно вдыхая неподвижный горячий воздух. Сила «Зверя» потихоньку уходила вглубь, на долгую дрёму, «Метаморф» возвращал мне человеческие черты. Не считая странного окончания боя — всё как положено.

Да, не самое приятное местечко, не курорт. Хотя если сравнить обстановку с бесконечной горячкой последних дней, далеко не худшее. Никто от меня ничего не требует, никто не пытается убить. Вряд ли долгое нахождение здесь полезно для здоровья, но ничего — пока что жить можно. Где там у нас Камелот?..

Направление можно было бы легко вычислить с помощью дальнего зова, но я вдруг понял, что даже это не требуется. Просто стоило повернуться на сорок градусов, чтобы понять: столица Авалона — там. Рыцарское чутьё? Потрясающе. Какие ещё сюрпризы преподнесёт мне мой новый титул?

Пару секунд я размышлял, не стоит ли захватить с собой доспехи Ланселота в качестве трофея, но передумал. Мордред ни за что не станет их носить, даже несмотря на износ собственных. Не тащить же их в Полночь, чтобы любоваться доказательством победы? С тем же успехом можно было прибить великанский шлем к стене на манер оленьей головы. Нет. Им здесь самое место.

Развлечений по пути было не слишком много, и я тщательно прислушивался к себе, во второй раз после акколады. Новая сила почти никак себя не проявляла, не ощущалась как нечто обособленное. Скорее она равномерно подпитывала все мои способности, не требуя ничего взамен. Ланселот был невероятно силён, и раньше после такого боя я бы потратил на восстановление минимум несколько часов. Сейчас, после приземления посреди пустоши умирающего мира, я чувствовал себя как огурчик, готовым сражаться хоть с ещё одним Ланселотом, хоть с Князем в Жёлтом, хоть с лордом Конрадом.

Неудивительно, что рыцари Авалона долгое время считались непобедимыми.

— Выбирали только мальчиков, родившихся в особых семьях, — раздался знакомый голос откуда-то по правую руку. — Мальчиков, уже несущих в себе… определённые способности. Затем, пока те ходили в оруженосцах, над ними проводились ритуалы, подготавливающие организм к акколаде. Великая честь и невероятная сила — но вся последующая жизнь рыцаря фактически ему не принадлежала.

— Только мальчиков? Девочки генами не вышли?

Мерлин, шагающий по выжженной земле с такой лёгкостью, словно это была утоптанная мягкая почва, понимающе усмехнулся.

— Воинские традиции, уходящие в седое прошлое. В те времена, когда лишь мужчины владели мечами, а женщины — магией. Замечу, исключения случались, и в истории появлялись леди-рыцари.

— А рыцари — хозяева вечных замков?

— Тут ты стал первым.

Какое-то время мы топали молча, наслаждаясь сухим горячим воздухом и мелкой пылью, стремящейся забраться в каждую складку одежды. Чем дольше идёшь, тем насыщенней ощущения… Мерлин явно сюда телепортировался, но не торопился забирать нас назад — следовательно, хотел поговорить наедине.

— Да, случай беспрецедентный, — невозмутимо продолжал маг несколько минут спустя. — Большая удача, что всё сложилось как надо. Организм хозяина вечного замка достаточно вынослив, чтобы выдержать посвящение, но многое зависело от одобрения с обратной стороны.

— Духов предков?

— В каком-то смысле их можно назвать и так. Хотя они не духи в прямом смысле, скорее сосредоточения силы и славы прошлого Авалона. Впитавшие в себя качества и память императоров, рыцарей, магов, а также других выдающихся личностей.

У меня перед глазами вновь пронеслись красивые, пусть и слегка смазанные лица, застывшие от удивления.

— Они немного… сомневались, увидев меня.

— У Авалона и Полуночи отношения никогда не складывались. И всё-таки, я отправил им весьма подходящий рыцарский материал, да ещё и в статусе официального союзника.

«Подходящий рыцарский материал». Великолепно. Таких комплиментов мне по жизни ещё не отпускали. Хотя в этой истории оставалось множество моментов для уточнения.

— Так что теперь, я начну расти, пока не достигну размера Мордреда и остальных?