Чтение онлайн

Но, прежде чем разрозненные жестокие мысли оформились в полноценный план, сквозь меня прокатилась волна ледяного ужаса. Ужаса, рождённого не в моей голове, а пришедшего откуда-то извне. Понадобилась полноценная секунда, чтобы я осознал — боялась башня Вечности, и не преминула мне об этом сообщить. Причина столь сильного страха осталась неясна, но натиск чужих эмоций заставил протрезветь и прикинуть варианты.

Во-первых, подобная атака могла нахрен нарушить пространственно-временной континуум и создать парадокс неописуемых масштабов. Предположим, лорд Бертрам уже успел оставить потомков, и прикончив его я не сотру себя из реальности. Но даже при таком раскладе парадокс убитого дедушки способен дать сдачи уже в моём времени и доставить миллион проблем.

Во-вторых, я могу провести успешную атаку и даже убить Бертрама, но к чему это приведёт дальше? В моём арсенале не было средств для окончательного уничтожения хозяев вечных замков, так что его попросту воскресит Полночь.

В-третьих — даже с новообретённым могуществом и солидным опытом сражений — хватит ли мне сил на самом деле?

Словно в ответ на цепочку рассуждений, лорд Бертрам фон Харген вдруг остановился и слегка нахмурился, так, что его улыбка стала слегка недоумённой. А следом на этаже вдруг погас свет, погружая зал в кромешный мрак.

— Удивительное дело, — раздался голос лорда Бертрама, идущий из ниоткуда и отовсюду одновременно. — Я знаю, что в библиотеку проник посторонний, проник и не вышел. Ты не обычный мародёр, правда? Не наёмный убийца — иначе бы атаковал в первые десять секунд, пока я делал вид, что иду без защиты. Мои сигнальные заклятья сработали, но как-то странно, а я не могу тебя обнаружить, даже находясь в одном пространстве. Кто ты такой?

Мой далёкий предок говорил своим обычным тоном, спокойно и даже дружелюбно, но я слышал тончайшую нотку раздражения за этим фасадом. Глаза постепенно привыкали к колдовскому мраку, и я увидел, как книжные ряды многократно удлинились ввысь и вдаль, заворачивая под безумными углами. Полки отрастили нечто среднее между ветвями и хватающими конечностями, у книг появились глаза и зубы, даже более мерзкие, чем у «книжных» мимиков. Волей лорда Бертрама зал библиотеки обратился в чёрный лабиринт, до краёв наполненный его злой волей. Создатель же этого лабиринта ползал где-то сверху, перебираясь с одного ряда на другой на чрезмерно длинных паучьих лапах. Те были сотканы из мрака столь густого, что он стекал вниз, оставляя на полу жирные следы. Всё в этом месте работало на него, идеальная ловушка для незадачливого вора.

И при всём этом — он не мог меня обнаружить.

— Кто ты? — повторил Бертрам более настойчиво. — Покажись, откликнись! Хочешь, я дам клятву, что не причиню тебе вреда? Хочешь, награжу за смелость? Тебе всё равно не выбраться без моей помощи!

Башня Вечности вновь послала мне предупреждение, но это было необязательно — я и так понимал, что почти каждое слово моего предка являлось ложью. Разумеется, он не собирался давать никаких клятв, а даже если бы и дал — ему уже случалось их нарушать. Никакой награды меня тоже не ждало, если не считать мучительной смерти пополам с разрастающимся временным парадоксом. А что до последнего пункта…

Лабиринт вокруг казался настоящим адом, но по сути своей он всего лишь относился к продвинутым иллюзиям. Я проходил через подобное в замке Морганы, и теперь спокойней относился к внезапному искажению местности. Закрыв глаза, я коснулся дальнего зова, и тем самым вышел на более плотный контакт с башней, существующей одновременно во всех временах. Перед моим внутренним взором протянулась сияющая линия, ведущая по истинному, не иллюзорному этажу к выходу из зала. Всё, что от меня требовалось — пройти по ней, не обращая внимания на спецэффекты и лживые увещевания. Желательно ещё не наступать на колдовские ловушки, но прочерченный башней маршрут, кажется, учитывал эту проблему.

Вперёд, пока меня попросту не нашли на ощупь.

От дальнего шкафа на третьем ярусе до спуска в подвал пролегало не такое уж большое расстояние — метров пятнадцать до центральной винтовой лестницы, два пролёта вниз и ещё немного до выхода. Но эта «стелс-миссия» заставила меня знатно попетлять, чтобы избежать всё новых сюрпризов по дороге. Бертрам обнаружил, что я сдвинулся с места — поскольку за мою невидимость отвечала усиленная «Вуаль», а за неслышимость всего лишь артефактный плащ. Он сбросил напускное дружелюбие и откровенно злился, раскидывая по всему пространству заклятия на замедление, удержание, удушение, гниение заживо. Об эффектах мне сообщал «Взгляд библиотекаря», который я сразу включал, когда открывал глаза.

При этом колдун вынужден был сдерживаться от наиболее убийственных средств в своём арсенале — иначе бы пострадали бесценные книги. Но с каждой секундой его злость нарастала, переходила в чистое бешенство, и он постепенно забывал об осторожности. К тому моменту, как я спустился на первый ярус, пол вокруг меня почти целиком обратился в ядовитую трясину, и это был отнюдь не иллюзорный эффект.

Я ускорился, прыгая по уменьшающимся островкам каменных плит — и затормозил только возле самого выхода, перечёркнутого сочащейся тьмой паучьей сетью. «Взгляд библиотекаря» взялся было перечислять эффекты, которыми могло меня наградить это заклятие, но быстро сдался. По сравнению с паутиной лорда Бертрама проклятье, выворачивающее цель наизнанку, казалось сущим ребячеством. Спасёт ли меня оберег Альхирета в этот раз? До чего же не хотелось проверять!

— Некуда бежать, — пробулькало то, что недавно носило моё лицо. — Негде прятаться. Ты попался, вор. Тебе надо было показаться, пока я был добрым.

И тут лорд Бертрам фон Харген, испепеляющий и безжалостный, покоритель сорока империй, ненасытный зверь, пожирающий миры, совершил ошибку. Взбешённый до предела погоней за незримой целью, потративший тонны магической энергии впустую, он упал на меня сверху, собираясь лично схватить неуловимого «вора». Насладиться наконец ужасом пойманной добычи. Он выглядел как настоящее чудовище, приняв форму теневого паукотавра, и мог бы расправиться с любым нарушителем.

С любым — исключая меня.

Физическая мощь и сопротивление магии не числились в первых достоинствах моего предка, зато их с лихвой хватало у последнего из его потомков. Одним движением я протянул руку и поймал прыгнувшего на меня Бертрама за горло, сдавив так, что готовое заклятье застряло у него в глотке. А следом, позволив инерции сделать своё дело, я отправил его лететь дальше, в объятья чёрной паутины и темноту подвала за ней. Его, Бертрама, версии подвала, существующей лишь в его время.

А я спокойно шагнул в освободившийся проход в свою версию, пока зал за моей спиной рассыпался в прах небытия.

— Вынужден заметить, что вы исключительно рисковали, лорд Виктор, и не могу этого одобрить. Я не имел сомнительного удовольствия застать правление лорда Бертрама, поскольку уже тогда стал безмолвной тенью. Но мне удалось навести справки у госпожи Кулины и госпожи Лаахизы, и то, что они поведали…

Пожалуй, я никогда не слышал, чтобы Арчибальд был так взволнован — он буквально меня отчитывал, пусть и в своей неизменно вежливой манере! В целом, возразить ему было нечего — как и Кас ранее, которая нашла для меня несколько совершенно ледяных эпитетов. Сложись любая мелочь иначе, и мой побег из библиотечного зала мог бы превратиться в побоище между двумя фон Харгенами с неизвестным исходом. Воскресила бы Полночь лорда Виктора, погибни он не где-то, а в прошлом примерно тысячу лет назад? Какая версия Полуночи взялась бы за эту нелёгкую работу?