Калужница
Шрифт:
– Конечно, я и забыла, - вернулась к преувеличенному равнодушию Виктория, - наставила моему брату рогов и рада. Возмездия не боишься, невинная ты наша?
– Пошлешь на меня русалок? – спросила Ульяна напрямую.
Виктория себя ничем не выдала и в лице не поменялась.
– Много чести для тебя. Это и без меня есть, кому сделать.
Гордо закинув голову, Виктория развернулась, но тут же наткнулась на неожиданно возникшего Гену. Он посмотрел на сестру каким-то не добрым взглядом.
– Ты видел, она даже и не скрывает, что тебе изменяла и продолжает изменять? – обратилась Виктория к брату, указывая на Ульяну и Артема.
Гена мимолетом удостоил их своего внимания, а затем полностью переключился на сестру.
– Узнаешь это? – строго поинтересовался он, вынув из кармана заколку для волос с мелкими камнями.
– Ну, да, - сбавила пыл Виктория, покосившись на заколку. – Это моя заколка. Я ее потеряла. Ты где нашел?
Виктория хотела выхватить заколку, но Гена отодвинул руку.
– Нашел там, где ты ее потеряла! – раздраженно ответил он. – Как и браслет. И другие свои вещи!
Гена едва сдерживал нарастающий гнев. Виктория с каждым его словом становилась все тише и все беспокойнее.
– Послушай, - неуверенно протянула девушка.
– Что? – рявкнул Гена, что прохожие обернулись. – Очередную твою ложь о том, что Ульяна мне изменяет? Или может быть о том, как ты послала к ней русалок? А? Ты это хочешь рассказать?! Подкупила их безделушками и строишь из себя невинную овечку!
– Гена, я… - едва слышно прошептала Виктория, покраснев от пристальных взглядов окружавших их на площади людей.
Одной рукой Гена схватил ее за плечо и гневно сжал пальцы в кулак другой рукой, замахнувшись. Виктория не в силах отойти от озлобленного брата, в страхе зажмурилась. Глаза Гены пылали адским пламенем.
– Не будь ты моей сестрой, я бы тебя по асфальту размазал! – крикнул он.
Он резко высвободил Викторию.
– Пошла вон! – прорычал он, силой всучив заколку сестре.
– Гена… - Едва не плача посмотрела на него Виктория.
– Уйди с глаз моих! – снова выкрикнул он. – Убирайся, я сказал!
Виктория вздрогнула и без возражений удалилась подальше от взбешенного брата.
Гена перевел дыхание, но оглянувшись по сторонам, его лицо вновь нахмурилось.
– Нравится концерт? – крикнул он любопытствующей толпе.
– Чего уставились?
Народ поспешил рассосаться. Того и гляди, и им достанется. Рисковать никто не собирался. Главное они уже увидели, остальное соберут по крупицам из мелких рассказов.
Гена направился в сторону Артема и Ульяны. Она бросилась навстречу, преграждая ему путь. В этот момент тревожно стало даже самому Артему, хотя он прекрасно знал, ни он, ни Ульяна не виноваты.
– Гена! Гена! Успокойся! – встала между ними Ульяна, но вряд ли бы остановила рослого парня своим небольшим ростом и тоненькой фигурой.
– Прости меня, - остановился он, расслабив плечи.
Ульяна замерла от неожиданности. Артем услышал, как за спиной с облегчением выдохнул Влад.
– Я ведь действительно ей верил! – сказал Гена. – Даже и не подумал сомневаться. Очевидно, твои вчерашние слова раскрыли мне глаза. Я последовал твоему совету и во всем убедился. Пошел к русалкам и оказалось она кучу барахла им надарила, чтобы они как следует тебя припугнули. Я одного не понимаю, почему ты мне ни разу ничего не рассказывала? Ты терпела от нее обвинения. От меня ревность. Бог его знает, кто еще посмел над тобой издеваться! И ты всегда молчала? Ульяна, почему?
– Она твоя сестра, - ответила Ульяна тоненьким голосом от переживаний. – Я не могла с тобой так поступить. Я не хотела, чтобы ты выбирал между мной и своей сестрой.
– Хорошо, а остальные?
– Какая разница, ведь я знала правду. И ты все равно был рядом, - голос Ульяны дрогнул. – Поэтому я и люблю тебя.
– Мы можем считать, что во всем разобрались? – спросил он. – И забыть, что ты хотела со мной расстаться?
– Гена, - всхлипнула Ульяна и прижалась к нему в объятиях.
Оставшиеся на площади люди в умилении улыбнулись. Артем поддержать их не смог. Он был рад за счастье Ульяны, но его сердце отзывалось колющей болью и разрывающей грудь пустотой, из-за чего он едва дышал. Казалось, что вот-вот на небе сгустятся тучи и покроют землю черным мраком. Представились миражи острых пылинок вонзающихся в плоть безжалостным холодным ветром, и леденящие кровь молнии, пронзающие землю в миллиметрах от тела. Но присмотревшись внимательнее, Артем видел безоблачное ясное небо, неподвижно стоявшие деревья в безветрие, выложенный асфальт под ногами и мягкую траву в окружении площадки.
Ульяна и Гена подошли ближе. Гена обнимал девушку за талию и мягко прижимал к себе. Ульяна же обхватила его со спины, но на Артема всматривалась робко и нежно. Артем натянул на лицо улыбку, но истинного счастья в себе не нашел.
– Спасибо, что хоть ты не побоялся рассказать правду о Вике, - поблагодарил Гена, - и показал записку.
Ульяна, впервые услышав об этом, удивленно посмотрела на Артема.
– Да я ничего не сделал, вы все сами, - отозвался Артем.
Ульяна опустила взгляд, так и не осмелившись что-то сказать.
Вскоре Гена и Ульяна развернулись и медленно пошли по дорожке. Напоследок Ульяна обернулась. На мгновение. В ее глазах наряду с прочими чувствами, Артем разглядел некую печаль. Но ему хотелось в это верить, в ней всегда была какая-то необъяснимая тайна, притягательная черта, которой сейчас он попытался дать описание.
– Да уж, благородства тебе не занимать, - протянул задумчиво Влад, ободряюще потеребив Артема по плечу. – Молодец, ты все сделал.
О том, что он показал записку Гене и рассказал ему все правду, что успел узнать, Артем поделился с Владом еще накануне вечером. Брат не осуждал, и казалось, знал больше, чем Артем понимал. Но и четкой хвальбы от Влада не было. Все было каким-то неопределенным.
Артем так и не поделился с братом, что чувствует к Ульяне. Он поступал правильно, как поступил бы любой друг, которым, он надеялся, и был для девушки. У нее была своя жизнь, свои желания, чувства, любовь. И как-то раз разгневавшись, она сказала ему то, в чем оказалась права: он безвозвратно уедет в город и их пути разойдутся, словно в море корабли. Они были совершенно разные: он – городской житель, жаждущий больших знаний, безбашенных приключений, новых открытий и обреченный на долю одиночества; она – еще совсем юная, романтичная и спокойная, живущая в умеренном ритме заданным природой. Все свои теплые чувства к Ульяне Артем объяснял только тем, что она не считала его сумасшедшим. Потому что, как и любой другой житель села, жила в окружении русалок и считала их чем-то нормальным, в отличие от горожан. Она жаждала рассказать о нормальности ему, и Артему это прельщало. Это все, что связывало их до проводов русалок.