Чтение онлайн

– Я вообще-то не понял, что там можно обдумывать, если об этом ночном враге толком ничего не известно - ни как он выглядит, ни где живёт...

– Неважно, - оборвала меня Эллен.
– На самом деле я и не рассчитываю быстро его отыскать. Но необходимо показать Чаке, что его племя теперь под надёжной защитой, что он не прогадал, подчинившись Фасимбе.

Значит, всё-таки подчинившись. А разве могло быть иначе? Фасимба с помощью Эллен наверняка извлёк максимум выгоды из несчастья соседа.

– А мы-то не прогадали? У Чаки были Священные слова?

– А как же! Хочешь послушать?

– Не то чтобы сгораю от нетерпения, но ты же сама признала, что

любознательность - моё самое уязвимое место.

– Я сказала: любопытство, Грэм, - поправила меня Эллен.
– Но как бы то ни было, ты заслужил маленький подарок. Внимай. И трепещи.

Она достала пьезоблокнот из кармана комбинезона... Вот это уже никуда не годится - я даже не обратил внимание на то, что у неё сегодня другой костюм. Наверное, всё-таки сильно устал, продираясь сквозь джунгли. Да и над двигателем катера я вчера бился до победного конца, то есть, до глубокой ночи. Благо, в машинном отсеке не чувствуешь разницы, вечер сейчас снаружи или утро - факел всегда светит одинаково. Вот уж поистине ты вернулся в тёмные века, капитан Брингдаун...

А Эллен тем временем начала читать, изо всех сил стараясь сохранять серьёзное выражение лица. Должен признать, что моё лицо ей в этом мало помогало.

"Со всего мира в дом Синса-Пи приходили бездельники и мудрецы, чтобы посмотреть на эту полосу. Полосу Раса. Сала не спеша посмотрел на полосу, идущую по полу справа от него, и подумал, что она не подходит к устройству дома. Она как бы разрезала главное место и была похожа на безобразный шрам, уродующий красивое лицо. Полоса разделяла стол, весь дом и заканчивалась в углу, рядом с нижним краем вещи, которую Сала не ожидал здесь. Большого старого каменного столба. Здесь блестящая полоса поворачивала, проходила по столбу, поднималась высоко к его вершине и там, наконец, пропадала. Полоса Раса, подумал Сала. Братья спрятали главный камень у полосы Раса"

Внезапно мне расхотелось смеяться. Я подумал о том, что из-за бессмысленных, непонятно кому и зачем понадобившихся слов только по счастливой случайности не погибли десятки людей. Да и счастливого в этой случайности не много, потому что люди всё равно погибли, хотя и в меньшем количестве. Сколько ещё последует за ними, пока мы с Эллен не соберём все фрагменты книги? А когда весь этот абсурд закончится, мне вернут мой корабль. Но стоит ли "Медея" стольких жизней? Ответа у меня не было.

А бессмыслица всё не заканчивалась.

"На хлобе полосу Раса называли также длинной дорогой - это была дорога, проходящая от ночи к полудню. И полос Раса было очень много, потому что из любого места хлобы можно нарисовать длинную дорогу от ночи к полудню. Старейшины спорили, какую из них нужно называть полосой Раса, иначе говоря, никакой дорогой, чтобы от неё проводить другие дороги. Сейчас никакая дорога находится в Лонде и Ринви. Но так было не всегда. До того, как взяли никакую дорогу в Ринви, она проходила через Аришу, точно через дом Синса-Пи. И жёлтая полоса на полу напоминала, что давно здесь проходила главная дорога. И хотя Ринви давно отобрал славу у Ариши, самая первая полоса Раса сохранилась. Значит, сказка не врёт, сказал учитель Сале. Правду говорят, что главный камень лежит под полосой Раса. Не поднимаясь с колен, Сала посмотрел на дом, послушал. Он подумал, что наверху что-то шумит. Посмотрел туда ещё раз. Никого. Я один. Он поднялся и стоя лицом к важному месту сделал три святых знака. Потом повернул налево и пошёл рядом с полосой к столбу".

М-да, всё это очень забавно, но у нас, похоже, совсем другая картина. С дальнего конца деревни послышались испуганные крики, и не один, а с десяток вооружённых мужчин, не пошли, а галопом помчались в нашем направлении. Они тоже на бегу пытались что-то сообщить. И, в конце концов, в их беспорядочных воплях мне удалось различить два слова: "ночной враг".

Паника - вещь заразительная, и мы с Эллен тоже начали тревожно озираться по сторонам. Никакого врага поблизости не наблюдалось. Зато неизвестно откуда появился Фасимба с адъютантами. И тут же принялся восстанавливать порядок. При звуках его не очень-то мощного, но властного голоса воины тут же успокоились настолько, что один из них сумел внятно объяснить, с чего вдруг поднялся такой переполох. И выяснилось, что дело тут вовсе не в разыгравшемся воображении перепуганных соплеменников Чаки. Тревога не была ложной. На окраине деревни действительно видели следы ночного врага. Очень чёткие, недавние следы.

Фасимба задал несколько уточняющих вопросов и уже открыл рот, чтобы отдать приказание, когда докладчик его опередил. Он заорал так, будто бы враг только что подкрался к нему сзади и укусил в самое беззащитное место. Фасимба раздражённо обернулся к паникёру, но тот продолжал напрягать голосовые связки, скосив глаза куда-то себе под ноги.

– След!
– надрывался он.
– След врага! Здесь!

– Да где же, олух царя небесного?!
– не выдержала Эллен.
– Пальцем покажи!

Туземец отчаянно затряс головой, предпочитая, видимо, быструю и лёгкую смерть от руки дочери Неба неизвестной опасности. И только когда Фасимба повторил приказ, он зажмурил глаза, быстро наклонился и прикоснулся рукой к какой-то выемке в земле. В этой ямке без труда угадывался отпечаток ботинка. Моего ботинка, разумеется. Откуда здесь другие?

Вероятно, не только меня осенила эта гениальная мысль. Фасимба с некоторой опаской подошёл ко мне и, глядя снизу вверх, прошуршал севшим от волнения голосом:

– Наступи ногой. Сюда.

Я выполнил указание, потом шагнул в сторону и по нависшей над поляной тишине сразу догадался о результате. А если бы и не понял, плотное кольцо направленных на меня кос объясняло ситуацию красноречивей любых слов. Туземцы поймали ночного врага даже раньше, чем планировала Эллен.

Однако она не пожелала упускать инициативу из своих рук и властным тоном, не позволявшим усомниться, кто теперь на самом деле командует племенем, распорядилась:

– Свяжите ему руки!

Внутренне я всегда был готов к её предательству, но чтобы вот так запросто отдать меня в лапы дикарей. Нет, такого я не ожидал.

– Эллен, да ты в своём уме? Ты что, веришь, будто бы я всё это время...

– Молчи и не сопротивляйся!
– рявкнула она не меня, как на настоящего слугу.
– Пока ты на свободе, они вообще не захотят слушать моих объяснений.
– И увидев, что окрик не возымел действия, трагически возвела глаза к небу.
– Грэм, старый упрямец, когда ты, наконец, научишься доверять мне?!

"Когда ты научишься не подставлять меня", - хотел ответить я, но не успел. Самый храбрый из туземцев внезапно толкнул меня в спину. Я сделал вынужденный шаг вперёд, и не опусти туземцы вовремя свои косы, трудно сказать, чем бы всё это закончилось. А так у меня оставался шанс удержаться на ногах, если бы расторопные дикари не помогли мне упасть. А выкручивать руки за спину, как выяснилось, прекрасно умеют и на отсталых планетах.

Следует признать, что недоразумение разрешилось достаточно быстро. На этот раз мне не пришлось провести ночь в гордом одиночестве, со связанными руками и кляпом во рту. Я даже не успел толком поразмышлять над справедливостью древнего изречения "история повторяется дважды". Зато классическая поза мыслителя - руки за спиной - навеяла мне некоторые другие соображения. Правда, если строго следовать канонам, мне при этом полагалось бы ещё и прогуливаться. Но ничего, я и так, уткнувшись лицом в землю, справился с задачей.

Для начала пришлось допустить, что передо мной не разыгрывали комедию в постановке Эллен, Фасимбы или другого специально приглашённого режиссёра. Туземцы действительно напуганы убийствами, они на самом деле видели таинственные следы в деревне Чаки, и эти следы в точности совпадают с отпечатком моего ботинка. Вряд ли даже примитивные дикари перепутают ботинок, например, с копытом животного. Пожалуй, как раз у них, привыкших читать лесные следы, как цивилизованный человек - увлекательную книгу, меньше всего шансов на подобную ошибку. Не говоря уже о том, что копытных млекопитающих на Кассилии не существует.