Чтение онлайн

— А кто еще называет?

— У Валеры змея Артемида. У тебя кот Ахиллес.

— Мау. — Ахиллу и правда плевать на то, кто есть кто в мифологии, он хочет, как зомбированный, сметаны.

Присаживаюсь на корточки и накладываю ему в миску сметанки.

— Есть какая-то история, почему Ахиллес или просто так?

— Я когда выбирала котенка, мне этот сразу понравился внешне, но он где-то умудрился подвернуть заднюю лапу и хромал. Я его выходила, массажи делала, лапка прошла, сейчас и не видно уже, что когда-то он хромал.

— То есть ты покупала кота с травмой? А если бы он хромал постоянно?

— Да какая разница. Пусть он даже сейчас полиняет и станет лысым. Я все равно буду его любить. Это же как с человеком. Люди выходят замуж и женятся на молодых, а через пятьдесят лет, все уже старички. Но настоящая любовь ведь никуда не пропадает. — Смотрю ему в глаза. — Без разницы, морщины у тебя, голова седая или ты хромаешь после травмы.

Юра невольно расправляет плечи и тянет шею. Что-то у него там с ней не так. К врачу, конечно, сходить времени нет. Надо Валеру попросить самому его проверить.

Поддерживать тему чувств и любви, он не планирует. Молча ест вареники.

Я накладываю коту еще сметаны, убираю посуду. Делаю столько “нужной” работы, лишь бы не сидеть за одним столом.

На звонок в домофон почему-то не спешу открыть дверь, а смотрю на Юру.

— Ого, двадцать минут, быстро. А говорил, что не успеет. Открывай, только спроси, кто там?

— Да, сэр.

На этот раз — настоящий мастер. Я отхожу в сторону, с ним разговаривает Юра. Проверяет какие-то документы, что-то себе записывает в ежедневник, пока спасатель моего белья укрощает нерадивую стиралку. Я покорно не вмешиваюсь.

— Это не все документы, — пролистывает Юра.

— Я не успел заехать за полным комплектом в офис, — оправдывается мастер и продолжает чинить.

— Тогда привезете завтра в прокуратуру.

Того аж передергивает. На меня смотрит. А я что?! Мне самой говорить нельзя. Условия сделки.

— Может, я вышлю на почту?

— Вам есть, что скрывать?

— Нет, — быстро, но не очень уверенно отвечает мастер.

— Тогда в прокуратуру.

Мастер вздыхает, но не спорит. Проводит какие-то манипуляции, от чего машинка начинает отжимать белье и через четыре минуты заканчивает стирку.

— Поломку устранил, случай гарантийный, платить ничего не надо, только дайте документ, я отметку сделаю.

Мастер заканчивает с бумагами и скорее оставляет нас.

— С тобой мы все обсудили, я тоже пойду уже, спасибо за ужин, было вкусно. — Кратко. Быстро. По делу.

— Да, на здоровье.

Наблюдаю украдкой, как он обувается не спеша. Завязывает шнурки, одергивает рукава, пряча руки под рубашкой. Я не хочу думать о том, что он мне нравится. У нас с ним дорожки-то разные. Причем, если у него на воле, то у меня в тюрьме. И, даже если там окажусь не я, а отец, для меня это равносильно.

— Спасибо, что помог со стиралкой, — усмехаюсь и подаю пальто. Невольно втягивая запах. Но чтобы его не почувствовать вообще дышать не надо. Он везде. — А то лежало бы мое белье и дальше там.

— Я ничего не сделал. Это все мастер.

— Не будешь его наказывать?

— Если с документами все в порядке, то нет. — Поправляет воротник. — Так что, наша сделка в силе? — ловит мой взгляд.

— Это не противозаконно?

Хочется посмотреть на реакцию и расширить зону влияния.

— Нет.

— Хорошо, я согласна. Но у меня будет ответное условие.

— Говори, — потирает ладони.

— Ты улыбаешься, хотя бы иногда. А то я себя с тобой чувствую, как на допросе у прокурора.

Прищуривается и уголки губ дергаются-таки в улыбке.

— Хорошо, тогда надо закрепить соглашение. — В глаза смотрит, ждет моей реакции.

— Только не говори, что договор будем подписывать.

Юра протягивает мне ладонь для рукопожатия. Облизывает губы и приподнимает одну бровь. Сделку с прокурором можно приравнять к сделке с Дьяволом. Что там прокурята задумали?..

Вкладываю свою ладонь в его и сжимаю. Наши ладошки как атомный реактор раскаляются и по цепной реакции бросает в жар все тело.

— Печати будет достаточно, — усмехается и свободной рукой выключает свет.

Только чувствовать могу, как кладет руку мне на шею и притягивает к себе.

Губами касается моих и жадно обхватывает. Сердце сводит в неправильности всего этого. Я не должна. Я папу предаю, когда поддаюсь на соблазн и отвечаю на чертов поцелуй.

Большим пальцем водит по родинке на шее, поднимается выше до уха. Отпускает мою ладонь и кладет руку на талию, сильнее сжимая. Химическая реакция теряет контроль, внутри искрит так, что вспышка неизбежна. Еще чуть-чуть и утренний кофе обеспечен.

— Мау, — что-то с грохотом падает на пол, рядом с моими ногами. Приводит в чувства.

Я отталкиваю Домбровского.

— Ты что делаешь? — и следом включаю свет.

Мимолетное смятение Юра тут же прячет за усмешкой, ловко скрывает эмоции, которые так сразу и не разобрать.

Ахилл смотрит на нас. Прокурорский блокнот валяется на полу возле моих ног. Я поднимаю его и втискиваю насильно в руки.

— Тебе пора, спокойной ночи.

Фактически выпихиваю его из квартиры и запираю дверь.

На кота не смотрю. Стыдно. Как будто знает, что мы делали и что могли бы.

Стираю с губ вкус поцелуя. Что хочет от меня? В данной ситуации, он мне нужен, а не я ему. Он диктует правила. Если откажу или скажу что-то против, может манипулировать папой. Только что от меня надо?

С товарищем прокурором лучше перестраховаться.

Ахиллес. Медитативная философия.

На первом свидании вы знакомитесь и оцениваете друг друга.

На втором — переходите к более близкому общению.

На третьем — готовы к интиму.

Юрась-карась гасит свет и погружает все в темноту.

Пф-ф-фр. Он что не в курсе, что коты ночью видят? Я все вижу. Как языком своим вылизывают мою Сашеньку.

Ну, что сказать?

С котами Кожаный вежлив. Нос не воротит, без спроса трогать не лезет, руки моет, не дразнится.

Думаю, на сегодня хватит. Пора остановиться.

Подталкиваю лапой его блокнот, специально задевая когтем, чтобы оставить там след. Маленькая гадость от Ахилла. Мне бы очень не понравилось, что мою миску кто-то испортил.