Чтение онлайн

Молдавский господарь Д. Кантемир писал по этому поводу, что страна черкесов является школой для татар, из которых каждый мужчина, который не обучался военному делу или хорошим манерам в этой школе, считается «тентеком», то есть нестоящим, ничтожным человеком». Хан тоже одаривал аталыка деньгами, подарками, оружием, драгоценными и кожаными изделиями. А в сердце крымских принцев оставалась любовь к своей второй родине, которой они считали Черкесию. Да и черкесские семьи «сражались» за право посадить на крымский трон своего воспитанника, ибо знали, что тот не даст их в обиду.

Воистину говорят, что «в семье не без урода» или «паршивая овца всё стадо портит», нашелся Каплан–Гирей, которому нужен был повод развязать войну с Черкесией, дабы заявить о своём восшествии на ханский престол.

Каплан – Гирей отправил в 1707 г своего калгу Менглы–Гирея с отрядом сейменов (гвардейцев) в Кабарду. Вначале крымцы были приняты в Кабарде по всем правилам гостеприимства как гости и расквартированы. Но их пребывание затянулось на полтора месяца.

Далее «гости» гостеприимство приняли за покорность и потребовали предоставления невольников – 2 000 рабов в качестве компенсации за убийство в 1699 г. калги Шахбез–Гирея в Бесленее. Ультимативное требование о выдаче двух тысяч невольников, сопровождавшееся грабежами, вызвало возмущение кабардинского народа.

Созванный в сложившейся ситуации верховным правителем Кургоко Атажукиным совет князей и дворян, называемый «Х'aсэ», принял решение: уничтожить нарушивших законы гостеприимства крымских гвардейцев. Этот приказ поступил каждому хозяину, у которых были размещены крымцы. В течение одной ночи за исключением калги и его группы все мирзы 12 были уничтожены. Калге и его личной охране было позволено уйти, чтобы он смог доложить о случившемся.

Хан Каплан–Гирей получил удобный предлог для похода на Кабарду. Но всё же объявлять войну Кабарде без санкции султана османской империи Ахмеда III он не мог. Каплан–Гирей отправил в Стамбул послов, которые сообщили султану Ахмеду III (1703 – 1730) о случившемся, и передали просьбу хана: позволить совершить поход против Кабарды. Султан Ахмед III не только дал на это согласие, но и повелел, чтобы сам Каплан–Гирей возглавил поход в Кабарду, разорил кабардинцев, сжёг дотла их жилища. Кроме того, султан выделил хану денежные средства, артиллерию, 4 000 турецких сипахов 13 – янычар 14 в помощь.

После получения прямых указаний от султана, хан Каплан–Гирей созвал совет из знатных мирз с целью обсуждения вопросов, связанных с походом. Хан потребовал увеличения налогов с жителей ханства и по одному добровольцу мужского пола из каждого дома. Его предупреждали об обременительности введения дополнительных налогов, но он пренебрег советами мирз и развернул приготовления к войне.

К османо – крымским войскам добавились личная гвардия хана, отряды ногайцев из Буджакской орды (Бессарабии) и с Правобережья Кубани. По одним данным численность османо–крымского войска, состоявшего из конницы, и пехоты достигла от 20 до 30 тысяч, по другим от 30 до 40 тысяч. Это войско отличалось не только своей внушительной численностью, но и хорошим вооружением, что делало его достаточно грозным для начала 18 века.

Кабарда, учитывая огромное численное превосходство противника, и осознавая масштабы серьезных последствий в случае поражения, впервые обратилась за помощью к союзникам и соседям. Послы с просьбой о военной помощи были отправлены к хану Калмыкии, донским, астраханским и гребенским казакам. Все отказали… «Без согласования с русским царём Петром I они не имеют права вмешиваться в крымско – кабардинский конфликт» 15 .

Верховный князь Кабарды Кургоко Атажукин созвал съезд Х'aсэ (князей, дворян и тфокотлей 16 , представители известных кабардинских фамилий). Перед лицом надвигавшейся угрозы, в условиях изоляции и отсутствия поддержки Атажукин обратился ко всем собравшимся с единственным вопросом: изъявить унизительную покорность, или же вступить в войну за свою независимость? Ответ был единодушным – сложить голову в битве, чем позорное рабство под пятой гиреев. Кабардинские князья перед надвигавшейся бедой объединились, прекратили все междоусобные распри и выступили сплочённой мощной ратью.

Кургоко Атажукин возглавил совет обороны. В Кабарде была объявлена всеобщая мобилизация для мужчин с 14 лет. По некоторым сведениям военные силы обороны составили от 7 до 10 тысяч человек кавалерии из дворян. Была собрана пехота из крестьян как вспомогательный род войск.

По Кабарде строились эшелонизированные укрепления защитного характера из огромных валунов и балок. По решению совета все женщины и дети были эвакуированы в недоступные горные убежища.

Османо – крымские войска прибыли к границам Кабарды в середине лета. С целью выиграть время князь Кургоко Атажукин вступил в переговоры с ханом. Послы князя «предложили» хану откупные дары в виде небольшого количества невольников и драгоценных вещей, но хан ответил, что меньше 3 000 пленных не возьмёт. В ответ на эти заявления мои предки заявили хану, что большинство черкесов уже приняли ислам, почти в каждом ауле построены мечети и с негодованием обратили внимание: «Как можно требовать рабов от единоверца?!» Но алчный Каплан – Гирей был непреклонен…

Полтора месяца кабардинцы изматывали противника внезапными набегами, лишая их преимущества не только численного, но и артиллерийского. Кабардинцы и османо–крымцы готовились к решающей схватке.

В истории есть три версии рекогносцировки сражения.

По первой версии кабардинцы использовали черкесский вариант «троянского коня» с привлечением ложных перебежчиков. Под видом перебежчиков (предателей) Кургоко Атажукин внедрил во вражеское войско своих 12 воинов. Они поспособствовали проводам крымского войска в обход позиций кабардинцев к верховьям реки Малка, и заключению в кольцо, с последующей тыловой атакой. На беду крымцев на счастье кабардинцев, крымские мирзы поверили перебежчикам. В начале осени хан оставил часть войска в Баксанском ущелье, а остальные отряды войск повёл к верховьям Малки. Там, в нагорье, вблизи горы Сосруко крымцы разбили свой военный лагерь.

По второй версии к началу осени значительно поредевшее и измотанное османо–крымское войско тактикой внезапного нападения было оттеснено к верховьям реки Малки кабардинскими отрядами.

По третьей – первая битва началась 16 сентября 1708 года. Противостояние продолжалось до позднего вечера и закончилось отступлением моих черкесов. На военном совете хана было принято решение остановить бой и продолжить его на следующий день. Крымские военачальники получили приказ отвести войска в узкое канжальское ущелье, окружённое со всех сторон горами.

Но факт остается фактом, противоборствующие войска оказались в верховьях реки Малки, ставшей ловушкой для османо – крымского войска.

Кабардинцы, окружив войска противника, отрезали все пути к их отступлению. В ночь на 17 сентября, при луне, освещавшей лагерь османо – крымцев, кабардинцы выступили в атаку. С гор полетели исполинского размера валуны, потом начался обстрел из луков и арбалетов, военное действо закончилось стремительным кавалерийским налётом. Паника, начавшаяся в тылу противника, усугубила их положение – они не смогли выстроиться боевым порядком и отразить стремительный набег. По одной версии в бой смогла вступить конница во главе с ханом, во второй побег возглавил сам хан Каплан – Гирей, бежавший с поля битвы.

У кабардинцев бытует версия, что Кургоко Атажукин с отрядом догнал хана Каплан – Гирея, но милостиво позволил ему уйти (из политических и тактических соображений), сказав, что униженный и опозоренный хан красноречивее павшего, воздвигнутого в ранг мученика, или же храброго на поле сражения.

В истории взаимоотношений Крымского ханства и Кабарды в течение 300 лет было множество битв. Канжальская была не единственной крупной битвой, в которой кабардинцы одерживали верх. Но именно эта победа имела такой мощный международный резонанс, потому что война была объявлена турецким султаном и победа, одержанная в Канжальской битве косвенно говорила о победе над турецким султаном вообще! Кабарда ещё не раз станет победителем: в 1720, 1729, 1731 и 1739 годах. В последующем Кабарда получит мировое признание как независимого государства, что найдет отражение в статье (артикуме) 6 Белградского мирного трактата 18.09.1739 г между Россией и Османской империей:

Артикум 6.

«…Об обеих Кабардах, то есть Большой и Малой, и Кабардинском народе, с обеих сторон соглашеносъ, что быть тем Кабардам вольным, и не быть под владением ни одного ни другого Империя, но токмо за баррьеру между обеими Империями служить имеют; и что и от другой стороны блистательной Порты Туркам и Татарам во оныя не вступаться, и оных не обезпокоивать такожде и от Всероссийской Империи оныя в покое оставлены будут. Но что однакоже по древнему обыкновению браны будут во Всероссийскую Империю от тех Кабардинцев, для спокойнаго их пребывания аманаты; и Оттоманской Порте, також позволяется для такой же причины, брать от них таких же аманатов; а ежели помянутые Кабардинцы причину жалобы подадут одной или другой Державе, каждой позволяется наказать».