Карандаш и Самоделкин в Египте
Шрифт:
– Значит это и есть третья комната-ловушка? – прокряхтел Дырка, болтаясь между полом и потолком на каком-то пруте.
– Нам нужно добраться до двери, ведущей в сокровищницу, – прохрипел Буль-Буль. – Видишь в стене торчат какие-то старые железки?
– Вижу! – оглядываясь по сторонам кивнул головой Дырка.
– Карабкайся по ним к двери, – пояснил Буль-Буль. Только смотри не сорвись вниз, видишь какие там внизу острые прутья торчат.
Разбойники, кряхтя и чертыхаясь, начали перебираться с одной железки на другую. Дырке было сложнее, потому что он лез не выпуская из рук горящую свечу. Он хотел было ее выкинуть, чтобы ему было удобнее карабкаться по стене, но Буль-Буль не разрешил ему этого делать, сказав, что в темноте они не смогут карабкаться по отвесной стене и сорвутся вниз.
– Я же говорил вам, капитан, что лучше не связываться с этими сокровищами, – ныл длинноносый шпион. – Сейчас бы спали в своих постельках и смотрели бы цветные сны.
– Ничего, из первых же двух ловушек мы выбрались живыми и невредимыми, значит из этой тоже как-нибудь выползем, – прорычал, карабкаясь по отвесной стене, рыжебородый капитан Буль-Буль.
– А – АИ! – взвизгнул Дырка.
– Что у тебя случилось? – продолжая ползти, спросил толстый пират.
– Мне на руку горячий воска капает, – пожаловался шпион. – Мне горячо, можно я выкину свечку?
– Только попробуй, – грозно рявкнул Буль-Буль. – Я и так ничего не вижу, а если совсем темно станет, то я тут же вниз шмякнусь и разобьюсь.
– А если я свечку не выброшу, тогда сам разобьюсь, – проскулил Дырка.
– Терпи длинноносый, уже немного осталось, – подбадривал приятеля рыжебородый пират.
Разбойники, как макаки перелезая с одной железяки на другую, карабкались все ближе и ближе к двери. Бандитам было очень страшно и у них от этого тряслись руки и ноги, но они продолжали ползти. Дырка то и дело посматривал вниз, от этого у него начинала кружиться голова и звенеть в ушах. А Буль-Буль же наоборот вниз старался не смотреть, чтобы было не так страшно. Железки, по которым они карабкались, были очень и очень старыми и поэтому в любую минуту могли оторваться от стены и упасть вниз вместе с несчастными разбойниками.
– Я почти добрался до двери, – радостно прохрипел Буль-Буль.
– Подождите меня капитан, – жалобно попросил Дырка.
– Ну все, наконец-то я выбрался, – вставая на ноги и отряхаясь от пыли, сообщил Буль-Буль.
– Подайте мне руку, капитан? – из последних сил произнес шпион Дырка. – Я устал, я больше не могу.
– Хватайся, – протянул ему пухленькую ручку толстый Буль-Буль.
Шпион вцепился в протянутую руку и сделав последнее усилие подтянулся и оказался рядом с капитаном Буль-Булем.
– Ну вот мы и выбрались наконец-то из последней – третьей ловушки, – радостно потирая руки, произнес капитан Буль-Буль. – Теперь мы очень близко от сокровищницы. Скоро бриллианты будут в наших руках.
– А вдруг это была не последняя ловушка? – испуганно пролепетал Дырка. – Я так устал от этих ловушек. Может быть я тебя здесь подожду? Ты сходи, разузнай, где лежат наши драгоценности, а потом меня позовешь, – предложил Пулькин.
– Да не боись ты, – криво усмехнулся толстяк. Ведь профессор ясно сказал, что перед входом в сокровищницу только три комнаты-ловушки. Мы их уже прошли, так что самое страшной осталось позади.
– Ну, тогда ладно, – весело согласился Пулькин. – Раз никаких ловушек больше не будет, тогда конечно, пошли в сокровищницу.
Разбойники весело переглянулись и вошли в какой-то длинный узкий коридор. Дырка шел впереди и освещал путь горящей свечей. Хотя Пираты и были уверены, что больше на их пути ловушек не будет, после всех опасностей, которые выпали на их долю. Они шли очень осторожно, ощупывая и осматривая каждый темный угол.
– А все таки мы молодцы, – гордо выпятил грудь шпион Пулькин. – Миновали все опасности и остались живы. Мы настоящие герои. Нам можно медали давать за храбрость.
– Конечно, – согласился рыжебородый пират Буль-Буль. – Мы самые настоящие храбрецы.
И радостные разбойники загорланили на весь коридор разбойничью песню:
Глава 13Египетские лабиринты
Тем временем, пока пираты попадали в ловушки и спасались от ядовитых змей, путешественники спокойно спали и ни о чем не догадывались. Маленькие механические часы мастера Самоделкина тихонько тикали в ночной тишине, отсчитывая минуты и секунды.
Профессор Пыхтелкин сладко спал в своей кровати и смотрел яркие цветные сны. Ему снился голубой океан, чайки и неведомые земли. Вдруг в ночной тишине раздался крик какой-то птицы. Семен Семенович проснулся и привстал на кровати. Географ прислушивался, но ничего не услышал. В египетской пирамиде все было тихо и спокойно.
Интересно, а который теперь час? – вставая, подумал про себя профессор и на цыпочках подошел к часам Самоделкина. Часики показывали пять часов утра. Географ вспомнил, что разбойники давным давно должны были его и Прутика с Чижиком разбудить, чтобы они продолжили охранять сокровищницу фараона Рамзеса. Семен Семенович удивленно пожал плечами и подумал: «Наверное Буль-Буль и Дырка будили меня, но я так крепко спал, что им не удалось меня разбудить.» Наверное они легли спать. Нужно разбудить Прутика и Чижика и идти охранять вход в сокровищницу.»
Профессор Пыхтелкин подошел к спящим мальчикам и принялся их тормошить: – Вставайте, ребята, – шепотом, чтобы не разбудить остальных говорил профессор. – Вставайте, наша очередь стеречь гробницу.
– А сколько сейчас времени? – просыпаясь спросил Прутик.
– Уже пять часов утра, – прошептал Семен Семенович.
– Хорошо, сейчас мы встанем, – протирая сонные глаза, сказал Чижик.
– А вы спите дальше, – предложил географу Прутик. – Зачем нам втроем дежурить. Лучше мы вас часа через два разбудим и вы постережете сокровищницу вместе с Настенькой.
– Хорошо, – согласился старичок географ. – Только не забудьте меня разбудить, – попросил профессор. – И смотрите, сами не усните на посту.
– Не волнуйтесь, все будет нормально, – улыбнулся Прутик.
Мальчики встали, оделись и заправив кроватки пошли в сторону комнаты, где ученые обнаружили сокровища и драгоценности. А профессор лег обратно в кровать и, укрывшись одеялом, заснул.
– Странно все таки, – почесал затылок Прутик, когда мальчики сели у входа в гробницу.
– Что тебе странно? – спросил Чижик у своего друга.