Чтение онлайн

— Пожалуй. Стивен, а помимо таких субъективных оценок, которые совсем не делают вам чести, есть что-нибудь более интересное?

— Для желтой прессы? — огрызнулся Калинка и чуть было не врезал сам себе в ухо за такие фокусы. Харьков явно озлился, но виду не подал.

Волосы у Калинки на затылке шевелились так, что дергало кожу.

— Что именно вас интересует? Мне будет проще ответить, если вы зададите вопрос, — уже куда миролюбивее добавил Стивен.

— Правильный вопрос — половина ответа, — сказал Харьков. — Если бы я еще знал, какие вопросы правильные.

Калинка встал, прошелся по комнате, словно чужими глазами оценивая застарелый беспорядок.

— Энтропия, — пробормотал он.

Кунье лицо русского выражало любопытство, но человек, с еще большими, чем у Калинки, черными кругами под глазами, вряд ли мог позволить себе праздный интерес.

— Я не видел человека, которому бы Теру Адриан не понравился, — вдруг сказал Харьков. — Ни единого. Признаться, я и сам попал под впечатление. Не кажется ли это вам опасным, Стивен?

— Разве что для него самого, — против воли выдал Калинка и снова принялся думать о хаосе в комнате.

— Не могу не согласиться, — вздохнул Харьков. — Ладно, Стивен, не буду вас больше мучить. Через три часа жду вас и вашего стажера на беседу в кабинете Стэнли. Приводитесь в порядок, там будут серьезные люди.

— Обязательно, — пообещал Калинка.

Харьков неспешно поднял халат, и тут обнаружилось, что на нем все еще болтается Чип.

— Я обещал снять… — вспомнил Стивен и потянулся за халатом.

— Отдыхайте. Я заберу пока так, после беседы заходите ко мне с инструментами. Найдется время?

— Разумеется, — с тяжелым сердцем согласился Калинка.

И тихо порадовался, что успел привести в порядок подозрительную подпрограмму.

— Вы хотите забрать Адриана к себе? — расхрабрился Стивен.

Пойманный на пороге Харьков пожал плечами.

— Это был бы очень хороший расклад, — признался он. — Не беспокойтесь, Калинка. У меня есть Вереница, у меня даже лошадь есть, и я не собираюсь запихивать вашего друга в колбу.

Калинку столь точно нацеленное объяснение почему-то нисколько не успокоило. Харьков как-то забыл добавить к каждому пункту списка того, что у него есть, слово «пока».

Стивен посмотрел на часы. Семь пятнадцать. То есть в кабинет Роджера Стэнли, куда и сам Калинка попадал всего раз в жизни, нужно явиться в десять. Все еще есть время, вопрос, на что.

Спать, мыться — пока исключается, как не самое срочное. Он глотнул кофе и понял, что тот был лишним. По сосудам тек чистый адреналин обороняющей гнездо куропатки. Именно ей себя и чувствовал Стивен Калинка под взглядом прищуренных глаз куницы из двадцать девятой лаборатории.

Подумать.

Если получится, конечно. Адреналин питает не мозг. Больше всего хотелось подскочить и бежать, куда глаза глядят, а лучше, поговорить с Адрианом.

Последнее казалось правильной идеей. Только вот Харьков, скорее всего, именно этого и ждал. Вероятность столкнуться с Эриком в коридоре у комнаты на пятом уровне, где временно квартировал японец, была высока.

— Пиф-паф! — скажет доктор Харьков по-русски и наставит на Калинку пистолет, сложенный из пальцев. — Шпион пойман!

Калинка отмахнулся от убедительной картинки и решил, что нужно действовать умнее. Он позвонил Кэт-Конгу.

— Стив, ты хоть иногда на часы смотришь? — пробурчал Симмонс.

— Конечно, смотрю. Сказать тебе, сколько времени?

— Ладно, ладно, — оборвал его Кэт. — Говори, чего надо.

— Вот, ты сразу к делу, — похвалил Калинка. — Я как раз об этом. У моего стажера сегодня беседа. Не мне тебе объяснять, как у Адриана со вкусом и представлениями о приличной одежде.

Симмонс хмыкнул. Кибернетик порадовался тому, что ради Теру этот человек готов был даже дружить с таким общепризнанным юным гением и величайшим изгоем, как Стивен Калинка.

— И что?

— Тебе не трудно будет прислать его ко мне?

— А сам-то позвонить не можешь? — удивился Кэт.

— Не смогу убедить, — поправил Стивен. — А ты, если понадобится, способен просто принести.

— Ну, не знаю. Тебе он когда нужен?

— Чем скорее, тем лучше.

— Хорошо, — сдался Кэт. — Кстати, а я не знал, что ты у нас такой стилист.

Это было явное издевательство, но Калинка слишком волновался, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Он положил трубку внутреннего телефона и задумался, насколько обыденным мог показаться разговор тому, кто вдруг захотел бы его прослушать. Наверное, если не считать спешки, с которой был сделан звонок, именно таким он и был. Обыкновенным.

Хотя, если Харьков и правда приходил в частном порядке, грести под себя, значит, так уж сильно опасаться не стоит. Но осторожность с некоторых пор казалась Стивену главной добродетелью.

Адриана доставили минуты через три.

Японец выглядел бодрым и озадаченным. Симмонс душевно попрощался и сбежал, а Калинка, и успокоенный, и встревоженный прибытием главной своей проблемы, не мог придумать, с чего же начать разговор.

— Стивен, в чем дело? — и разговор начал Адриан. — Кэт нес удивительную чушь, так что я понял — у тебя проблемы. Я могу чем-то помочь?

— Главное, помочь тебе, — подумал Калинка. — И самому при этом не вылететь к чертям из ВНЦ.

Он не знал, куда девались те, кто по каким-то причинам терял свое место в центре. Такое иногда случалось. Но в отношении себя Стивен был уверен на все сто процентов. Его терпеливо ждала тюрьма штата.

— Сюда приходил Харьков, — выпалил Калинка. — Задавал мне всякие вопросы. Похоже, что он намерен взять тебя в свою команду.

— Это было бы неплохо, по крайней мере, я смог бы оказаться полезным. К тому же, из всех лабораторий, которые ты мне показал, эта наиболее интересна.

— Двадцать девятая у нас называется «зоопарк», — мрачно пробубнил Калинка. — И дай бог тебе попасть туда не в клетку.

— Я не понимаю, — покачал головой Адриан. — Успокойся, пожалуйста, в панике нет правды. Как к моему наставнику, к тебе не может быть претензий.

— Речь не обо мне, — отчаялся Калинка.

Японец, этот глупый добрый японец решительно ничего не желал понимать. Калинка, накачанный по самые кончики ушей адреналином, чувствовал, что вот-вот взорвется или сгорит. Ну как объяснить человеку, который верит, что можно одним праведным намерением изменить мир, что у него есть что-то, ради чего готовы плести интриги руководители лабораторий.