Чтение онлайн

И вся эта унизительная чушь - на глазах Рамтея и всего Веселого Грота.

Эрида задумалась, вроде бы сконфузившись тем фактом, что случайно выдала сестру, а потом сказала: - Никак не вспомню, вчера или три дня назад... Что ты... ну, в общем, что Апол...

Она опять попыталась прочесть хоть что-нибудь в лице Касс или Рамтея, но те упорно продолжали молчать. Тогда замолчала и Эрида, скорее всего, обдумывая тему и тон для новой, более умной атаки.

Молчал и Эрмс: ни Касс, ни Рамтей, ни Фадита, ни Лон явно не занимали его. Со скучным выражением лица незаконный сын Зева обдумывал возможности повернуть разговор на свое участие в успехах Кронота.

Рамтей не стал ждать, пока Эрида подготовится к очередному наступлению.

Холодно, хоть и не выходя из рамок приличия, он кивнул и быстро вышел за дверь. Касс выскочила следом. Она простилась с Рамтеем с сожалением.

Девушкой цепко владело чувство обиды. Представлялось знакомство с Рамтеем так: пришел человек в дом, а туда его не звали, не ждали его там, не нужен он был там никому. Дверь в дом случайно распахнулась, но тут же и захлопнулась перед самым носом, не дав ничего не узнать, ни понять. Что могло открыться там, за той дверью, которую Рамтей бесцеремонно затворил перед ней? Пока прояснилось только одно: смутная, оказывается, это личность: брат Зева, атлант номер два.

Касс быстро неслась прочь от Веселого Грота. Левую руку она держала, как того требовали правила безопасного полёта, на щите управления аэробилем. Свободная же правая перебирала гладкие камешки. Сначала машинально, потом - очень постепенно, всё более и более методично. Наконец, Касс заметила, что пальцы её вдумчиво, последовательно, одно за другим, прощупывают звенья ожерелья.

Как сильно, оказывается, увлекло ее это занятие! Вещунья трогала рисунки, будто ласкала что-то нежное. Щербатинки точек и линий составляли единое гармоничное целое с гладкостью поверхности, отполированной речной водой.

Девушка положила ожерелье на ногу, оторвала от него руку и несколько раз легонько повела чуть собранной в пригоршню ладонью, не касаясь камней. Ожерелье все еще хранило ауру кентавра. Сначала ладонь поймала теплоту, но теплота почти сразу же перестала быть гладкой. Шероховатость очень скоро сделалась колючей. Наконец, что-то острое резануло и ядовитое жало вонзилось прямо в бугорок Любви. В руку Прекрасной Девы хлынула волна неведомой муки.

И опять-таки Лон оказался прав. "Правило номер шесть: никогда не читай незнакомую ауру горстью, а только открытой ладонью. Незачем втягивать в себя чьё-то зло." Что ж, не послушалась учителя, теперь лови, держи, чувствуй чужое горе, нерадивая ученица ясновидящего... Постороннюю трагедию придется преломить через собственное сознание, пропустить через собственное сердце...

Страдание, быстро проросшее откуда-то снизу, пронзило все ее существо. Когда пик воткнулся в горло, провидица задохнулась. Только после этого боль постепенно стала отпускать. Лон бы уже все знал, - подумала Касс. Она же только ощутила, учуяла что-то, в чем еще надо будет разобраться. Девушка опять взяла ожерелье рукой.

На этот раз Касс поймала себя на том, что пытается прочитать рисунок пальцами. Интересно, что это ей вполне удавалось. Конечно же, вот, например, очертания русалочьего хвоста... А здесь... Нет, не разобрать... Что-то округлое, непонятное, не то изгиб волны, не то женская грудь... А вот здесь точно кентавр... Насмерть влюбленный в русалку. Или кентавр, поднявший руку на Настоящего? Конечно, эти кентавры не могли быть одним и тем же, потому что даже в бреду неловко, неправильно совмещать любовь и убийство...

А в каком бреду совместить с Настоящим взбунтовавшуюся машину? Возможно ли мысленно воссоздать ту цепь обстоятельств, которая способна соединить не созданнные для соединения существа, кентавра и Рамтея? Пусть это не сумасшедший, а тот, второй кентавр... Все равно, воображение отказывается верить в подобную связь. Дружеские отношения машины с Настоящим. Постой, но почему, собственно, нельзя? А ее, самой Касс, дружба с русалкой? Да ведь Рамтей - не взбалмошная и одновременно наивная Прекрасная Дева. Атлант номер два - не она, Касс. Не просто Настоящий - брат Зева.

Но иначе ожерелье не могло попасть в руки Рамтея. Не могло. Опять же, откуда, если допустить другие возможности, он узнал о Леге? О дружбе девочки из элиты Настоящих с русалкой? О той самой дружбе, которая так долго была главным предметом насмешек Эриды и Фадиты. Зря она, Касс, конечно, упомянула Легу при Лоне... Будем надеяться, он забудет имя русалки. Нечто пострашнее безумных машин сидит сейчас в голове Апола.

Обреченный континент. Мифическая Лемурия? Или, на этот раз, родная Атлантида? О, Творцы, разве можно допустить подобное? Чтобы целый континент, города, жители, земли, - все, все было смыто океаном?

Настоящие-то, конечно, спасутся: почти у всех есть аэробили. А бедняки, у которых аэробилей нет? Кентавры? Смогут ли хоть русалки вырваться из своих загонов в свободные океанские просторы? А остальные? Гномы, например, эльфы? Через зал эльф, разумеется, перелетит, но ведь океан - не зал... Ладно, машины. Но люди, люди? Такие же Настоящие, вроде её самой... Такая же девушка, только не Прекрасная Дева... Или искатели приключений, попавшие сюда из колоний... Лон прав, думать об этом страшно...

Вот и водный магазин. Вышколенная нимфа узнала Прекрасную Деву, едва та приоткрыла дверь. Не дожидаясь приказаний, машина метнулась, в мгновение нырнула в аквариум. Когда Касс подошла ближе, нимфа уже встречала ее с угодливой улыбкой и большим пластиковым пакетом в руках. В пакете, наполненном водой и сладко-соленоватой йодовой водорослью, метался огромный краб. Животное яростно пыталось выдраться, но все безнадежнее запутывалось в темно-зелёных сетях из предназначенного для гарнира морского растения.

– Нет-нет.
– сказала Касс.
– Это не для меня. Сегодня ты мне принеси что-нибудь для другой нимфы, в аквариум... Что-нибудь вкусненькое, что ты сама любишь.

– Это вкусно.

Бедняга никак не хотела понимать, что дар предназначался для такой же, как сама она, служительницы аквариума. Нимфа тупо смотрела на Касс широко распахнутыми синими глазами, улыбалась изо всех сил, не могла взять в толк, что в любом аквариуме этого добра...

– Вот что ты сама любишь?
– Касс начала кипятиться.
– Не из воды, а на полках?