Чтение онлайн

Родригес вернулся к еде, но она явно не шла. Все молчали. Сверху послышался шум, перешедший в грохот. Со свода посыпались камни. Резко потемнело.

Борис подтолкнул Витю, и тот тихонько забрался в опрокинутую корзину. Воспользовавшись шумом и темнотой, Борис поднял корзину стоймя, накрыл крышкой.

– Что за грохот? – забеспокоился Родригес. – Солнечное затмение?

– Старая гора пробуждается, - сказал Капитан.

– Как пробуждается? Она что, может похоронить нас, как пиратов?

– Если мы не поторопимся.

– Горообразование часто связано с вулканами, - заметила Эстер.

– С вулканами? Вот ты выдала, подружка! Чего вы раньше молчали, имбецилы?!

Полковник отшвырнул поднос с едой на землю.

– Матросы, тащите корзины наверх!... Мы тоже уходим.

– Сеньору забирать? – поморщилась Эстер в адрес плакавшей Хуаниты.

– Помогите ей. И мальчика заберите. А пленников оставить. Я сказал, оставить!

Могучий охранник взвалил на плечи корзину с Витей и, не замечая изменившейся тяжести – корзина значительно полегчала, поволок к выходу из пещеры. Родригес вприпрыжку опередил охранников, за ним семенил услужливый Капитан. Прощаясь со Степановым бесцельно источаемыми в темноту взглядами, тащила Хуанита упрямившегося, не желавшего замечать опасности Педро. Полковник не заметил, как забиравшие корзины охранники жадно набивали карманы рассыпавшимися рубинами и смарагдами.

Лучи фонарей метались по дну пещеры в поисках драгоценных камней. Светлое пятно упало за камень, где сидел Борис. Тот перехватил руку с фонарём и плашмя ударил охранника в лоб. Охранник охнул и рухнул наземь. Борис поднял корзину, закинул за плечи и устремился к выходу за сыном. Упавший охранник быстро пришёл в себя. Он поднял укатившийся фонарик, нагнал Бориса и вырвал корзину. Охранник не поднимал шума. Он принял Бориса за алчного товарища. Приседая от веса корзины, охранник цаплей поскакал с камня на камень. С акробатической ловкостью он ухитрялся на ходу запускать руку в ношу, пополняя карманы.

Темнота не позволила Эстер разглядеть развернувшуюся драму. Вопреки распоряжению полковника, она вернулась за Степановым.

– Пойдёмте!
– сказала она ему.- Ну и ты, пойдём! – без энтузиазма добавила она Полли.

Лучи фонариков померкли в дали. Борис пробирался за пленниками. Он рассчитывал воспользоваться суматохой и тоже выскользнуть из пещеры. Грохот за сводом усиливался. Тонкие струйки песка сыпались сверху. Грузные камни упали вниз. Воля случая выдавала билеты на жизнь. Горообразование, нарождавшийся вулкан, сель или оползень стремительно надвигались, разрушая пещеру. Тяжёлый обвал запылил перед Борисом, отрезав выход. Он снова остался один.

12

До самолёта оставалось полдня, и Володя решил прогуляться. Он сделал себе гамбургер, разорвав привезённую с родины булку и вложив в середину изрядный шмоток сала. Володя сладко откусывал: сало таяло во рту, как леденец. Володя меланхолично стряхивал с ворота и груди упавшие крошки. В его движениях сквозило удовольствие. Мякиши побольше Володя собирал в горсть, потом высыпал на язык. Боже мой, как хорошо весной в Амстердаме!

Вдоль канала выстроились роскошные белые яхты. Володя подробно разглядывал их корпуса и не завидовал владельцам. Бывает настроение, когда довольствуешься малым. Наглые альбатросы прыгали у ног Володи , требуя доли. Его взяла жалость делиться хлебом, но от переполнявших чувств следовало чего-то дать. В нагрудном кармане лежали витамины для роста волос. Вкус таблеток отдавал горечью, они не помогали. Володя не жалея высыпал витамины птицам. Альбатросы клевали бурые таблетки и выплёвывали. Проблем с оперением у птиц не существовало, а есть хотелось от безделья. Альбатросы охотно полакомились бы гамбургером, но Володя ещё не чувствовал, что наелся.

Он съел гамбургер до конца и облизывал пальцы, когда ближняя трёхпалубная яхта отошла. Судно мягко скользило по мартовской бурой воде канала. Лёгкая волна била о киль. Кок выбросил за борт останки креветок. Птицы оставили Володю, перекочевав в колеблющиеся воды, раздвигаемые носом яхты.

« Как люди!» - подумал Володя о продажности птиц и плечом сшиб двигавшегося навстречу старичка. Старичок ойкнул, Володя остановился.

– Господин Кальвадос! – изумился Володя.

– Я вас знаю, - всматривался в Володю старичок. – Вы с Украины?

– Так и есть.

– Принимали участие в экспедиции баронессы фон Галль?

– Было такое дело.

– Чем занимаетесь в Амстердаме?

– Отдыхаю. Вернее, по делам.

Кальвадос пригласил Володю в кафе. Тот не отказался, зная – в подобных случаях «фирмачи» платят.

– Будете марихуану? – предложил Кальвадос.

– Спасибо, по старинке предпочитаю огненную воду. Парень, горилка име…?

Володя знал десяток слов по-английски, но принципиально не желал употреблять. Пусть учатся нашему! Тем более, что лучше всего Володя выговаривал : « How much?»

– Не желаете заняться подъёмом сокровищ? – забросил Кальвадос пробный шар.

– Благодарю покорно. Чем ловить журавлей в небе… Я лучше – по тюльпанам.

– Вы раньше в милиции работали?

– Точно. Меня оттуда выгна… Я сам ушёл. Человек выбирает, где лучше платят. С параллельными мыслями идёшь и в милицию, и тюльпаны продавать. Я выбрал тюльпаны.

– А милиция?

– В милиции взяток дают мало, и брать не всегда безопасно, - посетовал Володя.

– Давайте выпьем в память о моём брате, - предложил Кальвадос.

– Он умер?

– Пришлось.

– Вот те на! Оказывается, и в Швейцарии люди помирают!

– Только несколькими десятилетиями позже, чем в России. Хотя, что это для вечности!... После разорения фирмы мой брат переехал на склоны Килиманджаро в Африку. Сорок дней назад распродажа акций вызвала его в Цюрих. Брат погиб в известной авиакатастрофе над Боденским озером. Тело его не удалось найти, или то, что осталось от тела, - Кальвадос грустно вздохнул.

– Хороший был человек. Помянем, - и Володя покорно наполнил рюмку желтоватым напитком с именем собеседника.

– Так всё-таки не хотите принять участие в подъёме сокровищ со дна Амазонки? – повторно спросил Кальвадос, пытаясь уцепить взгляд, бегающих вороватых глаз Володи.

– Избави Бог! Прошлый раз комары меня накусали.

– Отчего же? Одному мне не под силу.

– А вы хотите?

– Ещё бы! Средства мои на исходе.

– Что-то по вас не скажешь! – Володя подозрительно оглядел дорогую, молодившую его одежду Кальвадоса, шикарную обстановку уютного кафе.