Чтение онлайн

– Простите, прекрасная Гваллен, я не сумел вас разглядеть за поднятой пылью.

– Да, мы с Рисом любим быструю скачку! Но теперь нам нужно по бочке горячей воды на нос и по две на носик!

– Но почему именно так?

– Потому, что вторая понадобится вечером, за день мужчины успеют перепачкаться... Ого! Что это вы тут строите такое? Кот?

Котом валлийцы называли почти любое осадное сооружение. Самые маленькие называли крысами.

– Ну, это скорее лев, Валли. Или росомаха! Это ведь сидха строит, да? Можно на неё посмотреть?

Бас дрогнул. И только тут Клирик сообразил, насколько молод его обладатель. Хорошо, если семнадцать исполнилось! И вот этот мальчишка отправляется на войну - с женой, друзьями и подругами. Кстати о жене - Гваллен выглядела взрослее мужа. Возможно, из-за дорожной пыли.

Только ворота сомкнулись за его отрядом, только отвели тяжело дышащую лошадь, как принц бросился к недостроенному мангонелю. И налетел на монашку с ребёнком. Ну а какая девушка ещё в рясе ходить будет? Образ портил только шлем, лихо сдвинутый на затылок...

– Извини, сестра...
– и сунулся было вперёд. И был ухвачен сзади за рубаху.

– Стоять! Не лезь, убъёт.

– Кто убъёт?
– спросил недоумённо принц, - Кого?

Но - остановился.

– Видишь вон того типа с топором?

– Вижу. Высоко как...

– Видишь, какое здоровое бревно он обтёсывает? Что-то оно не лезет в паз...

– Толстое, да...

– Вот. Во-первых, если что-то пойдёт не так, бревно упадёт вниз. И если на тебя, Гваллен плакать будет, так?

– Не буду, - сообщила подошедшая принцесса, - кто так умрёт, тот не достоин моих слёз. Я просто буду сидеть, как собака, на могиле... А во-вторых, если мой муж не будет тебя слушаться около твоей машины, его убьёшь ты, Неметона. Я права?

– Не-а. Это сделает вот тот бородач. Стройкой руководит он, я только советую. Так получилось.

– Это Неметона??
– удивился принц Рис, - А уши где?

– Под шлемом. А глаза снаружи, муж мой! А ещё у неё под рясой шитое платье и шёлковая рубашка. У меня тоже такая есть! А это у тебя кто?

– Сын. Мой.

И попыталась заслонить от внимания.

– А у него тоже уши острые?

– Нет. У него обычные уши... Леди Гваллен, пожалуйста, не беспокой моего сына. И не проявляй к нему излишнего внимания. Мне это очень неприятно. Увы, все сидхи так устроены...

– Да? Вы так любите детей?

– Ршшрр, - сидха рычала игрушечно и комично, но намёка хватило.

– А что нужно сделать, чтобы осмотреть кота?

– Это не кот, это мангонель. Машину придумали франки, оттого и название. А нужно поговорить с одним бородатым типом.

– Тем самым, который убъёт?

– Именно. Он расскажет, как себя вести. И заставит одеть шлем. Раз появишься на стройке без шлема или учудишь что - больше не пустит. И не посмотрит, что брат короля. Ему на это наплевать...

– Большой зануда, - подвёл итог Рис, - но ничего, уговоримся. Я умею быть хорошим. Жена подтвердит.

– Достаточно того, что я его жена.

– Вот именно. Сама меня выбрала, кстати.

– Ерунда. Выбирает всегда мужчина.

– Но я-то выбирал из тебя одной!

– Тогда ты счастливый человек, - подвела итог Немайн, - который сперва отдохнёт с дороги, устроит своё счастье поудобнее, пройдёт инструктаж по технике безопасности у Эгиля или Харальда, а потом уже полезет под брёвна. А жена счастливого человека за этим проследит, не так ли? Что ещё?

– Уши покажи, пожалуйста, - попросил Рис.

Немайн вздохнула и сняла шлем. Уши расправились. Встали торчком. Легли, как перед атакой. Свисли к плечам. Снова поднялись. Дёрнулись. Ищуще пошевелились.

– Ну как? Понравились?

Парочка молчала, глядя во все глаза. Онемели. Немайн ждала. Первой дар речи обрела Гваллен.

– Дай потрогать, а?

Немайн свесила уши к плечам.

– Ну пожалуйста, ну хоть погладить...

И гладила. Почти полчаса! Но, правда, очень осторожно. Как царапучую кошку. Пока не согрелась вода в бочках. Клирик ринулся "домой" - в палатку. Откинул полог - внутри девушка. По меркам двадцать первого века - девочка. Сидит по-японски, на пятках. И именно как японка - привычно и ловко. Нормальный европеец, конечно, и не так может свернуться. Но удобно - не будет. А эта естественна. Клирику представилось: сейчас она снимет гуттаперчевую маску. И представится: полковник Хидзиката, токийская военная полиция! Достанет из воздуха катану - и хрясь напополам! Стало весело, дальше незваную гостью рассматривал, улыбаясь. Для верности обошёл кругом. Одёжек только две - по валлийским меркам, нищета. Верхняя, синяя, чуть коротковата для приличной дамы - так бритты поступают, когда нет денег на два разных платья - для работы и для представительства. А вот грязной каёмки по краю нет. Так что - не работала она в этом платье, и даже ходила недалеко. Рукава узковаты, да ещё и перехвачены красной тесьмой на запястьях. Рубашка - краешек торчит, по подолу вышита, и довольно тонко. Кажется, льном. Вот и всё. Кто бы ты ни была, милочка, а опыта тайной службы у тебя нет, и прокол детский - бедное платье поверх богатой рубахи. Тоже чистой, а ведь вся грязь липнет на тот подол, что длиннее, в этом Клирик уже убедился. В волосах - простые роговые гребни, без резьбы. Никакого намёка на клан нет.

И вообще - выглядит чуточку знакомо. А вот ведёт себя - нет. Собственно, никак себя не ведёт. Разве - дышит. Пахнет вишнёвой настойкой. Самую чуть. Ждёт? Хм. В эту игру могут играть двое. И отчего не проверить, как тело эльфийки отнесётся к японскому стилю утончённости?

Хорошо отнеслось. Клирик уселся рядом - хотя с эльфийским зрением это было и неудобно, гостью он видеть не мог. Зато прекрасно слышал. Ровное дыхание, больше ничего. Минуты шли. На пятках оказалось уютно. Самое то для отдыха. И для ухода за ребёнком, вон как на коленях удобно умостился. Или любимым человеком... Настроение испортилось. Улыбка не сползла с лица Клирика - выцвела. Но, наконец, тишина закончилась. Не детским плачем, как ожидал Клирик. Словами.

– Ты права, - сообщила гостья, - Так проще.

И снова замолчала.

Потом прибавила задумчиво:

– Я - это ты, но ты - не я. Не только я. Но меня достаточно... Или нет?

Клирик решил, что да. По крайней мере, что ещё сказать, кроме банального "кто ты такая?", не додумался. Но гостья вела себя непросто, и захотелось подыграть. И - переиграть.

Гостья встала, поклонилась - низко, но с достоинством, и отбыла.

Только тут в палатку вернулась Анна.

– Я снаружи, за задней стеночкой, подслушивала, - призналась, - на всякий случай. Но мысли читать не умею. Расскажешь ученице новости из Аннона, или секрет?

– Новости тут делаем мы, - напыщенно заметил Клирик, стараясь понять, при чём тут вообще болотный край, почитаемый местной преисподней, - а в Анноне... Беспокойно и непонятно.

– Как всегда, - согласилась Анна.

А к утру принц Рис вбил себе в голову, что должен построить второй мангонель.

– Раз норманн может, почему не могу я?
– спрашивал он.

Никто не понимал, почему. Сэр Эдгар, правда, сразу вспомнил про деньги. Принц только рукой махнул. Его домен начинался здесь же, рядышком, на восточном берегу Туи. А сладкую воду и свежую пищу кораблям, идущим в Кер-Мирддин, продавал отнюдь не Гвин ап Ллуд. А получить всё это после нескольких дней на одних сухарях, разбавленном вине и воде с уксусом... Раскошелишься, даже если всего в дне пути вверх по реке ждёт столица королевства. Но в распоряжении Риса была и одна из трёх римских дорог, проходящих по южной Камбрии. Пошлины и постой обеспечивали его казну куда лучше, чем взносы за суд, плата за ремесленные привилегии и другие традиционные источники дохода.

Увидев в ладони принца дюжину блестящих жёлтых кружочков, командующий сразу оказался за. Для него это означало ускорение осады вдвое. Для сидхи - нет.

– Одной машины отлично хватит.

– Но я хочу построить мангонель! Он мне нравится, и опыт может пригодиться, - выложил неотразимый козырь Рис, - это не последняя на свете война, да и где я ещё научусь сидхи брать?

– Поработай с моим орудием, - предложила сидха, - пойми, мы с Эгилем и возле одной-то машины в кусочки разрываемся. И просто не успеем заниматься второй.