Чтение онлайн

– Я и не сомневаюсь, - согласилась Веда. Кэйзи снова наполнил стаканы.

– Насчет тех, двоих, о которых ты мне говорил, - вспомнил он.
– Ты уверен, что не хочешь, чтобы ими занялся Джо? Я снова покачал головой:

– Пока нет. Один из них отпетый мошенник.

– Я как раз и люблю таких, крутых, - сказал Ник.

Это было правдой.

Джо просунул голову в дверь.

– Все в порядке, босс. Я отнес ваши вещи, мисс, - улыбнулся он Веде.

Она поблагодарила. Несмотря на безразличие, сквозившее в ее взгляде, я заметил, что она смущена от подобной предусмотрительности - Тогда пошли, я поднимусь вместе с вами, - промолвил Кэйзи, поднимаясь.

Взяв приятеля за плечо и усадив на место, я сказал:

– Увидимся завтра, Ник. Мне с Ведой надо о многом поговорить.

Джо прыснул в кулак. Кэйзи изумленно уставился на меня.

– Не ожидал, дружище, от тебя такой прыти, - сказал он.

– Не удивляйся, - ответил я и взял Веду за руку.
– Привет!

Открыв дверь, я пропустил Веду вперед и оглянулся. От изумления Кэйзи застыл, раскрыв рот. Уже в дверях я сказал:

– Спасибо, Ник.

Когда мы проходили мимо бармена, он протяжно и тоскливо вздохнул. Я понял его вздох как комплимент в адрес моей спутницы.

Мы поднялись на лифте.

Дверь квартиры открыл негр. Он одарил нас широкой улыбкой, сказал, что все приготовлено, и показал, где виски со льдом.

Апартаменты были уютным гнездышком. Как раз для романтической парочки. Когда-то Кэйзи оборудовал их для себя, но он никак не мог встретить женщину, которая увлекла бы его больше чем на два часа кряду. Он вечно находился в поисках нового безотказного способа добывания денег, и всерьез заниматься юбками у него не было времени. Позже он выстроил за городом отель и в самом шикарном номере проводил время в компании таких же запойных игроков, каким был сам. А эти апартаменты Кэйзи навещал редко, но охотно предоставлял своим многочисленным друзьям, поэтому гнездышко никогда не пустовало.

Квартира состояла из просторного холла, спальни и кухни. Ванная комната тоже имела место. Из холла можно было выйти на крышу с ухоженным садом. Об интерьере позаботился специально приглашенный из Лос-Анджелеса дизайнер.

Несколько минут Веда затратила на изучение нашего жилища.

– Нравится?

Она медленно развернулась на каблуках.

– Куда ты дел пудреницу?

– Сядь и выслушай меня внимательно. Прежде чем говорить о пудренице, поговорим о тебе. Какая роль у тебя во всем этом?

Она закинула ногу за ногу, устроившись на широком диване с обивкой в веселенький ядовито-желтый цвет.

– Я хочу знать, куда ты дел пудреницу?
– настойчиво повторила она.

– Не все сразу.

Я приготовил два бокала, смешал виски с содовой и подошел к девушке.

– Начнем с самого начала. Кто ты и как оказалась замешанной в эту запутанную историю?

Она взяла бокал и, помедлив самую малость, сказала:

– Мне хотелось заработать, и я не смогла отказаться от выгодного предложения.

Я сел с ней рядом, осушил добрую половину порции и поставил бокал на пол. Потом предложил сигарету из пачки, которую обнаружил в кухонном шкафчике рядом с бутылкой.

– Где вы встретились с Германом?

– Он - мой импресарио.

Я пристально заглянул ей в глаза:

– Он сказал, что ты специалистка по стриптизу.

– Да.

– Послушай, Веда, не заставляй вытягивать из себя подробности клещами. Расскажи о своей жизни с самого начала.

Она отпила глоток и взглянула на меня. У нее была привычка разглядывать окружающее сквозь полуопущенные ресницы.

– Почему я должна демонстрировать душевный стриптиз? Хватит с меня и телесного!

– Потому что этого хочу я, иначе прекратим все рассуждения о пудренице.

Ее взгляд с моего лица переместился на стены. Выражение ершистости прошло, уступив место задумчивости и некой отрешенности.

– Мой отец владел маленькой фермой в Оклахоме. У меня было четыре брата и пять сестер. С тех пор, как себя помню, наша жизнь была очень тяжелой. Хозяйство постепенно приходило в упадок. Отец делал все возможное, чтобы спастись от краха, но безуспешно. Жизнь матери была еще безрадостнее, чем у отца. Нищета угнетала и обозлила ее. Дети росли полуголодными и диковатыми так считали соседи. Когда мне было пятнадцать, отца нашли мертвым. Он лежал лицом в луже, видно, захлебнулся по пьянке. После его смерти наша семья распалась. Я нашла место посудомойки в придорожном мотеле, мимо которого неслись грузовики денно и нощно. Как и все девочки в моем возрасте, я мечтала о Голливуде. Сначала стану статисткой, потом меня заметит какой-нибудь продюсер и сделает кинозвездой. Я поделилась планами с одним шофером, и он сказал, что в этом есть резон: с такой мордашкой и фигурой - это проще простого. И он предложил поехать с ним в Лос-Анджелес. Конечно, мое согласие составить ему компанию должно было быть предварено простенькой операцией в копне сена позади мотеля. "Господи, - думала я, - мне не придется больше мыть кучу грязных тарелок и реагировать на щипки водителей". Он обманул меня: копна была, а совместной поездки - нет. Все-таки я добралась до Голливуда. Позднее. Дорога заняла почти три недели. Я тряслась в кабинах попуток и прибыла в столицу кино в непоколебимой уверенности, что передо мною откроются все экраны Америки. Потом нашла место в шикарном кафе напротив киностудии "Парамаунт". После нескольких попыток меня согласился взять на кинопробу один не очень знаменитый режиссер. После уикэнда в кемпинге он честно сказал, что, несмотря на внешность, мне нечего делать на съемочной площадке. Он показал мне пленку с записью, и я с ним вынуждена была согласиться. Но искренне желая помочь, он рекомендовал меня Герману. "У Германа, - сказал он, - есть слаженный коллектив из девушек, которых охотно приглашают на мужские вечеринки. Плата каждой полтысячи за вечер. Все, что приходится делать, - принять ванну из шампанского, искупаться в аквариуме с вином, потанцевать на столе в одном лифчике или еще что-нибудь в подобном роде..." А уж два приглашения в неделю режиссер мне гарантировал непременно. И я дала согласие. Быстро освоила новое занятие, и отбоя от желающих не было.

Я зарабатывала кучу денег, но и тратила прилично. Ты, Флойд, сам знаешь зелененьких всегда не хватает. Тогда Герман предложил одно выгодное дельце...

Рассказывая все это, Веда смотрела на стену, словно боялась встретиться со мной взглядом. Она закурила и продолжила:

– Он сказал, что надо исполнить сольный номер в доме Линдснея Бретта. Я не подумала ничего плохого, уже привыкла разъезжать по городам, часто менять квартиры и поклонников. Позже Герман намекнул, что я могу заработать гораздо больше, чем обычно, если разузнаю комбинацию шифра на сейфе. Сперва я решила, что он шутит. Никогда прежде он не предлагал ничего подобного. Но он не шутил. Десять тысяч, если я достану секрет. Я ответила, что подумаю над его предложением.

Веда прошлась по холлу, демонстрируя фигуру. Ее фигура, без преувеличения, могла свести с ума любого мужика.

– В конце концов я решилась. Все сошло гладко. Бретт открыл сейф и показал друзьям недавно приобретенную ценность. Комбинация была на карточке, которую нетрудно было изъять из его портфеля и переписать. Он жутко нарезался, да и остальные мало чем от него отличались. Я попросила показать сигнальную систему, и он распушил передо мной хвост, демонстрируя ее возможности. Еще я умудрилась сделать слепок с ключа от служебной двери...

– Скажи честно, Веда, ты и вправду разгуливаешь во сне? Она рассмеялась:

– Это одно из тех редких занятий, которыми я не владею.

– Что было потом?

– Рассказала все Герману. Он был очень доволен, до тех пор, пока я не выставила претензий.

Веда поджала губы и наморщила чистый лоб.

– Для того чтобы узнать комбинацию, он должен ввести меня в курс дела. Я насторожился:

– И он согласился? Она пожала плечами:

– А что ему оставалось делать? Не сразу, но согласился. Он поведал, для чего ему пудреница и что он собирается с ней делать. Сказал, сколько она стоит и как обратить ее в наличные. За шифр Герман пообещал мне треть вырученной суммы.

– И все-таки объясни простофиле Флойду, зачем Герману именно пудреница? сказал я небрежным тоном, но ушки у меня оттопырились изрядно.

– А тебе зачем? Пудреницы нет вместе с сейфом. Я решил действовать напрямик.

– Одной тебе с этим делом не справиться, так что договаривай до конца, милая.

– Ты уверен, что я на твоей стороне, а не на стороне Германа?

– Но ты же спасла меня от него! Веда усмехнулась:

– Ну, ну, попробуй угадать почему?

– Ты, лапочка, догадалась, что Герман лишит тебя доли, да и знала, что за человек Паркер. Заполучив пудреницу, они запросто могут свернуть твою прелестную шейку, а потом заставят нырнуть в бассейн...