Чтение онлайн

– Это точно, господин, - радостно осклабился шамахинец.
– Воистину мудрое решение!

– Вот и все, о ибн аль-Хусайн, - улыбнулся вазир барида и отхлебнул из стаканчика с удовлетворенной улыбкой.
– Скоро твоя семья будет с тобой.

Скаля желтые зубы, шамахинец заахал:

– Воистину, как говорят у нас в городе, господин обладает мудростью и хитростью дракона!

Абу-аль-Хайр фыркнул и отмахнулся - мол, будет тебе льстить.

Тахир сглотнул, молча кивнул и тоже выпил.

– И да, - взмахнул рукой вазир барида.
– Зачем тебе идти к Масабадану? Тебе нужно приехать и засвидетельствовать свою верность эмиру верующих - дабы над тобой простерлась рука его благоволения и защиты. К тому же, и тебе, и мне есть что ему рассказать... Тогда госпоже Мараджил станет не до нишапурского джунда... Правда, Тахир?

Парс снова сглотнул, но возражать не стал.

Гнилостный запах тины смешивался с дымом очага и вонью отбросов. Закатное солнце косо било сквозь верхушки деревьев, верховой ветер гонял рябь над водоворотами громадной реки. Тиджр располосовывали отмели и длинные ленты намытых течением островов. Веер нестерпимо ярких лучей рассеивался в вершинах лохматой тополиной рощи на длинной травянистой косе, далеко врезавшейся в широкую, медленно текущую реку. Солнце ярко ходило бликами в заводи, темнели гривки травы и плавающие пятна водорослей, далеко-далеко на идущей рябью воде качался черный треугольник паруса.

С порывом ветра замотались ветви в роще, купы деревьев заходили ходуном. Сзади, во дворе с новой силой заорали дети - теперь они гонялись друг за другом. Аббас, Марван и трое хозяйских - две девочки в нестираных рубашонках и такой же голозадый мальчишка лет четырех. Он требовательно ревел, потому что никого не мог догнать, и кидался во всех кусками навоза. С тахты под навесом визгливо заорала Арва - она кормила грудью, и младенец в ответ на общие вопли тоже зашелся в плаче.

Иорвет сделал еще один шаг вперед в высокой, мокрой от росы траве.

– Вы видите то же, что и я, Иорвет-сама?
– тихо спросил аураннец.

Некоторое время сумеречники молча смотрели куда-то в сторону треплющихся под ветром тополей на травяной косе.

– Да, Янаи, - наконец ответил Иорвет.
– Ты прав. Это не бревно.

– У бревна не бывает глаз, - очень тихо отозвался аураннец.
– Но что же это может быть, господин? Я никогда не видел прежде существа, внешне походящего на ящерицу, но не имеющего отчетливого облика для второго зрения...

Желто-серые глаза лаонца с мгновение созерцали нечто недоступное - и сморгнули:

– Мой страх. И моя смерть.

– Хе-хе-хе...
– хихиканье донеслось почему-то раньше сопровождавшего Фазлуи душка, в котором запах старости причудливо смешивался с ханаттийскими притираниями.

Сабеец нарочито медленно проковылял от ворот к сумеречникам. И тоже покивал в сторону рощи:

– Хе-хе-хе... Твоя, не твоя... Смерть, желтоглазик, смерть...

– Что это?
– резко спросил Янаи и мягко положил руку на длинную рукоять меча.

– Аждахак, - вздохнул Фазлуи.
– Змей Рустама.

Иорвет по-совиному медленно смежил веки и кивнул в знак согласия.

– Южный дракон... Скверно...
– пробормотал аураннец.
– Разве эти демоны не выглядят как большие ящерицы и в призрачном мире?

– Не все и не всегда, - хмыкнул старик.
– А этот еще и оголодал, вот и истончился до бурой кляксы. Глупца-мужеложца, знать, ненадолго хватило...

Оба сумеречника покосились на мага и насторожили уши. Янаи мягко проговорил:

– Он идет за нами уже давно. Почему?

– Хочет получить облик, - с хихиканьем отозвался сабеец.
– И покушать.

– Почему он идет именно за нами?

– А за кем же ему идти?
– маг потер сухонькие пятнистые ладошки.
– Госпожа скормила ему халифенка, он и тянется за ней из водички...

– Как она это сделала?
– резко спросил Иорвет.

– Как?
– сабеец пожал плечами под драным халатом.
– Как все делают, так и она сделала. Ногти и обрезки волос зашили в куклу и проткнули драконьим зубом. Аждахак притащился за аль-Амином с самого юга, позорника цапнул и теперь вот ползает тут беспризорно, змеечек наш всеми покинутый, хи-хи-хи...

– Куклу сожгли?
– сквозь зубы процедил Янаи.

– К-какая разница, - зашипел в ответ лаонец.
– Дракон помнит ведьму. И идет - по кровавым следам...

– Невинная кровь, - сладострастно зачмокал провалившимися губами старик.
– Невинная кровь течет за нашей госпожой, змеечку нра-аавится... Ждет утречка наш змеечек... чтобы напасть на неосторожных, не ждущих опасности, хи-хи-хи... А госпожа наша крайне неосторожна в последнее время, крайне... Не слушает старого Фазлуи, совсем не слушает, слишком, знать, кружит ей голову запах крови и власти...

И сабеец оскалил розовые десны с гнилыми пеньками зубов:

– Аждахак как раз такое любит. И ждет, когда госпожа отдаст приказ, который нельзя отдавать безнаказанно. И останется беззащитной, хи-хи-хи...

Сумеречники переглянулись.

– Вы знаете, и я знаю, - закивал лысой головой старый маг.
– Мыслечки нашей госпожи текут привольно, как эта речка, хи-хи-хи... Не любит наша госпожа оставлять свидетелей, ох не любит... Я составил ее гороскоп, и завтрашний день показывает большую опасность, идущую, хи-хи-хи, от воды...

И Фазлуи развернулся и поковылял обратно к воротам, за которыми с визгом носились дети.

– Ты слышал легенду про царя Заххака?
– спросил мага в латаную спину Иорвет.

Сабеец еще больше ссутулился, вытянул худую кадыкастую шею и по-змейски выглянул из-за плеча:

– Я слышал, что это не легенда, желтоглазик.

– Не боишься, что змей ее не сожрет? Что, если он в нее вселится? Никогда не приходилось составлять гороскоп демонихе?

Маг молча пожевал губами. Потом сморгнул морщинистыми, в красно-фиолетовых прожилках веками и поплелся дальше.

Аураннец в отчаянии сплюнул себе под ноги. И выдавил:

– Что же делать?!..

– То, что должен, Янаи, - спокойно ответил Иорвет.
– То, что должен.

– ...Так-то ты благодаришь меня за спасение своей никчемной жизни, о Якзан...
– прошипела Мараджил.

И с размаху ударила лаонца по щеке. Потом вся сжалась в тугой клубок злости и отвесила еще одну оплеуху. Потом еще. И еще.

Светловолосая голова моталась от ударов, айяры крепко держали сумеречника за скрученные веревкой локти.