Чтение онлайн

Едва их взгляды встретились, как девочка тут же отвернулась и чинно выпрямила спину.

У Клейна дрогнул уголок губ. Сделав вид, будто ничего не заметил, он поднялся в экипаж.

Под багровой луной и чистым ночным небом двухколесная карета резво катила вперед, проносясь сквозь хитросплетения городских улиц.

Вернувшись домой, Клейн отправил Бансона принимать ванну первым, а сам подошел к спальне Мелиссы и дважды постучал в дверь.

Мелисса, которая как раз собиралась в другую уборную, со скрипом отворила дверь и с недоумением уставилась на брата.

— Мелисса, ты ведь хочешь о чем-то спросить? Я же вижу, — Клейн решил взять быка за рога.

«Прекращай уже сверлить меня взглядом исподтишка…»

Губы Мелиссы дрогнули, и она, слегка нахмурившись, произнесла:

— Клейн, что ты такого сделал с Элизабет? Она вела себя очень странно.

Она не стала останавливаться:

— Да и Селена потом тоже стала сама не своя.

Клейн, заранее ожидавший подобных вопросов, парировал:

— Ты ведь в курсе, что Элизабет и Селена увлекаются мистицизмом?

— … В курсе, но мне это совершенно не по душе. Я не верю, что в этом мире существуют вещи, не поддающиеся логическому объяснению, — Мелисса на секунду опешила, но ответила с абсолютной серьезностью. — А всё наше так называемое непонимание — лишь следствие нехватки знаний.

— Угу, я тоже так считаю, — с легким зазрением совести поддакнул Клейн.

«Когда-то и я свято в это верил. Ровно до тех пор, пока моя затея с неизвестным ритуалом не увенчалась „успехом“…» [96]

Он легонько откашлялся и продолжил:

— Мистицизм неразрывно связан с языком гермес. В древности он использовался исключительно для жертвоприношений и молитв. Элизабет знала, что я неплохо в этом разбираюсь… хех, как-никак, это вотчина историков. Поэтому она подошла ко мне, чтобы уточнить правильное произношение некоторых слов и их истинное значение.

Мелисса едва заметно кивнула. Это объяснение вполне ее устроило, так как идеально вписывалось в ее представления о брате и подруге.

— Что же касается того, почему Элизабет и Селена потом вели себя так странно, то здесь я могу лишь развести руками, — Клейн первым делом поспешил откреститься от любых подозрений. — Впрочем, у меня есть одна догадка.

— У тебя есть догадка? — с искренним удивлением выпалила Мелисса.

Клейн подпер подбородок рукой и произнес:

— Я сделал этот вывод, опираясь на те слова, о которых спрашивала Элизабет. Тот фрагмент на гермесе был связан с гаданием и обращался к весьма зловещим сущностям. Хм, скажи, когда Селена проводила свое «гадание на волшебном зеркале», она ведь читала заклинание на гермесе?

Он намеренно завел об этом речь, чтобы в будущем сестра держалась подальше от подобных экспериментов. А если она заодно станет чуть реже общаться с Селеной и Элизабет — это будет просто идеальный вариант.

— Да… — с легкой заминкой ответила Мелисса. — Кажется, теперь я понимаю, почему они вели себя так странно…

Клейн тут же поспешил направить ее мысли в нужное русло:

— Элизабет выяснила у меня истинный смысл заклинания и поняла, что гадание Селены было обращено к зловещим, еретическим культам. Поэтому она нашла подходящий момент, чтобы высказать ей свои претензии и указать на эту чудовищную ошибку?

— Я уверена, что всё так и было, — Мелисса ни на секунду не усомнилась в этом выводе, ведь она пришла к нему собственным умом.

Убедившись, что его уловка сработала, Клейн с облегчением выдохнул:

— В будущем постарайся почаще вразумлять Селену. Ей нужно вернуться в лоно истинной веры.

Произнося эти слова, он с видом благочестивого священнослужителя четырежды коснулся своей груди, начертав знак луны.

— Да, я обязательно так и сделаю! — твердо пообещала девочка.

— И еще кое-что. Ни словом не обмолвись Элизабет и Селене о наших догадках. Да и о том, что я тебе сейчас рассказал — тоже. Я ведь обещал Элизабет, что сохраню всё в тайне от тебя, — добавил Клейн напоследок.

— Хорошо, — Мелисса коротко кивнула.

Понедельник, восемь утра. Охранное предприятие «Черный Терн».

Сняв шляпу, Клейн поздоровался с Розанной и Бретом. Перекинувшись с ними парой дежурных фраз о погоде, он направился прямиком в кабинет капита Данна Смита.

Толкнув дверь и подняв взгляд, юноша едва не отшатнулся от неожиданности. Лицо Данна было мертвенно-бледным, а серые глаза заметно помутнели, утратив свою привычную, завораживающую глубину.

— Что-то случилось? Это из-за Хайнаса Винсента? — с тревогой и удивлением спросил Клейн.

Данн помассировал лоб, сделал глоток кофе и с горькой усмешкой ответил:

— Хайнас Винсент мертв.

— Кто-то успел добраться до него раньше нас? — сжимая в руке трость, Клейн опустился на стул напротив капитана.

Данн не стал отвечать напрямую. С тяжелым вздохом он произнес:

— Вчера вечером мы с Леонардом наведались к нему. Поскольку в обычной жизни он не подавал никаких признаков безумия, да и в его доме не нашлось ничего подозрительного, я решил для начала проникнуть в его сон, чтобы поискать зацепки там.

Он замялся.

— В его сне… В его сне…

Данн повторил это дважды. В его глазах промелькнул неконтролируемый страх.

— В его сне я увидел крест. Колоссальный крест, застилающий собой все небо. А на этом кресте огромными черными гвоздями был распят обнаженный мужчина. Его руки были раскинуты в стороны, ноги прибиты к верхней перекладине, а голова безвольно свисала вниз, словно кулон. Все его тело было сплошь исполосовано кровоточащими ранами.

Стоило мне лишь увидеть эту картину, как я тут же потерял сознание и вылетел из его сна. А когда я пришел в себя, Леонард сообщил мне, что Хайнас Винсент умер во сне.

— Исполинский крест, распятый вниз головой окровавленный мужчина… Это весьма похоже на Истинного Творца, которому поклоняются некоторые тайные организации. Вот только сходство далеко не полное… — с сомнением пробормотал Клейн, выстраивая догадки.

Тайные организации, верующие в Истинного Творца, появились в основном лишь в последние двести-триста лет — как, например, Орден Авроры или Орден Железного и Кровавого Креста. Однако подобные образы неизменно всплывали в истории на протяжении всей последней тысячи лет.