Клоун
Шрифт:
Профиль — верно, цифра — ложь!
«Вот и славно, значит, обошлось…» — Клейн позволил медной монетке весело закрутиться меж пальцев.
Подобное упрощение ритуала было под силу лишь истинному «Провидцу».
Элизабет завороженно смотрела в спину Клейна, наблюдая за взлетевшим пенни и тем, как непринужденно он его поймал.
Лишь когда юноша скрылся на лестнице, она развернулась и скользнула в спальню. Селена всё так же лежала без сознания на полу, а рядом искрились осколки разбитого зеркала.
Затаив дыхание, Элизабет на цыпочках подобралась к осколкам. Убедившись, что в них отражается лишь потолок, а не та жуткая «Селена», она окончательно успокоилась.
Девушка шумно, с невероятным облегчением выдохнула.
Однако, как она ни старалась, дотащить Селену до кровати ей так и не удалось — она лишь растормошила спящую подругу.
— Элизабет… что со мной? Я что, перебрала с вином? — слабым голосом пробормотала Селена. Ее обычно сияющие глаза заметно потускнели, в них читалась лишь полная растерянность.
Элизабет поколебалась пару секунд и предельно серьезно ответила:
— Нет, Селена. Ты вляпалась в беду. Твое гадание на волшебном зеркале привлекло какую-то жуткую тварь.
— Да ну? — Селена, опираясь на плечо Элизабет, тяжело опустилась на край кровати. Потирая виски, она добавила: — Я помню только, как начала читать заклинание для зеркала.
Элизабет принялась плести полуправду:
— Ты вдруг стала сама не своя! Та ты, что в зеркале, даже отличалась от настоящей… Я жутко перепугалась. Под предлогом сюрприза затащила тебя в спальню, выхватила зеркало и разбила его об пол! А потом… потом ты просто грохнулась в обморок.
— Хвала Богине, теперь с тобой всё в порядке!
— Я… я совсем этого не помню… — мертвенно-бледная Селена испуганно замотала головой.
Чем больше она пыталась вспомнить, тем гуще становился туман в ее голове, и тем сильнее ее охватывал первобытный ужас.
Инстинктивно подняв взгляд на письменный стол, она заметила, что вещи расставлены совершенно иначе.
«Да что здесь вообще стряслось?..» — мучительно соображала Селена. На задворках сознания мелькнул лишь смутный образ мужской спины — не слишком высокой и крепкой, но удивительно прямой. На незнакомце был черный фрак и шелковый полуцилиндр.
— Селена, — Элизабет заговорила с пугающей торжественностью. — Когда я в прошлый раз покупала амулет на подпольном рынке, я познакомилась с одним экспертом в области мистицизма. Он строго-настрого запретил возносить молитвы кому-либо, кроме семи ортодоксальных Богов. Иначе это неминуемо обернется катастрофой. Поклянись мне, что больше никогда не станешь с этим экспериментировать! Я ведь чуть с ума не сошла от страха, гадая, смогу ли я тебя спасти!
До смерти перепуганная Селена торопливо закивала:
— Клянусь, больше никогда!
— Кстати, а что вообще означало твое заклинание для зеркала? Если мне еще раз повезет встретить того эксперта, я обязательно у него спрошу, — как бы невзначай поинтересовалась Элизабет.
Селена помассировала виски и напрягла память:
— Блуждающий дух, служитель Истинного Творца, око, взирающее на судьбу.
Цок, цок, цок.
Неспешно спускаясь по лестнице, Клейн тщательно расправил складки на одежде и стряхнул с нее невидимую пыль.
Затем он снял шелковый полуцилиндр, перехватил черную трость с серебряным набалдашником и вразвалочку подошел к длинному обеденному столу.
— И где ты пропадал? Тебя не было минут десять, — спросил брат Селены Крис, как раз сбросивший карты в пас.
Клейн с улыбкой ответил:
— Освежался в уборной, а потом познакомился с парочкой леди на втором этаже.
— Обожаю твою прямолинейность! — хохотнул Крис.
У него были рыжие волосы и унаследованный от семьи невысокий рост. Лицо украшали очки в золотой оправе, а в манерах сквозила хватка опытного дельца — он был весьма успешным солиситором.
«Знал бы ты, что я поднимался на второй этаж лишь затем, чтобы вырубить твою сестренку, ты бы запел по-другому…» — Клейн лишь скромно улыбнулся:
— Сугубо академическая беседа.
«В области мистицизма…»
Пристроив шляпу, он уселся на свое место. Когда началась новая раздача, Клейн получил две карманные карты.
Приподняв уголки, он увидел пикового короля и бубнового туза.
«Надо же, удача возвращается… Награда за добрые дела?» — Клейн выудил медные монеты, готовясь сделать ставку.
«Раз уж Хайнас не учил Селену этому заклинанию целенаправленно, то и спешить с докладом капитану нет особой нужды…» — рассудил он про себя.
На протяжении всей игры Клейн придерживался весьма осторожной тактики: ставил только с хорошей картой и не пытался вскрывать чужие блефы, если не был уверен наверняка. В итоге обошлось без серьезных потерь и выигрышей. К половине одиннадцатого, когда партия подошла к концу, он остался в плюсе на шесть пенсов.
— А я в плюсе на два сула и восемь пенсов, — Бансон с довольным видом покрутил в руках купюры и медяки.
— Кто бы мог подумать, что ты у нас карточный шулер, — со смехом поддел брата Клейн.
— Вовсе нет, я играю раз в сто лет. Но я твердо усвоил: покер — это те же переговоры. Главное — скрыть свои козыри, прочесть карты соперника, а затем пустить в ход все средства: запугать или заманить в ловушку… — Бансон не успел договорить, заметив спускающихся со второго этажа Мелиссу и ее подруг.
— Пора домой, — Клейн скользнул взглядом по сестре и ее компании, потирая ноющие виски.
Головная боль так никуда и не делась.
Перед уходом Клейн наведался в уборную и, улучив момент, когда они с Элизабет разминулись в коридоре, узнал у нее полный текст заклинания.
Вернувшись к брату и сестре, он с улыбкой произнес:
— Да, чуть не забыл! Мне нужно срочно заскочить на работу. Заедем по пути на Зотланд-стрит? Это займет буквально минутку.
Глава 88
Доклад
— Что стряслось? — как бы невзначай поинтересовался Бансон.
Мелисса же внимательно смотрела на брата. Ей казалось, что поведение Клейна сегодня вечером тоже было весьма странным — лишь немногим лучше, чем у Элизабет и Селены чуть позже.