Чтение онлайн

Я склонился над Гестой, остекленевшим взглядом смотрящей в потолок.

«Пока вампир не превратился в пепел — он жив», — напомнил себе, пусть сознание и отказывалось воспринимать два растерзанных тела, как живые.

Слишком сильна устоявшаяся привычка и крепко знание о том, что такое «смертельная рана». Очень сложно привыкнуть к тому факту, что представители бессмертного вида живут немного по иным законам. Особенно высшие.

Не глядя вскрыл запястье когтем, тут же поморщившись от резкой боли. Кровь хлынула вниз, в ладонь и на пол. Протянув руку, заливая внутреннюю полость умирающего тела своей кровью, обхватил начавшее затихать сердце и передвинул выше, к порванным сосудам, буквально вложил его в переплетение красных трубок. Прямо на глазах от трубок к живому моторчику устремились тонкие жгутики ожившей плоти, которые сразу же начали впиваться в мягкую трепещущую плоть и соединять порванные кровяные каналы с клапанами.

Ещё через пару секунд сердце снова соединилось со своим организмом. Остекленевшие глаза не-мёртвой дёрнулись. Она захрипела, набирая в грудь воздух, что в купе с разорванной рёберной клеткой смотрелось жутко. Раздался булькающий кашель, потому что в лёгкие попала кровь из распоротого горла. Поднатужившись, перевернул девушку на бок, чтобы она могла сплюнуть.

В сознании билась тщательно контролируемая истерика. Не смотря на мои уверенные движения и понимание того, что именно нужно сделать, мозг отказывался воспринимать происходящее, как реальность. Достаточно представить в той же ситуации разорванную грудную клетку у человека. Это гарантированный труп. И мозг не мог принять никакой иной картины мира. Никак. Вообще.

Конечности слушались меня уже лучше, потому без помощи Ари я поднялся и склонился над сыном Старейшего. У него повреждений не было. Не считая вывернутой на другую сторону головы.

Обхватив его тыковку, которая легко поддалась, — очевидно, потому что она напрочь выломана из позвоночного столба! — я осторожно повернул её на бок, внутренне содрогаясь от иррациональной картины. Для моего сознания, принадлежащего обычному человеку, было чудовищно странно поворачивать напрочь вывернутую человеческую голову и возвращать её в естественное положение. Я поёжился.

Перевернув Силсиэра с живота на спину, довернул голову до естественного положения. Ничего не произошло. В потолок смотрел всё тот же стеклянный взгляд.

Поморщившись, извлёк кинжал и вскрыл ладонь, после чего начал капать своей кровью на порванную кожу и мышцы шеи, заливая ткани Сородича. Прямо на глазах плоть начала восстанавливаться, волокна принялись стягиваться друг с другом, кожа стремительно регенерировала.

Раздался оглушительный хруст. Сын Старейшего внезапно с хрипом втянул воздух и часто заморгал. Я залечил рану на ладони и убрал кинжал в ножны. Взгляд упал на потрясённо таращащую глаза Ариадну. Внутри шевельнулся Зверь, намекающий на то, что я потерял много сил и крови — не мешало бы подкрепиться.

Тяжело отойдя к ближайшей стене, — той, что слева от трона — буквально сполз по ней на пол.

— Уходи. Спрячься в комнате и не вылазь, пока я не позову. Эти двое… — кивок в сторону двух моих сервантов. — Они прикончат тебя с голода. Их организмы потеряли много крови, из-за чего им очень тяжело контролировать внутреннего Зверя. Сейчас они беспомощны, но через пару минут смогут подняться на ноги. Спрячься пока и не отсвечивай…

Я прикрыл глаза и упёрся затылком в стену за спиной. На тело начала наваливаться слабость.

— А ты?.. — голос Ариадны оказался совсем рядом. Даже не услышал её шагов. Ноздрей коснулся запах человека.

Зверь внутри шевельнулся вновь и раскрыл глаза. Он потянулся, хищно изгибая спину, просыпаясь от долгого сна.

— Жить буду. Иди, — рыкнул тихо.

— Я хочу помочь! — упрямо заявила девушка.

«Дура», — констатировал внутренний голос.

— Поможешь. Просто иди. Я уже не умру, — терпеливо попросил, открывая глаза. Охотница отшатнулась. Из груди вырвался рык, а Зверь внутри окончательно пришёл в себя и хищно втянул воздух, улавливая такой манящий девичий запах.

— Убирайся! — прошипел я.

Поджав губы, дочь деревенского старосты собрала волосы и сложила их на левом плече, после чего подошла и рухнула подле меня на колени. Склонилась к моему лицу правой стороной шеи.

— Пей! — напряженно сказала сестра Кена.

— Что ты делаешь? — прохрипел, давя порывы Зверя. Ноздри щекотал манящий запах.

— Если я уйду, вы перебьёте друг друга. Или ещё что-нибудь. Выйдите на улицу и сгорите! Крови в зале нет, вам придётся идти по дневному лесу! Если на пути попадётся кто-то из клана — вы просто растерзаете его!

— И поэтому ты решила пожертвовать собой? — прорычал, с трудом сдерживаясь.

Хотелось оттолкнуть глупую, но на пальцах уже выдвинулись когти. Я понимал, что если коснусь её хоть пальцем, то наоборот притяну к себе и вгрызусь в глотку. Касаться Ариадны было нельзя. Я отвернул голову и закрыл глаза, тяжело дыша.

— Я доверяю тебе и знаю, что ты не причинишь вреда. И заодно остановишь этих двоих, — раздалось над моим ухом.

Девушка уселась на мои бёдра и обхватила моё лицо ладонями. Повернула к себе.

— Пей. Иначе вы втроём вломитесь в мою комнату и тогда мне точно не жить!

В её словах была толика истины. Три голодных высших вампира — это мощно. Ни один засов не спасёт.

Я обнажил клыки. Зверь довольно заурчал, забирая контроль.

— Надо… Из руки… — прохрипел. Было уже поздно. Зверь окончательно завладел телом. Я схватил плечи охотницы.

Последнее, что успел сделать, это сдержаться и не разорвать её шейку, вместо этого плавно введя клыки в её шею.

— Ах-х… — ушей коснулся тихий женский вздох.

В рот скользнула кисловатая жидкость. Это была не кровь каких-то там бандитов, которых я обычно пил. То был скорее нектар. Он разливался горячей волной по языку, скользил в пищевод и разливался теплом в груди. Глоток. Ещё один.

Я жадно алкал нежную девичью кровь, буквально всасывая её в себя, боясь пролить хоть каплю. Ещё глоток. И новый…

«Оторвись…»

Новый глоток…

«Заканчивай уже…»

Я сделал ещё один глоток и разлепил глаза. Собрав всю свою волю в кулак, рванулся вперёд, перехватывая контроль над телом. Сделав последний глоток, буквально с силой оторвал самого себя от её шеи и тут же зажал аккуратные ранки ладонью.

— Ты жива? — спросил хрипло.

Лицо Ариадны было бледным, но она слабо кивнула.

«Исцеление тенями».

Ранки мгновенно затянулись. Я ждал, что девушка сейчас зашипит от боли, но вместо этого её губы тронула слабая улыбка.

«А Нокс вопил при исцелении так, как будто ему ноги заново ломают…» — задумчиво произнёс внутренний голос.

Раздался шорох. Я перевёл взгляд за спину охотницы. Там на ноги уже встал Силсиэр. Его плотоядный взгляд был направлен на дочь старосты. Суженные зрачки кроваво-красных глаз говорили о том, что ничего разумного в нём сейчас нет.