Чтение онлайн

— Только написал его, если верить газетам, отъявленный негодяй, — ответила миссис Куинн, качая головой. — Я не стану предлагать такое дамам. Что еще у вас есть?

Эвелин сжала губы:

— В «Гордости и предубеждении» есть весьма тщеславный персонаж в лице Лидии. В остальном это довольно порядочная книга.

Миссис Куинн прищурилась:

— У вас найдется пятнадцать экземпляров?

— Пятнадцать? — Эвелин не предполагала, что дамский клуб миссис Куинн окажется столь большим. — Как часто у вас проходят встречи?

— Каждую неделю, — ответила миссис Куинн. — Обычно мы покупаем книги у Сэмпсона, но я наткнулась на ваш рекламный щит и подумала, что здесь смогу выторговать цену получше.

Эвелин еле удержалась от соблазна посмотреть на Уильяма как бы со словами: «Я же говорила».

— Могу предложить вам оптовую скидку. Скажем, пятнадцать книг по цене четырнадцати.

Миссис Куинн прищурилась:

— Нет. Теперь мне ясно, что ты здесь работаешь, и я хочу кое-что другое. Я хочу, чтобы рядом с названием моего клуба стояло имя твоей матери. «С одобрения баронессы Ситон». Звучит, правда? И что имя ее опозорено, никто не узнает, и моему клубу — почетный титул.

Эвелин облизнула губы, придумывая, что ей ответить.

— Как бы прекрасно это ни звучало, могут возникнуть определенные трудности.

«Потому что тогда матушка спросит, где я с вами встретилась, и мне придется объяснять, что все это время я пропадала не с леди Вайолет, а пошла против ее воли и нашла работу».

— Значит, с покупкой книг тоже могут возникнуть определенные трудности, — пожимая плечами, ответила она. — Я всегда могу пойти к Сэмпсону…

— Стойте! Подождите, — сказала Эвелин, скривив губы. — Если вы согласитесь не рассказывать ничего моей матери, возможно, я смогу что-нибудь придумать.

Миссис Куинн бросила на нее осуждающий взгляд:

— Ты хочешь, чтобы я солгала твоей матери?

— Не совсем, — возразила Эвелин. Во рту у нее резко пересохло. — Просто, чтобы… воздержались от упоминания.

— Ты знаешь, милая моя девочка, что говорит Господь о лжи путем умолчания?

— Что это грех, — совершенно искренне ответила Эвелин. — Но много ли греха в том, чтобы помочь дамам из вашего клуба? Разве вы не для этого его создавали?

Губы миссис Куинн вытянулись в тонкую линию. Она поправила сумочку, висевшую у нее на руке.

— Я могу купить книги у Сэмпсона, мисс Ситон, и мне не придется никому лгать.

Эвелин вышла из-за прилавка и загородила миссис Куинн дверь:

— А вы сможете получить от него пятнадцать книг по цене двенадцати и одобрение моей матери?

Миссис Куинн посмотрела на дверь, а затем на сумочку.

— Если у вас найдется пятнадцать экземпляров того, что мне нужно, думаю, мы договорились.

Эвелин посмотрела на Уильяма, вскинув брови, — этот жест, который она довела до совершенства, означал «присмотри за магазином», — и направилась в подвал.

Она поставила свечу на край стола и принялась снимать с полок коробки. В каждой второй оказывалась «Война миров», и Эвелин уже начала размышлять, как уговорить миссис Куинн ее купить, как вдруг что-то упало рядом с ней на пол. Сердце ее ушло в пятки.

Это была рукопись Уильяма.

С того самого дня, как она ее обнаружила, она каждый день под разными предлогами бегала в подвал, надеясь, что он снова оставил ее на столе. Но он не оставлял. Она знала, что следовало вернуть рукопись туда, где он ее прятал, но пальцы сами открыли ее на последней странице. Эвелин заметила, что рукопись заметно потяжелела. С тех пор как она видела ее в последний раз, Уильям добавил добрый десяток глав, однако последняя, казалось, была написана в спешке — вся страница была в чернильных кляксах:

Может быть, это никак и не связано с тем, что случилось в пятницу. Если мыслить рационально, то все-таки он пишет роман. Его события могут быть полностью выдуманы, совершенно не связаны с реальностью.

А могут иметь с ней самую что ни на есть прямую связь. Если так, то понятно, почему он себя так странно ведет…

— Если ищешь книги Джейн Остен, то они в мезонине! — крикнул Уильям с верхней ступени лестницы. — Могу сбегать, если поднимешься.

— Иду! — отозвалась Эвелин, убирая рукопись на место.

Когда миссис Куинн — с одним экземпляром в сумочке и остальными четырнадцатью в чеке с доставкой в среду — ушла, Уильям внимательно посмотрел на Эвелин и сказал:

— Эвелин, что-то не так?

Она подняла на него взгляд и сдвинула брови.

— Что? Нет. Почему ты спрашиваешь?

— Потому что мне кажется, что ты хочешь что-то мне сказать.

— Вовсе нет, — возразила она, краснея и поправляя на столе бумаги. — Что я должна сказать?

На лице Уильяма промелькнуло какое-то выражение, которое она не смогла прочитать, а затем он тихо ответил:

— Конечно же, ничего.

В пятницу тетушка Клара приготовила стейк и печеночный пудинг с соусом из колотого желтого гороха. Отец, игнорируя сердитый взгляд тетушки Клары, сам положил всем по кусочку и радостным голосом объявил, что заказал четыре билета на пьесу Оскара Уайльда «Как важно быть серьезным» в первую субботу сентября.

— Ох, — вздохнула Сесилия, расстроившись. — А я думала, что ты сообщишь нам какие-нибудь новости о том, когда мы сможем вернуться в Риккалл-холл.

— Театр? — Тетушка Клара поморщила нос так, словно понюхала что-то зловонное. — Ненавижу театры.

Джон вздохнул.

— Эвелин, кажется, ты тоже разочарована. Ты презираешь искусство?

— Нет, — ответила Эвелин. — Я не презираю искусство.

— Дорогой, — продолжила Сесилия, наклоняясь ближе к мужу и кладя ему руку на предплечье. — Ты обещал, что мы скоро возьмем карету и…

— Возьмем, — перебил Джон, добавляя себе еще густой темной подливы в тарелку. — Но на этом спектакле будут присутствовать все самые важные люди Англии. Из надежных источников мне известно, что в Йорк на две недели приехал герцог Рексемский и скупил почти все билеты на этот вечер. А значит, зал будет полон людей с длинными именами и толстыми кошельками. Людей, которые знают толк в инвестициях.

— Теперь все понятно, — сказала Эвелин. — Это не семейный поход в театр. Это деловое мероприятие.