Чтение онлайн

Она приняла все без остатка, выгнувшись подо мной и издав тихий, удовлетворенный вздох.

— Ну что… — она сладко потянулась подо мной. — Понравилось, господин? Готовы пересмотреть график «кормлений»?

— Как бы не бросить весь мир ради этого, — выдохнул я, откатываясь от нее и падая на спину рядом. Голова кружилась, а по телу разливалась приятная, ленивая истома. — Это слишком… классно. Теперь понятно, почему мужчины готовы были умереть с тобой в постели, занимаясь этим до последнего вздоха. Я аж еще хочу.

Я лежал, раскинув руки, глядя в потолок с осыпавшейся штукатуркой, и пытался перевести дух. Ощущения были фантастическими, будто каждый нерв в моем теле пел от удовольствия.

— Ладно, — лениво провел я рукой по воздуху. — А теперь ртом. Надо почувствовать и это…

Я не успел договорить. Оксана, будто ее ждал только этот приказ, мгновенно соскользнула с матраса и устроилась между моих ног. На ее лице играла хитрая, довольная ухмылка, словно она знала, что сейчас произойдет.

Ее язык коснулся моего члена, и я вздрогнул. Это был не просто язык. Его текстура была иной — бархатистой, но с крошечными, едва уловимыми пупырышками, которые вибрировали, создавая невероятное ощущение. Он был невероятно гибким, подвижным и… страстным. Он словно чувствовал каждое мое желание, каждое изменение в теле.

Она начала с нежных, едва заметных поцелуев и ласканий кончиком, обводя им каждую чувствительную точку, каждый изгиб. Затем ее губы сомкнулись вокруг головки, и я ощутил легкое, приятное давление. Но главное волшебство творилось внутри.

Ее язык обвил мой ствол, как живой, независимый змеёныш, совершая волнообразные, пульсирующие движения. Он скользил вверх-вниз, массируя, одновременно с этим кончик ее языка выписывал невероятно сложные и чувственные фигуры прямо на самой нежной части.

Я просто лежал, не в силах пошевелиться, уставившись в потолок широко раскрытыми глазами. Волны блаженства накатывали одна за другой, каждая сильнее предыдущей. Это не было похоже ни на что, что я испытывал раньше. Это было искусство. Мастерство, доведенное до абсолюта магией и многовековой практики.

Она то поглощала меня почти целиком, не вызывая ни малейшего дискомфорта, то отступала, играя только головкой, заставляя меня стонать и извиваться от наслаждения. Ее пальцы нежно ласкали мои яйца, усиливая и без того взрывные ощущения.

Я чувствовал, как нарастает знакомое напряжение, неумолимое, могучее. Мое дыхание стало прерывистым, тело напряглось.

— Оксана… я сейчас… — успел я простонать.

Она не остановилась. Наоборот, ее движения стали еще более интенсивными, быстрыми, целенаправленными. Она смотрела на меня своими большими голубыми глазами, и в них читалось торжество и жадное ожидание.

Взрыв был сокрушительным. Я кончил ей в рот с громким, срывающимся криком, мое тело выгнулось дугой. Спазмы были такими сильными, что аж в глазах потемнело.

Она приняла все, не проронив ни капли. Ее горлышко сглотнуло несколько раз, а затем она медленно, с наслаждением облизнула губы, все еще держа мой член в руке и смотря на меня с видом гурмана, оценивающего изысканное блюдо.

— Ну как, господин? — прошептала она, ее голос был немного хриплым. — Достаточно для первой недели? Или… повторим?

— Еще… не! Хорош! — я с трудом выдохнул, отталкивая от себя навязчивые образы бесконечного блаженства. Мысль о том, что я могу запросто двинуть кони прямо здесь, на этом вонючем матрасе, отказавшись от трона, армии и всего мира ради этих магических ласк, была пугающе соблазнительной. Внутри все бурлило и требовало продолжения. — Оденься и принеси что-нибудь выпить. Крепкого.

Оксана, с хитрой, довольной ухмылкой, скользнула с кровати. Ее движения, когда она натягивала на себя убогое тряпье, были на удивление грациозными и откровенно сексуальными. Каждое действие она превращала в соблазн, даже просто поправляя рукав. Кинув мне многообещающий взгляд, она выпорхнула за дверь.

Я остался один, пытаясь загнать свой разум в привычное русло. Закрыв глаза, я отсек остаточные всплески удовольствия и вызвал в воображении карту. Не просто изображение, а живую, трехмерную модель моих земель, вражеских позиций и сил.

Две цитадели. «Орлиное Гнездо» и «Серый Утес». Мысленным взором я увидел их — неприступные каменные твердыни, вмурованные в самые высокие пики гор. Подступы к ним — узкие тропы, где армия растянется в уязвимую нитку. Штурм в лоб — самоубийство. Осада — слишком долго. — Нужен обходной путь. Или предатель внутри. Или… магия. Мысль о том, чтобы выжечь их вместе с гарнизонами, была заманчивой, но я отверг ее. Крепости мне нужны целыми.

Барон Отто фон Кракенфельд. Его земли теперь — подарок Лире, но его люди все еще мои. Его армия — жалкая кучка ополченцев, но он трус и оппортунист. Он присоединится к атаке на Эрнгард только если будет уверен в победе на все сто процентов. Его нужно поставить на острие главного удара. Пусть искупает свое предательство кровью. Его гибель будет приемлемой потерей, его победа — неожиданным бонусом.

Силы Вильгельма. Старый король теперь знает о моей силе. Он не будет недооценивать. Он соберет все свои резервы.

И тетка. Марицель. Самая опасная угроза. Пока я воюю с Вильгельмом, она может ударить в спину. Ее армия Аскарона штурмует земли, что когда-то принадлежали Элиане. Она проверяет мои силы. Смотрит, увязну ли я в войне на два фронта. Ее нельзя игнорировать. Нужно… отправить к ней посольство. С щедрыми дарами и… Оксаной? Мысль была опасной и соблазнительной. Суккуб в качестве «подарка» для разложения ее двора изнутри.

План начал обретать черты. Рискованный, безумный, но план. Я уже почти отвлекся от желания, которое тлело внизу живота, как дверь скрипнула, и внутрь проскользнула Оксана с глиняным кувшином в руках.

Хорошо, — подумал я, открывая глаза и глядя на нее. — Сначала выпить. Потом обсудить с ней ее новую миссию. А там… видно будет.

Я отхлебнул из кувшина. Вино было кислым и терпким, деревенским, но оно обожгло горло и прочистило мысли. Поставив кувшин на пол, я вытер губы тыльной стороной ладони и посмотрел на Оксану.

— Слушай, у меня к тебе предложение, — начал я, изучая ее реакцию. — Может, отправлю тебя в Аскарон. К моей дорогой тетушке Марицель. Чтобы ты там… ну, знаешь. Выебала и уничтожила все ее королевство изнутри. Разложила двор, свела всех с ума. Идеальная работа для тебя, да?

Я ожидал всплеска восторга. Ведь это же ее стихия — разврат и хаос. Да и голодная смерть ей больше не грозит — целое королевство в ее распоряжении.

Но ее лицо не озарилось хищной радостью. Напротив, оно вытянулось. Она надула губы и скрестила руки на груди с видом глубоко оскорбленной аристократки.