Чтение онлайн

Дверь открылась, и на пороге возник дворецкий. Лицо — гранитное, как всегда, но в глазах — тень беспокойства.

— Разрешите, Ваша светлость… — начал он.

Я поднял руку, как щит:

— Остановись. Если следующее слово из твоих уст будет «Роксана» — ты вылетишь отсюда через окно. Сию секунду. Понятно?

Дворецкий замер. Его бровь дрогнула — высшая степень удивления для этого монумента. Он молча кивнул, развернулся с идеальной выправкой и произнес ледяным тоном:

— До свидания, господин.

Дверь закрылась с тихим, но выразительным щелчком.

Я вскочил с кресла. В груди что-то закипело.

— Да что ж за день-то такой?! — вырвалось у меня, и я швырнул в стену первую попавшуюся под руку безделушку — тяжелую пепельницу в виде драконьей головы. Она звонко грохнулась о ковер. — А?! Кто-нибудь! Объясните!

Как по заказу — снова стук. На этот раз — резче, требовательнее.

— ДА?! — гаркнул я, готовый к новому витку безумия.

Дверь распахнулась, и в проеме возникла Ирис. Не в черном платье горничной, а в чем-то темно-синем, строгом, но все равно подчеркивающем каждую линию. Лицо — маска ледяного презрения, но в глазах — тлеющие угли усталости и… раздражения? Она вошла, не дожидаясь приглашения, и остановилась перед столом, скрестив руки на груди.

— Сегодня, — заявила она с ходу, как обухом по голове, — День Роксаны. Блудливой дамы. — Она произнесла это с таким отвращением, словно имя было написано на чем-то нечистом. — Вы же сами придумали этот… праздник. Ежегодный. Пьянки. Гулянки. Никакой дисциплины. Весь замок с ума сошел, а Вы тут… — она бросила взгляд на пепельницу на полу, — … мебель ломаете.

Я стоял, как вкопанный. День Роксаны. Блудливой дамы. Придуманный мной. В голове пронеслось: «Бывший, ты не просто оторва, ты — гений перверсии! Учредить праздник в честь… булочек?!»

Шок сменился внезапным, почти истерическим просветлением. Уголки моих губ сами собой поползли вверх, формируя широкую, довольную улыбку. Я развел руками с театральным пафосом:

— Разумеется, Ирис! Это же все Роксана! — Я вздохнул с преувеличенной ностальгией. — Эх, что ж ты делаешь с нами, Роксана? Весь замок вверх дном! Такая уж она… сила!

Ирис смотрела на меня, как на особо опасного идиота. Ее лицо скривилось в гримасе недовольства и брезгливости. Казалось, она вот-вот лопнет от напряжения.

— Чем обязан, Ирис? — спросил я сладким тоном, наслаждаясь ее дискомфортом. — Явилась поздравить с праздником? Или, может, пригласить на «шторм»? — Я подмигнул.

Она замерла. Злость боролась в ней с чем-то еще — с необходимостью? Стыдом? Ее пальцы сжали собственные локти так, что костяшки побелели. Она открыла рот, закрыла. Потупила взгляд. Потом снова посмотрела на меня — взгляд колючий, но уже без прежней уверенности. Она явно не знала, как сказать то, что пришла сказать.

— Я… — начала она, голос сорвался. Она сглотнула, выпрямилась, пытаясь собрать остатки достоинства. — Я приготовила Вам ванну, Ваша светлость. — Слова выдавливались с трудом, как ржавые гвозди из доски.

Ванна. После такого дня — звучало как рай. Но с Ирис рядом? Это был шанс, который нельзя упустить.

— О, Ирис! — воскликнул я с наигранной радостью. — Какая ты внимательная! Спасибо. А что… неужели ты меня помоешь? Лично? Чтобы грязь этого безумного дня сошла? — Я сделал пару шагов к ней, глядя в упор.

Она покраснела. Не просто румянец — алая волна залила ее шею, щеки, даже кончики ушей. Злость вспыхнула в ее глазах ярче прежнего. Она явно хотела съязвить, вылить на меня ушат сарказма… но не смогла. Видимо, «договор» или что-то еще сдерживало ее язык. Вместо этого ее губы дрогнули, растянулись в натянутую, неестественную улыбку, больше похожую на оскал.

— Как же сильно хочется Вас помыть, господин, — прошипела она, и каждая буква в слове «сильно» была пропитана ядом. — Вы такой… грязный. Внутри и снаружи. — Она сделала короткий, резкий выдох и сделала вид, что ее чуть не стошнило, прикрыв рот тыльной стороной ладони.

Мое притворное веселье испарилось. Я нахмурился, моя улыбка сменилась холодной строгостью.

— Ирис! — ее имя прозвучало как удар хлыста.

Она вздрогнула, но не опустила глаз. Ее натянутая улыбка исчезла, сменившись привычной маской презрения, но теперь в ней читалось и страдание от необходимости подчиняться. Она снова помолчала, борясь с собой. Пальцы впились в ее предплечья. Наконец, сквозь стиснутые зубы, с трудом, но вежливо и с подчеркнутым, ледяным почтением, она выдавила:

— Ваша светлость… проследуйте, пожалуйста, со мной в ванную комнату для омытия тела после… тяжелого дня.

Она стояла, выпрямившись, готовая к моей насмешке или новому унижению. Но я просто молча кивнул. Война продолжалась. И эта битва за вежливость была лишь одним ее эпизодом. Впереди ждала ванна. И Ирис. И новый виток нашего безумного противостояния в облаках пара.

— Веди, — просто сказал я, жестом указывая на дверь. — Покажи, где эта… лавина чистоты.

Глава 4

Термы

После эпичного дня безумия и принудительной вежливости Ирис, я следовал за ней по коридорам замка. Ее спина была прямая, как шпага, а аура злости ощущалась физически — будто шел за компактной, чертовски привлекательной, но смертельно опасной грозой. Ни слова. Только шелест ее платья и мои внутренние монологи о том, куда меня ведут: то ли к ванне, то ли к месту казни.

Она распахнула тяжелую дубовую дверь с инкрустацией… и я обомлел.

Ванная? Это слово не подходило. Это был дворец Нептуна, затерянный в моих владениях!

Огромный зал под сводчатым потолком, украшенным мозаикой с тритонами и наядами.

Центральное чудо — гигантский, овальный бассейн из темного, отполированного до зеркального блеска камня, в который струилась вода из бронзовых пастей драконов. Пар мягко клубился над поверхностью. Яжекнязь! — пронеслось в голове. Это не ванна, это частный СПА римского императора!

Тепло, влажно, пахло морской солью и какими-то дорогими эфирными маслами. По углам стояли мраморные скамьи, вазы с живыми орхидеями и даже небольшая колоннада. Тишина нарушалась лишь журчанием воды.

Ирис, не оглядываясь, подошла к краю термы. Ее движения были резкими, механическими.

— Раздевайтесь, — бросила она в пространство, глядя куда-то в дальний угол, будто там висело самое интересное в мире полотенце.

Я, все еще под впечатлением от «ванны», начал скидывать свой дурацкий аристократический прикид. Камзол, рубашка, штаны… Все это падало на пол с глухим стуком. Ирис стояла ко мне спиной, скрестив руки. Я пытался разрядить обстановку:

— Ну что, Ирис, признай, даже твой яд не способен испортить вид этого… бассейна богов? Или ты уже придумала, как отравить воду? Добавишь «эссенции магии» от нашего бородатого друга? — пошутил я.