Чтение онлайн

"Провтриться надо, ухать на время!" ршилъ онъ въ конц концовъ. И извстивъ объ этомъ коротенькой запиской княгиню, не простившись ни съ нею, ни съ Тата, ухалъ раннимъ утромъ "на побывку" къ семь.

Онъ разсчитывалъ пробыть съ нею недли дв, а не прожилъ и одной. Двойной подбородокъ, жидкія косицы и распашныя блузы госпожи Скавронцевой возбуждали въ немъ чувство близкое къ остервненію; сыновья его несли между собою въ разговор такую ахинею объ "антагонизм стараго культа индивидуализма съ современною формулой коллективизма массъ", что у него то и дло чесались руки взять ихъ обоихъ за шиворотъ и спустить съ лстницы головою внизъ. Количество папиросокъ, выкуренныхъ имъ за это время въ вид антидота противъ бушевавшей въ немъ злости, достигло цифры совершенно баснословной…

Онъ вернулся въ Большіе Дворы въ воскресный день, когда мастерская княжны была пуста. Мать ея была у обдни. Она гуляла въ саду и первымъ предметомъ попалась ему на встрчу въ алле, по пути въ его флигелю. Онъ этого не ожидалъ и вспыхнулъ отъ радости и смущенія.

— Честь имю кланяться! сказалъ онъ съ улыбкой, осиливая себя и скидавая шляпу съ головы.

Она остановилась, пристально взглянула на него, опустила зонтикъ, который держала надъ головой, на высоту своего лица и, посл довольно долгаго и томительнаго для него молчанія, проговорила медленно и строго:

— Почему вы ухали?

— Нужно было! нсколько оторопло отвчалъ онъ.

— Говорите откровенно, продолжала она, также настойчиво глядя на него во вс глаза:- потому что вы вообразили, что на васъ "примриваютъ чепчикъ" и что вы не хотите стать въ положеніе "картонной головы?" такъ это, я отгадала?

— А хотя бы и такъ! молвилъ онъ посл минутнаго колебанія.

— И вы въ этомъ убждены?

— Въ чемъ?…

— Что вы годны только для "примриванія?".

Онъ уже не владлъ собой; эти глаза жгли его…

— Послушайте… Наталья Васильевна (онъ никакъ не былъ въ состояніи; назвать ее въ эту минуту попрежнему "Тата"), что жь это такое?… Я, дйствительно, изъ-за того… и ухалъ. Я полагалъ… Положимъ, что это не такъ, выговорилъ онъ вдругъ со внезапною ршимостью, положимъ, что напротивъ, ни… такъ скажите мн, ради Бога, къ чему… къ чему это повести можетъ?..

Тата усмхнулась однимъ угломъ губъ:

— А, такъ и вы тоже! Вы также имете претензію опредлить себ совершенно реально, что, какъ, для чего, и куда вы идете? Я думала, что это недостатокъ только ныншняго поколнія; о людяхъ вашего времени я была лучшаго мннія, — вы мн такъ искренно, казалось, отвтили въ тотъ разъ, ввернула она какъ бы вскользь, скороговоркой, — я думала, что они способн чувствовать безъ разсужденій…

— Иныя чувства себ дозволять не слдуетъ, пробормоталъ Скавронцевъ.

— Это почему?

— Потому что, кром несчастія, отъ нихъ нечего другаго ждать.

— Въ самомъ дл? спросила она загадочнымъ тономъ.

— А вы полагаете нтъ? сказалъ онъ, силясь принять шуточный тонъ, между тмъ какъ сердце такъ и колотилось въ его груди.

— Я полагаю, что чувство живетъ само по себ и для себя, отвчала она, — что оно въ самомъ себ находитъ и цль, и удовлетвореніе, и муку, и счастіе, не спрашивая и не заботясь, почему это и какъ, и что изъ этого можетъ выйти… Вдь это азбука, милый Александръ Андреевичъ, или вы ее успли забыть?

Она повела на него ласково-упрекающимъ взглядомъ и тутъ же громко засмялась:

— И вы серьезно того мннія, что любить кого-нибудь безъ памяти, подчеркнула она, — большое несчастіе?

— Вы меня и въ самомъ дл съ ума сведете подъ старость лтъ! вскликнулъ онъ, весь загораясь.

— Этого отъ васъ вовсе не требуется, — и она холодно покачала своею красивою головой;- а поглядите вонъ на эту большую липу: съ нея не мало опало уже, листьевъ, а она все также всмъ тмъ, что у нея осталось зеленаго, живаго, трепещетъ и нжится спокойно и радостно подъ солнцемъ… Совтую вамъ взять съ нея примръ въ точности.

— Изнывать подъ этимъ солнцемъ, пока и весь облетишь, молвилъ онъ съ комически-горькимъ оттнкомъ въ выраженіи, — да и то, прибавилъ онъ, — если ему не вздумается въ тучу спрятаться.

Тата капризнымъ движеніемъ пожала плечами:

— За погоду никогда отвчать нельзя, mais cela ne change rien `a l'ordre du jour…

Она кивнула ему весело улыбаясь и ушла въ свои комнаты.

Разговоръ этотъ, казалось бы, не могъ оставить въ немъ на малйшей иллюзіи. Она "тшилась" и только…

Но онъ былъ уже охваченъ, и трезвое сознаніе того, чмъ служилъ онъ ей теперь, не было уже въ состояніи удержать его на безумномъ теченіи, которое уносило его невдомо куда.

Авторитетное его значеніе въ дом, сознаніе своего достоинства, уваженіе къ себ, все это какъ-то разомъ рухнуло для него; изъ ментора онъ превратился въ раба и послушника безъ воли, безъ силы противодйствія. Старческая страсть прививаетъ что-то женственное самымъ сильнымъ мужскимъ натурамъ; къ ея незаконному пламени примшивается всегда какая-то робость, что-то похожее на сознаніе преступности… Скавронцевъ испытывалъ это: онъ каялся въ своей "блажи", роблъ предъ Тата, пытался "порвать", уйти изъ-подъ ея власти… и не могъ, и чувствовалъ, какъ каждый день все глубже уходитъ въ "этотъ омутъ". Онъ ей принадлежалъ уже весь; вн ея не оставалось ни единаго помысла, ни единаго соображенія въ его мозгу. Онъ вставалъ и ложился съ мыслію о ней; въ голов его неотступно стояло послднее сказанное ею слово, улыбка, движеніе, поворотъ шеи ея въ данную минуту, съ цлымъ роемъ впечатлній, вынесенныхъ имъ изо всего этого… Тонкій запахъ духовъ, вявшій отъ нея, отъ ея блья, приводилъ его въ какое-то экстатическое состояніе. Онъ мальчишествовалъ, кралъ ея старыя перчатки и укладывался на нихъ головою, — засыпая, цловалъ ладонь свою, о которую опирала она предъ тмъ свою ножку, чтобы ссть на лошадь, — прогуливался ночью по цлымъ часамъ подъ ея окнами… Въ т рдкія минуты, когда онъ приходилъ въ себя его проникалъ какой-то суеврный ужасъ. "Я ее запоемъ пью, япротивъ этого никакого снадобья, никакого заговора нтъ!" говорилъ онъ себ съ отчаяніемъ…

Тата съ своей стороны очень была довольна своею побдой. Бдный Скавронцевъ былъ дйствительно для нея "картонною головой", на которой примряла она силу своихъ чаръ. "Блажь" его оказалась для нея лучшимъ реактивнымъ средствомъ противъ того близкаго въ отчаянію душевнаго состоянія, въ которое долго повержена была она неудачами своего прошлаго. Теперь надежды снова начинали свивать гнзда въ голов ея. "Не все же еще потеряно", основательно разсуждала она, "если можно довести зрлаго человка до такой степени влюбленности…" И она искренно благодарна была за это Скавронцеву и платила ему за его обожаніе всею тою высшею школой утонченнаго кокетства, дешевыя нжности и лукавые пріемы котораго имютъ по большей части на, мужчинъ обаяющую силу, далеко не всегда, увы! обладаемую истинною страстью. Она взглядывала на него, улыбалась, хмурилась, поводила головой, закусывала губы, перегиналась съ мста въ его сторону съ какимъ-нибудь вопросомъ — все это извстнымъ, разсчитаннымъ на неотразимое на него впечатлніе образомъ, и никогда, какъ говорятъ французы, не манкировала своего эффекта. Она его постоянно держала въ какой-то любовной проголоди, если можно такъ выразиться, между надеждой и страхомъ, между горячкой желанія и рыцарствомъ самоотверженія его иной разъ до полнйшаго отчаянія ею же самой придуманною и созданною ссорой, она неожиданно, оставшись съ нимъ вдвоемъ, подходила въ нему, сама прижимала въ его пересохшимъ отъ волненія губамъ свою блдную длинную руку и, тихо затмъ высвободивъ ее изъ-подъ его нескончаемыхъ поцлуевъ, уходила изъ комнаты, какъ бы для того, чтобы не отдаться самой волн неудержимаго увлеченія… За такія мгновенія Скавронцевъ готовъ былъ бы отдать сто жизней, еслибы были он въ его распоряженіи…

Такъ продолжалось до отъзда матери и дочери на зимній сезонъ въ Петербург. Скавронцевъ съ ужасомъ думалъ объ этой минут. Мысль о близкой разлук съ Тата подтачивала ему жизнь; ему представлялось, что онъ не будетъ въ состояніи ее вынести, исчахнетъ, умретъ съ горя. Онъ сталъ придумывать поводы, началъ убждать себя въ необходимости хать съ своей стороны въ Петербургъ "по дламъ", по самымъ "неотложнымъ" будто бы дламъ Можайскихъ… Но въ первый разъ, какъ онъ заикнулся было объ этомъ предъ нашею княжной, она взглянула на него такимъ недовольнымъ и высокомрнымъ взглядомъ, что у него защемило на сердц. Взглядъ этотъ оскорблялъ и страсть, и самолюбіе его.

— Я бы для васъ тамъ никакою помхой не былъ, Наталья Васильевна, сказалъ онъ ей съ горечью подъ этимъ впечатлніемъ:- и не показывался бы въ вашемъ обществ, и въ дом бы у васъ бывалъ рдко… Разв когда-нибудь, добавилъ онъ дрогнувшимъ отъ волненія голосомъ, — изъ партера въ театр далъ бы волю "ненасытному взгляду", какъ сказалъ Лермонтовъ, полюбовался бы незамченный вами вечерокъ одинъ, и будетъ, на недлю хватило бы радости?…

— Excusez du peu! засмялась Тата, сочтя нужнымъ наружно положить, какъ говорится, гнвъ на милость. — Да вашихъ взглядовъ достаточно было бы, чтобъ обо мн съ вами заговорилъ на другой же день весь Петербургъ. Предваряю васъ, mon cher Александръ Андреевичъ, что глаза у васъ откровенне, и слдовательно ком-про-метантне, отчеканила она, чмъ у двадцатилтняго офицерика.