Чтение онлайн

Ел медленно, смакуя каждый кусок, запивая свежей водой. Хлеб был грубым, кисловатым, но прекрасно оттенял жирную рыбу. Вскоре от монстра остался лишь хребет, голова и воспоминания о первом впечатлении. Желудок наполнился приятной теплотой, а тело налилось долгожданной энергией.

Собрав объедки, вышел во двор и сбросил их в яму с мусором, которую выкопал ранее. «Биоопасная свалка средневековья» пополнилась новым экспонатом. Вернувшись, смахнул со стола крошки, захватил лампу и побрёл в сторону пыльной спальни.

Рухнув на кровать, ощутил, как каждая мышца ныла, а глаза сами закрывались. И тут в голове всплыла мысль о системном предложении прокладки магических каналов.

Стоило подумать об этом, как система тут же откликнулась:

[Запрос подтверждён. Инициирование процедуры прокладки базовых магических каналов. Процедура требует полного расслабления и может сопровождаться дискомфортом. Начать сейчас? (Да/Нет)]

Мысленно махнув рукой на возможные последствия, я выбрал «Да».

[Начало процедуры. Рекомендуется принять горизонтальное положение]

Да я и так лежал. Вскоре по телу пробежала первая волна странного покалывания, будто миллионы крошечных иголок начали мягко входить в кожу по всему телу — от кончиков пальцев ног до макушки. Ощущение не было неприятным, скорее необычным. Затем покалывание сменилось чувством тепла, которое разливалось из центра груди, будто там разожгли маленькое солнце. Тепло текло по воображаемым путям — вниз по животу, в руки, в ноги, к голове. Казалось, внутри меня прорисовывалась карта из светящихся, тёплых линий.

Затем пришла лёгкая тяжесть, словно на грудь положили тёплую подушку. Дышать стало чуть сложнее.

Я попытался сосредоточиться на ощущениях, но усталость была сильнее. Гул в ушах становился колыбельной, тепло — убаюкивающим одеялом. Мысль «интересно, что будет дальше» растаяла, как дымка. Веки сомкнулись окончательно.

Провалился в сон ещё до того, как система смогла выдать следующее сообщение. Последним, что я ощутил, был далёкий, ласковый писк из клетки зайцелопа, будто желавшего спокойной ночи.

Воздух в таверне «Медный дракон» был плотным от запахов жареного мяса, пива, пота и табачного дыма. Длинные дубовые столы ломились под тяжестью кубков и тарелок. У камина горланила песни шумная компания подвыпивших торговцев. У стойки, перекидываясь словами с уставшей, но весёлой служанкой, толпились наёмники в потертых доспехах.

В углу, за массивным столом, сидело несколько человек, среди которых находились Гард и Торрин. Перед ними стояли кружки с пенным, а на блюде дымились свиные рёбрышки. Оба выглядели усталыми, но расслабленными — напряжение Леса постепенно смывалось алкоголем и теплом.

— … и вот этот ушастый комок, — Гард, уже изрядно навеселе, размахивал кружкой. — Сидит у него в сумке, морду высунул, и носом тычет, будто говорит: «Эй, дурак, ягоды тут!» А наш молодой ползает на карачках, носом землю роет, будто трюфели ищет!

Соседи по столу хрипло засмеялись.

— И что, нашёл? — спросил один, вытирая бороду рукавом.

— А как же! — Торрин, обычно молчаливый, на сей раз вставил слово. — Целую пригоршню!

— Ну и ну, — покачал головой второй. — Рисковал парень, неизвестного раненого зверя с собой по Лесу таскал. Ненормальный, одно слово. Кто ж так делает?

— Кто? — Гард хлопнул ладонью по столу. — Тот, кто зверей больше жизни любит, вот кто! Рисковал шкурой, отстал от отряда, но зверя спас и ягоды нашёл. Я, если честно, глазам не поверил.

Разговор привлёк внимание нескольких мужчин за соседним столом.

— Вы про кого это? — поинтересовался один, седой, с лицом, испещрённым морщинами.

— Да про одного чудика, — махнул рукой Гард. — Эйдена, владельца лавки… «Целитель чудовищ», вроде.

На лицах слушателей мгновенно отразилось недоверие и брезгливость.

— Эйден? — фыркнул седой. — Да он же убийца зверей и проходимец! Там любовью и не пахнет. Он их только мучает, да на бутылку деньги выпрашивает, слыхал я про него.

— Я тоже, — поддержал другой. — Говорят, родители его, царство им небесное, легендарными звериными целителями были, а он всё просрал.

— Вот и мы так думали! — Гард налил себе ещё пива. — Пока своими глазами не увидели обратное. Он того зайцелопа… как там его… вывих ему вправил, шину наложил. Руки у него не дрогнули. И глаза такие… Спокойные, знающие, как у его отца, помнишь, Торрин?

Торрин молча кивнул, отщипывая мясо от ребра.

Наступило непродолжительное молчание. Люди переглядывались. Слова, подкреплённые авторитетом видавших виды добытчиков, да ещё и упоминание знаменитых родителей, заставляли задуматься.

— Не может быть, — пробормотал кто-то с дальнего стола. — Несколько лет он пил, как сапожник, лавку в дерьмо превратил… И вдруг целитель?

— А я слышал, — встряла служанка, пронося поднос с пустыми кружками, — что вчера ночью к нему какой-то богач с кошкой приходил. Может, и впрямь что-то может?

— Враньё всё, — упёрся седой ремесленник, но в его голосе уже не было прежней уверенности. — Пьяные байки.

Но семя сомнения было брошено и упало в благодатную почву людской молвы, которая всегда жаждала новых сюжетов. «Убийца зверей» вдруг стал «спасшим зверька в Лесу». «Пьяница и проходимец» оказался сыном легендарных Мастеров. Противоречия были слишком яркими, чтобы их игнорировать.

Люди за соседними столами начали перешёптываться, бросая взгляды в сторону Гарда и Торрина. Кто-то качал головой, кто-то скептически хмыкал, но в глазах многих читалось пробудившееся любопытство. А что, если?.. Вдруг и вправду произошло чудо? Или это новая афера? Так или иначе, имя Эйдена, владельца лавки «Целитель чудовищ», впервые за долгие годы зазвучало в городе не только как символ отвращения, но и как загадка. Первая, едва заметная трещина появилась в монолите его дурной славы. Что будет дальше — пока не знал никто, но тишина вокруг его лавки потихоньку начинала наполняться отдалённым, пока ещё невнятным, гулом пересудов.

Ребята, за каждую тысячу лайков/комментариев дополнительная глава!

Я открыл глаза оттого, что в лицо бил луч солнечного света, пробившийся сквозь паутину на окне. Несколько секунд лежал неподвижно, пытаясь осознать, где нахожусь, а затем ощутил, что всё тело горело, но мне было не больно, скорее… непривычно.

Попытался пошевелиться и ощутил лёгкое головокружение, в ушах слегка звенело, и тут прямо перед глазами всплыли системные строки.