Кодекс Практика. Тетралогия
Шрифт:
К чёрту гадать! У меня и так голова пухла от трёх часов лекций и всё это требовалось как-то уместить у себя в голове. Возможно учитель был прав и вместо того, чтобы пытаться идти по пути одного из элементов, стоит балансировать между пятью, вот только это не так просто, как может показаться на первый взгляд.
Вьюга ждал меня у стойла. Завидев знакомую фигуру, Янлон фыркнул, выпустил облачко пара и уткнулся носом в мою ладонь. Чешуя на его пепельно-серой спине переливалась в солнечном свете, а тёмные пятна, тем самые «яблоки» отливали фиолетовым, делая скакуна похожего на ожившую тучу.
– Что, соскучился? – Спросил я, поглаживая скакуна по морде. – Да, извини, последнее время у меня дел невпроворот, но обещаю, что теперь мы будем видеться почаще. Ну что, может прокатимся? Не хочешь размяться?
Янлон мотнул головой, будто кивая в ответ и издал низкий рык.
– Великий господин! – Раздался знакомый детский голос. – То есть, просто господин!
Шурик вышел из конюшни, сжимая в руках щётку и ведёрко с какими-то блестящими фруктами. Его бритая голова блестела на солнце, форма была аккуратно застёгнута, а на поясе висело чистое полотенце.
– А я всё думал, когда вы появитесь. Наверное, мне стоит объясниться перед вами, почему не ухаживал за ранами, как следовало слуге. Видите ли, великий магистр Ши…
– Успокойся, Шурик. – Спокойно бросил в ответ и потеребил морду Вьюги. – Я знаю, что Ши запретил кому-либо меня тревожить. Он такой.
Парень быстро закивал.
– Именно так, господин. Если желаете прокатиться, то я уже всё подготовил. Вьюга вычищен и накормлен свежими яблоками.
– Молодец. – кивнул я, отыскал единственного человека во всей Академии, которому от меня не было ничего нужно, а затем взял одно яблоко и протянул его янлону.
Он с удовольствием схватил угощение и хрустнул так, что сок брызнул в стороны. Я вывел его из стойла, оседлал, поправив кожаные ремни с медными заклёпками и выехал на поле. Шурик остался стоять у стойла, но я знал, что он будет ждать столько, сколько понадобится. Хороший мальчишка, верный и главное… главное чистый.
– Ну давай, покажи на что способен. – Шепнул я, и Вьюга рванул с места.
Ветер ударил в лицо, волосы взметнулись назад, а всё ещё свежие шрамы на скуле защипали. Это было именно то, что мне требовалось для того, чтобы смыть послевкусие. Скорость, свобода и никаких взглядов и шёпотков. Только я, Вьюга и бесконечная лента земли под копытами.
Скакун слушался, как никогда. Я чувствовал каждое его движение, каждый изгиб мышц под чешуей. Наша ци сливалась воедино, и я переставал понимать, где заканчиваюсь я и начинается зверь. Мы сделали три круга, а затем ещё два. Я старался не считать, а просто летел вперёд, наслаждаясь моментом. Было заметно, что скакун слишком засиделся в стойле и нёсся вперёд с таким рвением, что едва поспевал за собственными копытами.
– Ещё? – Спросил я, и мысленно зачерпнул энергии.
Янлон фыркнул, и мы понеслись ещё быстрее.
На четвертом круге я заметил его. Фигуру на трибуне, в тени навеса с низко надвинутым капюшоном. Человек сидел неподвижно, и его бледная и длинная рука покоилась на колене, сжимая маленькую книжечку в кожаном переплёте.
Снова он. Тот, кто следил за мной с первых дней в Академии. Стоит сказать, что последнее время я потерял его из виду и даже успел позабыть, как вдруг он снова появился и что-то записывал в свою проклятую книжечку.
Вдоволь наскакавшись и прочистив голову, я остановил Вьюгу и спрыгнул на землю.
– Господин, – Шурик подбежал с полотенцем. – Вам помочь?
– Позже, – бросил я, вытирая лицо.
Фигура на трибуне исчезла и растворилась, будто её и вовсе не было. Я выругался сквозь зубы и вдруг услышал знакомый голос, приближающийся откуда сбоку.
– Ян!
Я обернулся.
Лан шла ко мне от входа на ипподром, запыхавшаяся и взволнованная. Её лицо было бледнее обычного, а под глазами залегли линии теней. Чёрно-алый плащ, который она так любила, был накинут на плечи, но небрежно, будто она собиралась в спешке.
– Лан? Что случилось?
Она подбежала, схватила меня за руку и крепко сжала дрожащие пальцы.
– Ян, – прошептала она, покосившись на Шурика, – Помнишь мы с тобой говорили? Пожалуйста… мне, кажется, всё слишком далеко зашло.
– Что зашло? Тебе нужна моя помощь?
Лан кивнула.
– Да, но не здесь. Я не могу об этом говорить здесь. – она оглянулась по сторонам. – Никто, тем более твои мастера не должны об этом знать, поэтому прежде чем…
Она оборвалась на полуслове, и посмотрел в её глаза, в которых не было ни кокетства, ни игры, а лишь тревога и отчаяние. Я молча протянул ей руку, лёгким движением забросил на скакуна и залез следом. Лан обняла меня сзади, положив голову на плечо и коротко прошептала:
– Спасибо, Ян. Я этого не забуду.
Шурик стоял, высоко задрав голову и смотрел на меня широко распахнув глаза. Хороший парень, верный…
– Если меня будет искать мастер Ши или вернётся мастер Чэн, скажешь им, что не знаешь куда я поехал. Скажешь, что приказал за мной не следовать и скоро вернусь, понял?
– Как скажете, господин, – поклонился мальчик, сжимая в руках полотенце и графин с водой.
Вьюга сорвался с места и понёсся прочь с ипподрома, оставляя позади пыль и удивлённого Шурика. Лан крепко обнимала меня сзади и прижалось всем телом. Вот только вместо тепла женского тела и её малинового дыхания, мне показалось, что где-то из теней за мной наблюдает та самая фигура с книжечкой в руках.
Плевать… абсолютно плевать. Если проведу хоть и день в стенах Академии, то точно кого-нибудь пришибу.
Глава 8
С Лан мы ехали уже несколько часов, после того, как она внезапно объявилась, прося меня о помощи.
Оказавшись за воротами Академии, я надеялся, что ветер, скорость и свобода прогонят из головы всю дневную дрянь, но к сожалению, этого не случилось. Вместо этого копыта Вьюги вывели нас на дорогу, ведущую на юго-восток, и пейзаж начал меняться. Мне ещё не приходилось выбираться так далеко за город, за исключением, конечно, полётов с мастерами, и признаться, я понятия не имел, чего стоило ожидать. На все мои вопросы Лан вежливо отмалчивалась и обещала всё рассказать, как только прибудем на её ферму. Какое-то время я пытался всё же вывести её на разговор, но девушка всё больше закрывалась в себе и старалась даже не шевелиться. Она сидела сзади, обхватил меня за пояс, молчала, но слишком часто дышала, что выдавало в ней тревогу.
– Сколько ещё? – Спросил я, когда мы достигли кромки леса.
– Час, – ответила она наконец, – но дальше придётся идти пешком, Вьюга нас не повезёт.
Я опустил голову и заметил, как оранжевые зрачки скакуна расширились, а сам он внезапно забил копытом, словно опасался идти дальше. Пришлось слезать со скакуна и повести его за поводья.
– Откуда ты знала, что Вьюга дальше не повезёт?
Лан, чьё лицо впервые за долгое время вновь скрылось под капюшоном, присела на одно колено и провела пальцами по земле. Сухая, я бы даже сказал выжженная, будто из неё насильно вытянули все соки и минералы. Сразу вспомнился недавний урок мастера по кругу У-Син, где Дерево подавляет Землю. Вокруг не то чтобы было много дубов, приходилось видеть мне и более густые леса, но кромка начиналась именно с этого. С мёртвой земли, что не предвещало ничего хорошего.