Чтение онлайн

— Эш...

Я прижал наши сцепленные пальцы к её животу.

— Я действительно потеряла дар речи.

— С днём рождения, Перл. Надеюсь, ты никогда этого не забудешь.

— Ни за что. — Её голос смягчился. — Никогда.

Солнце опустилось за зданиями, оставив после себя самое красочное небо.

Я медленно развернул Перл к себе, обхватил щёки и поцеловал.

— Хочешь поесть?

Когда девушка кивнула, я помог ей сесть за стол и потянулся к холодильнику.

— Я взял немного яблочного сидра. Надеюсь, это подойдёт?

Даже её глаза улыбались.

— Это идеально.

Я открыл бутылку, достал два бокала для шампанского и начал их наполнять.

— Что касается ужина, то я не силен в кулинарии, поэтому взял то, что, как мне показалось, тебе понравится.

Я поставил на стол первую коробку с едой.

— В Чайнатауне есть ресторан, в который мои родители водили меня с детства. Еда там просто потрясающая.

Я поставил ещё несколько коробок в центр стола.

— Я не знал, что ты захочешь, поэтому предположил.

— Мне всё нравится.

Я рассмеялся; она была такая милая.

— Ты ещё даже не попробовала.

— Мне и не нужно. Я просто в восторге от всего этого. — Перл положила руку мне на предплечье. — Никто никогда не делал для меня ничего подобного.

Она взяла один из лепестков со стола и поднесла к носу.

— Я совершенно потрясена.

— Мне приятно это слышать.

Я протянул ей палочки и открыл коробки, указывая на каждую из них и описывая содержимое.

— Здесь курица, тут говядина, а здесь свинина.

Я поставил ещё две коробки, сняв пластиковые крышки.

— Здесь два разных вида риса, потому что, на мой взгляд, жареного риса много не бывает.

Я положил ложки во все блюда и начал накладывать себе, жестом предлагая ей сделать то же самое. Перл взяла понемногу от каждого блюда, добавив большую порцию риса на тарелку.

— Вот несколько соусов. — Я выложил на стол несколько маленьких пластиковых пакетиков. — Здесь утиный соус8, соевый и острая горчица — выбирай, что хочешь.

Перл смотрела, как я открываю пакетики зубами и выливаю все три соуса на свою тарелку, а потом сделала то же самое и наконец откусила кусочек говядины.

— Вау. Это что-то невероятное.

Я положил в рот немного риса.

— О, да, я знаю. Когда мы с Диланом были детьми, наши родители возили нас туда раз в месяц. Обе наши семьи набивались в фургон мамы Дилана и вместе ехали туда. Мы с Диланом съедали столько тарелок хрустящей лапши, что были уверены — они начнут брать с нас за неё деньги, но этого так и не произошло. — Я положил ещё одну большую ложку риса на свою тарелку. — Теперь, когда кто-то из нас приезжает домой, родители всегда ведут нас туда.

Она положила в рот порцию ло мейн9 со свининой.

— Расскажи мне ещё.

Я добавил ещё один пакетик острой горчицы в рис и перемешал его с курицей.

— Мы с Диланом в детстве были непоседами, постоянно попадали в неприятности. Мы не причиняли вреда или чего-то подобного, просто безрассудные, бесстрашные дети, постоянно ищущие приключений, — рассмеялся я, вспомнив некоторые из наших проделок. — Помню, однажды посреди зимы выпало огромное количество снега. Мы добавили в снежки немного слякоти, чтобы они стали ледяными, и играли в вышибалы с машинами, проезжающими по улице.

— Ты шутишь.

— Я же говорил, безрассудные. В общем, настала очередь Дилана; он замахнулся и бросил слишком высоко, и снежок попал в лобовое стекло. Стекло не разбилось, но водитель резко затормозил и побежал за нами. Мы были настолько глупы, что делали это перед моим домом, и пока мы убегали, он позвонил в дверной звонок и донёс на нас моей маме, — покачал я головой. — Блин, мы больше никогда так не делали.

— Твои родители были в ярости?

Я рассмеялся.

— Немножко. Думаю, мы были под домашним арестом несколько месяцев из-за этого.

— Расскажи мне об одном из трудных моментов.

Её интересные вопросы постоянно заставляли меня задуматься.

— Мой дедушка умер весной, когда я учился на втором курсе, а бабушка — три месяца спустя. Они жили примерно в часе езды отсюда, в Броктоне, и я был очень близок с ними. Мы с Диланом проводили там много выходных. Когда они умерли, я не мог спать. И даже не мог закрыть глаза. — Я вытер рот салфеткой, уставившись на свою тарелку. — В те ночи я тайком уходил к Дилану. Мы смотрели фильм, и спустя несколько часов я засыпал. Но Дилан ждал, пока не убеждался, что я сплю, и только тогда ложился сам — никогда раньше, ни разу.

— Он важен для тебя.

— Он мой брат. Я готов сделать для него всё, что угодно.

Её улыбка говорила, что она понимает.

— Ему повезло с тобой.

— Нет, — я взял палочки и принялся за говядину, — это мне чертовски повезло с ним.

Помучившись с палочками, Перл взяла ложку и зачерпнула рис.

— Я часто думаю, каково это — иметь брата или сестру. Это настолько чуждое чувство, что я даже не могу его представить. — Перл проглотила еду и сделала глоток. — Ты вырос в большой семье, а у меня только бабушка. Странное сравнение.

— Совсем не странное. — Я положил в рот кусочек брокколи. — Иногда, когда в твоей жизни есть только один человек, это ощущается как миллион. Бабушка — это твоя мать, отец и братья-сёстры в одном лице. Подозреваю, её более чем достаточно.

Перл смотрела на меня, не притрагиваясь к еде, пока я говорил.

— Ты прав.

— Послушай, когда я рос, мы с сёстрами постоянно ссорились, и это было всё, чем мы занимались. Семейные ужины были шумными и длились вечно. В доме было три женщины, так что я ни разу не выиграл ни одного спора, — рассмеялся я. — Не тоскуй по моему детству, потому что если бы жизнь вдруг изменилась и ты оказалась в семье из пяти человек, гарантирую — ты бы захотела вернуться обратно.

— Наверное, ты прав. — Перл отложила ложку и положила руки на живот. — Я так наелась. Не думаю, что смогу съесть ещё кусочек.

— Тебе нужно оставить место для десерта.

Её глаза расширились.

— Ещё что-то будет?

Перл выглядела как ребёнок, который только что узнал, что под ёлкой больше одного подарка.

— Он у меня в квартире. Это даст тебе время переварить еду, прежде чем я накормлю тебя тортом.

Она обхватила стакан с сидром и отпила.

— Это волшебно.